Леди Босс. Она моя истинная - Luna Gold

Внезапно Ханс прорывается сквозь бой с Руди, кидаясь ко мне с ножом, наполненным тёмной магией. Он целится прямо в сердце, но в последний момент Руди перехватывает удар, принимая клинок на себя. Его глаза встречаются с моими, и в них уже нет ни злости, ни холода — только боль и прощение.

— Прости, Миранда, — шепчет он, падая на пол. — Я был не прав. Закончи это…

Ханс в ярости снова пытается напасть, но теперь я готова. Одним движением руки направляю энергию на него, отбрасывая к стене. Он кричит от боли, его тело ослабевает, и древний вампир начинает поглощать уже его силу.

Глава 18

Тишина, наступившая после исчезновения Кайдана, кажется ещё более зловещей, чем бушевавший только что хаос. Склеп разрушен, стены покрыты трещинами, пол усеян пеплом. Воздух тяжёлый, наполнен запахом смерти и магии, которая медленно рассеивается, оставляя чувство пустоты и страха.

Я медленно опускаюсь на колени рядом с Йошу, обессиленная и потрясённая. Мы оба едва живы, но моя душа переполнена ужасом от одной мысли: мы победили лишь пешку. Настоящий враг оказался намного страшнее, чем я могла представить. Кайдан, древний вампир, основатель Совета, живой призрак из прошлого, теперь стоит за всем происходящим. Его холодная усмешка и эти глаза, полные древнего зла, всё ещё перед моими глазами.

— Мира… — Йошу берёт меня за руку, его голос едва слышен, но наполнен решимостью. — Ты сделала всё, что могла. Ты спасла нас всех.

— Нет, Йошу, — качаю я головой, чувствуя, как слёзы наворачиваются на глаза. — Это не конец. Он вернётся, и я даже не представляю, как его остановить. Мы ничего о нём не знаем…

В этот момент к нам подходят Ева и Томас. Они оба выглядят истощёнными, покрытыми пылью и ранами, но живыми. Ева смотрит на меня со смесью гордости и тревоги.

— Главное, что мы живы, — говорит она, кладя руку на моё плечо. — Теперь мы знаем, с чем имеем дело. Это уже начало.

— Ты знаешь что-то о Кайдане? — резко спрашиваю я сестру, чувствуя, что она что-то утаивает.

Ева колеблется, глядя на Томаса, потом на меня.

— Я слышала это имя от деда, — признаётся она. — Но думала, что это просто легенда. Он был одним из первых вампиров, гораздо древнее Совета, и считался погибшим в войне тысячелетие назад. Говорили, что он был настолько силён, что даже Совет боялся его возвращения. Его предали и запечатали в гробнице, и он обещал вернуться, чтобы отомстить всем, кто посмел выступить против него.

Моя кровь холодеет от её слов. Теперь понятно, почему Ханс пытался пробудить древнего вампира — это был лишь шаг в плане Кайдана, чтобы разрушить старый порядок и вернуть себе власть над нашим миром. Но зачем ему я? Что он имел в виду, называя это «первой проверкой»?

— Нам нужно вернуться к родителям, — говорю я твёрдо. — Совет должен знать, что происходит. Но мы не можем доверять всем. Если Кайдан создал Совет, кто знает, кто из старейшин может быть его союзником?

— Именно, — раздаётся слабеющий голос. Мы резко оборачиваемся и видим Руди, лежащего на полу в луже крови. Он ещё жив, но едва дышит.

Я быстро подбегаю к нему, склоняясь рядом. Его глаза затуманены, он уже почти на грани смерти, но ещё держится.

— Руди, зачем ты это сделал? — спрашиваю я, чувствуя, как моё сердце наполняется жалостью и злостью одновременно.

— Я… ошибся… — шепчет он, хватая меня за руку с неожиданной силой. — Ханс обещал власть… я не знал, кто стоит за ним… Но когда понял… было поздно…

— Ты знал про Кайдана? — требую я ответа, отчаянно глядя в его угасающие глаза.

Он медленно кивает.

— Не сразу… Я думал, это легенда… Ханс нашёл старинные записи… он верил, что сможет управлять Кайданом… но… никто не сможет… он монстр… абсолютное зло…

— Как его остановить? — спрашиваю я, чувствуя, как его жизнь утекает вместе с каждой секундой.

Руди слабо улыбается, его взгляд тускнеет.

— Только… кровь древнего рода… твоя кровь… но будь осторожна… он… хочет… тебя…

Последние слова растворяются в тишине. Руди делает последний вздох, и его рука безжизненно падает на пол. Я замираю, ощущая тяжесть его последних слов. Значит, Кайдану нужна именно я. Моя кровь — оружие против него, но и его цель.

Мы молча выбираемся из разрушенного склепа. Рассвет уже близок, небо окрашено алыми красками, словно отражая события ночи. На выходе нас встречают мои родители, их лица напряжены и бледны, они едва справились с битвой.

— Миранда, слава богам, вы живы, — мать бросается ко мне, крепко обнимая. — Но что произошло? Мы почувствовали всплеск страшной силы…

— Древний пробудился, — хрипло отвечаю я, — но это было не самое страшное. Ханс был лишь орудием. За всем стоит Кайдан. Он вернулся.

Отец резко бледнеет, его ледяные глаза расширяются от ужаса.

— Это невозможно… Кайдан мёртв уже тысячу лет!

— Он жив, отец, — твёрдо говорю я. — И он хочет мести. Нам нужно готовиться к худшему. Совет нужно собрать, но среди старейшин есть предатели. Мы не знаем, кому доверять.

— Тогда мы будем держаться вместе, — решительно говорит отец, обнимая мать и смотря на нас всех. — Мы не дадим ему победить.

В этот момент я чувствую, как рука Йошу снова крепко сжимает мою. Он с трудом стоит на ногах, но в его взгляде больше силы и решимости, чем раньше.

— Вместе мы справимся, — произносит он, его голос придаёт мне новые силы.

Мы смотрим друг на друга, понимая, что настоящая битва ещё впереди. Но теперь у нас есть шанс. У нас есть семья, союзники, и самое главное — любовь, которую даже Кайдан не сможет уничтожить.

Но глубоко внутри меня зарождается тревога. Я закрываю глаза и снова вижу видение: разрушенный город, огонь, кровь и… Кайдан, стоящий над всем этим хаосом. Его взгляд обращён прямо на меня, и он улыбается.

«Скоро мы снова встретимся, Миранда», — слышу я его голос в голове.

И я знаю, что эта битва изменит наш мир навсегда. А он и именно он посылает мне эти видения.

Глава 19

Следующие несколько дней проходят как в тумане. Город наполнен страхом и неопределённостью. Тайна существования Совета уже почти не тайна, люди напуганы, полиция пытается объяснить ночные нападения «массовыми беспорядками». Нам приходится действовать быстро, собирая всех одарённых, способных стать на нашу сторону в этой войне.

Кайдан