Война - Роман Г. Артемьев

— Я могу устроить вам встречу с главой их представительства, — предложил менер. — Господин Свейн Келен грубоват, но на вопросы ответит охотно.

— Давайте, — согласилась Анна. — С удовольствием с ним побеседую.

Юрист кивнул, вздохнул и предупредил:

— Насчет удовольствия не зарекайтесь. По-всякому может сложиться.

Союз мореплавателей северных морей возник давно, в седьмом веке. Назывался он тогда иначе, о чем сейчас предпочитают не вспоминать. С десяток ярлов-магов объединили силы для совместного похода на разожравшегося морского чудинца, и с тех пор периодически действовали вместе. Сначала они, потом продолжили их дети, внуки, правнуки. Воевать предпочитали в колдовских местах, которые нормальные воины обходили стороной.

Проходы в Царство никогда не открываются в морской воде. В пресной, в реках и озерах — случалось, а на дне морском — никогда. Хотя история помнит случаи затопления, когда наступавшее море поглощало земли с проходами, и те продолжали стоять открытыми, вызывая приступы паники у окрестного населения. Дело в том, что обитатели дна морского быстро мутировали и ползли на берег, топили лодки, мешали судоходству. Словом, серьёзная проблема, возникавшая крайне редко. Куда чаще проходы открывались на островах и в прибрежных зонах, и вот тогда, для закрытия или убийства наиболее досаждающих людям тварей, приглашали «чаек морских колесниц», как тогда называли воинов будущего Союза. Ещё они проводили корабли по опасным местам, охотились на морских чудинцев, совершали набеги на соседние страны, торговали и пиратствовали. Нормальные уважаемые занятия, все приличные люди так делали.

Положение изменилось в веках одиннадцатом-двенадцатом. После принятия большинством правителей веры в Спасителя общество морских разбойников начало стремительно усложняться, одаренные тоже не избежали перемен. Союз перестал быть семейным делом, в него начали принимать людей, не связанных кровным родством, лишь бы заклятьями боевыми владели да меч в руке держать умели. Основной базой стали Норнские острова, формально входившие в состав сначала Свеланда, затем Скотии, фактически же обладавшие полноценной автономией. Регион проблемный, связываться с ним никто из монархов не хотел. Маги, наоборот, были довольны, тамошние условия с большим количеством чудинцев и прочей полезной живности им более чем подходили.

Постепенно Союз расширялся, его структура устоялась, заключались договоры с ближними и дальними странами. Официально начали молиться Спасителю, впрочем, идолы Грохочущего Старика никто не сносил, они так и стояли в укромных уголках. По-прежнему дрались с морскими тварями, проводили торговые караваны мимо их гнездовищ, воевали, путешествовали. Не брезговали наёмничеством, корабли с рисунками чайки на бортах плавали по всей известной ойкумене, иногда возвращаясь домой с богатой добычей, иногда не возвращаясь вовсе. Умудрялись сохранять независимость, несмотря на постоянные попытки их подмять.

На данный момент Союз являлся сильнейшей организацией магов, предоставлявшей свои услуги по берегам Северного моря и не только. Репутация его оставляла желать лучшего, потому что ходили упорные слухи о грабежах купцов (чем, в принципе, занимались все), а также о проводимых втайне обрядах старой веры. Всерьёз, однако, мореплавателей не трогали. Руководил Союзом магистр Олаф Кровавая Рука, в состав входило около тридцати мастеров магии, так что связываться окрестные властители избегали. Тем более что вели себя морские колдуны прилично, договоренности выполняли, и серьёзных поводов напасть на себя не давали.

Стормсонги с мореплавателями, разумеется, сталкивались. В разных ситуациях, одно время даже поговаривали о принятии в состав Союза боковой ветви рода. Не сложилось, но кровную месть никто никому не объявлял, вроде бы. На всякий случай Анна тем же вечером уточнила:

— Тетушка, вы не помните — у Стормсонгов кровников среди входящих в Союз мореплавателей нет?

— Нет, мы всегда были честными врагами. А что? Зачем тебе?

— Хочу встретиться с хёвдингом Свейном, главой их двора в Аутрагеле.

— С этим язычником? — поморщилась баронесса. — Зачем? Находиться в его обществе неуместно для девушки благородного рода, да и просто — чем он поможет? Лучше навести госпожу Беккер, она о тебе справлялась.

— Я навещу и госпожу Беккер, и госпожу Кюхель, и остальных, но потом. Сейчас у меня нет ни возможности, ни желания ходить с визитами. Тех, что нанесла по твоему настоянию, пока достаточно.

Она не стала уточнять, что посетила дома, к посещению обязательные, чьим хозяевам не стоит отказывать. Пожаловалась на иное.

— Ты видела, каким глазами они на меня смотрели, особенно женщины? Я не просто так увешана определителями проклятий. Идиотки видят внешность, и их распирает от зависти.

— Рано или поздно они привыкнут.

— Или решатся подлить отраву.

Нервишки пошаливали. Расписание оставляло свободным немного времени утром и вечером, прошедшие с момента прибытия в столицу шесть дней были плотно забиты визитами и встречами. Поговорить с Анной желали многие, причем не обязательно из досужего любопытства. Торговцы спрашивали, не умеет ли леди предсказывать шторма или, страшно представить, укрощать оные. Маги из Гильдий разных городов и стран пытались вызнать её планы, прикидывая, как изменится равновесие сил внутри сообщества. Дипломаты интересовались, не планирует ли она вернуться на родину, и если да, то к какой стороне присоединится. Внезапно для себя девушка превратилась в фактор, который приходилось учитывать — ещё не особо влиятельный, но и забывать о нём нельзя.

Родственники видели её популярность, не говоря об изменившемся облике. Она осознанно не употребляла слово «красота», потому что чужие черты во внешности переводили её в особую категорию. Да, гармонично, и вместе с тем не совсем человеческое, подспудно вызывает легкий страх. Тем не менее, выглядела она притягательно, привнося напряженность в отношения с двоюродными сестрами. У тех были совсем иные приоритеты, мечты, устремления, и внимание красивых юношей стояло на первом месте. Появление Анны отодвинуло старших сестер на второй план, на них теперь не смотрели, что раздражало Элизабет и Маргарет. Младшие, наоборот, от появления волшебной родственницы пребывали в восторге.

— Может, и фея, — вопрос мелкого Уильяма заставил её призадуматься. — Одаренные милостью духов как-то так и должны выглядеть в представлении обычных людей. Было бы нас больше, и не будь мы разбросаны по дальним краям, основали бы собственный Двор.

— На радость голодранцам с Эйры, — скептически сощурилась тётя.

— Не только. Централизованно изучением даров сущностей Царства не занимаются нигде, даже в Букеле сведения разрозненны. А жаль.

Тогда разговор заглох, перейдя на иные темы, однако зарубку в памяти Анна поставила. На далекое будущее. Вдруг однажды она разгребет кучу поглотивших её проблем, появятся свободные деньги, время и влияние для осуществления проекта.

Знакомство с господином Келеном состоялось на седьмой день после прибытия