Судьба барда. Начало пути. - Александр Берг

стоял мастер Пакко и освещал пространство широкой улыбкой с хитрым блеском в глазах. Рядом лежало крупное тело человека, молодого парня с наливающимся фингалом под правым глазом. Хорошо, однако, поставлен левый хук у гнома.

— Доброе утро, мастер Пакко, — зевнув, поприветствовал гнома. — Мальчика не прибили хоть? Кстати, кто это?

— Да что этому потомку огров станется? Оклемается и дальше будет бдеть, как и раньше, — махнул рукой гном на парня. — Порзон душа солёная, подобрал погорельца ещё мальком, вот и пристроил у себя по хозяйству, да за порядком следить.

Подхватив меня за локоть, кузнец потащил за собой в зал, на первый этаж, бодро перебирая ногами.

— Пошли, откушаем по утреннему. Тут такую болтунью Порзон по собственному рецепту стряпает. Язык собственный съешь.

— Минутку, мастер Пакко, — притормозил я гнома. — Мне бы по нужде сбегать, да в порядок себя привести.

Про гигиену лучше не забывать, так что вопрос этот решать нужно в кратчайшие сроки. Да и про зубную щётку узнать. Или чем они клыки полируют.

— Да без проблем. Слева, за трактиром — хозяйственные постройки. В одной из них помывочная. А срамные будки справа. Не ошибёшься, — Пакко отпустил мой локоть и, объяснив направление, отправился за стол заказывать завтрак.

Я припустил на выход, подгоняемый естественными нуждами. Справа за трактиром обнаружил три клозета, деревянные будки деревенского туалета. Вместо бумаги — листы лопухов, сложенные на полочке.

Облегчившись, пошёл искать помывочную слева за трактиром. Одна из хозяйственных построек оказалась душевой с четырьмя кабинками. Над крышей на крепких деревянных опорных брусках закреплена большая бочка литров на триста, обтянутая металлическими обручами. От бочки отходили четыре трубки в сторону кабинок. Интересное решение вопроса. Перед дверью помывочной стояла одна из девушек-подавальщиц со свёртком в руках.

— Порзон просил передать вам сменную одежду и принадлежности для помывки, а ваши вещи мы постираем и уже к вечеру вернём, — мило улыбнувшись, протянула свёрток девушка.

Сейчас внимательно рассмотрел её. Одна из девушек, что приносила нам заказы и мне вино во время выступления. Милое круглое личико, тёмные волосы собраны в толстую косу, небольшой носик, красивые губки и ясные карие глаза. Одета в белую блузку свободного кроя с окантовкой орнамента красной нитью. Длинная тёмно-синяя юбка с таким же орнаментом и поверх одежды светло-серый фартук. Сельская красавица, неиспорченная благами цивилизации.

Я не сразу ответил красавице, засмотревшись на девушку и прилипнув взглядом к приятной взгляду вздымающейся груди под блузкой. А ведь лифчиков, как я предполагаю, в средневековье не было.

— Спасибо большое. Передайте мою благодарность уважаемому Порзону за внимание, — принимая свёрток, ответил я. — А как тебя зовут, красавица?

— Сияна, — скромно опустив глазки, ответила девушка. — Я заберу в стирку ваши вещи, как только зайдёте в помывочную.

— Приятно познакомиться, я Корней, — подмигнув Сияне, зашёл в помывочную.

Внутри увидел скамью и несколько полочек на стене. Развернул свёрток и положил чистую одежду с широким отрезом холстины, выполнявшую роль полотенца, на одну из полок. Туда же отправилось содержимое карманов. Разделся и, прихватив глиняную баночку с субстанцией, похожей на душистое полужидкое мыло, зашёл в кабинку и дёрнул за верёвку, свисавшую из отверстия в потолке. Из рядом просверленных отверстий потекла тёплая вода. Как только она не остыла за ночь? Хотя тут есть магия. Может, что-то подогревает воду постоянно. А действие простого перекидного затвора для подачи воды из бочки вполне можно было придумать и без магии.

Приняв долгожданный душ, обтеревшись насухо полотенцем, я почувствовал себя человеком. Выйдя из душевой, своих грязных вещей я не обнаружил, видать, Сияна уже забрала их в стирку. Натянул тёмно-серое подобие семейных трусов на завязках и такого же цвета штаны так же на завязках. Обычную светло-серую старославянского стиля рубаху ниже бедра с широкими рукавами. Подпоясался своим армейским ремнём с латунной пряжкой и выпуклой советской звездой. Вместо носков намотал на ноги портянки, заботливо прилагавшиеся к комплекту одежды. Спасибо службе в армии, в своё время уж портянки нас научили наматывать правильно. Обулся в свои берцы и представил, как выгляжу со стороны. Классический образ солдата 1930-х годов — РККА (Рабоче-Крестьянская Красная Армия). Не хватало только пилотки и лихой придурковатой рожи.

Зал в трактире был заполнен посетителями примерно на четверть. Особенно выделялись три брата-эльфа, поглощавшие натуральный омлет с беконом и помидорами, присыпанный зеленью. У остальных такое же блюдо было на тарелках. В центре зала за столом восседали командор Рэброг, ветеран Варген и мастер Пакко.

— С добрым утром, господа, и приятного аппетита, — поздоровался я, присаживаясь рядом.

— Сдаётся мне, ты не всё рассказал о себе вчера, — хитро прищурившись, тихо проговорил кузнец, проглотив порцию омлета. — Аристократия сутра так и прёт из тебя. Будь попроще, не привлекай лишнего внимания. А сейчас, болтунья и эль. Ешь давай.

— Пакко, какой эль сутра? — возмутился Рэброг.

— Вкусный и прохладный, из большой кружки, под болтунью от Порзона, — не смутился гном, на что орк только махнул рукой.

А я тем временем анализировал слова мастера Пакко. Действительно, позабыл, что должен изображать варвара-северянина. Не быть мне шпионом и Штирлицем тоже.

Полненькая, но не менее миловидная, чем Сияна, подавальщица уже спешила к нам. Передо мной выставили широкое блюдо с омлетом, краюху свежего хлеба и кувшинчик с напитком. Буркнувший живот потребовал этого всего и добавки. Не стал долго мучить себя, накинулся на еду. Омлет был с тонкой мясной нарезкой, похожей на бекон, приправлен дольками помидора и петрушкой. Объедение. В кувшине обнаружился освежающий ягодно-кислый морс. Уплетая одуряюще вкусный омлет, я разве что не мычал от гастрономического кайфа.

— Корней, тут поступило предложение от мастера Пакко сходить до его кузни, — обратился Рэброг ко мне после того, как я насытился и отвалился от тарелки. — Есть у него несколько профессиональных вопросов к тебе. В сопровождении пойдёт Маргуре.

— Прихвати свою струну и нож, хочется изучить их, — добавил гном. — Я ведь правильно понял, что струна из металла?

Вот теперь стал понятен его утренний энтузиазм и хитрый блеск в глазах. Как только до утра дотерпел? Я быстро сходил в свою комнату, снял струну с люмани, прицепил к ремню на клипсе ножны с ножом и, заперев дверь, спустился вниз. Пакко с Маргуре уже топтались у выхода из трактира, ожидая меня.

По пути к кузнице мы прошли мимо тренировочного плаца, где орки отрабатывали