Заметки городской ведьмы - Инга Фельтен

— Да ну тебя! — отмахнулась ведьма. Отщипнула кусочек сырника, протянула Кошке. Та понюхала угощение, поморщилась, чихнула, снова поморщилась и с аппетитом прожевала. Потрясла передней лапкой и улеглась на подоконнике, облизывая длинные усы.

— Про дедушку вообще ничего сказано не было. Может, он давно умер.

— А имя…

— Самое обычное имя! Нашла, к чему придраться…

— А что не так с именем вашего менестреля? —поинтересовался Дракон. Перед ним на тарелке лежало четыре сырника: со сметаной, с вареньем, со сгущенкой и один — просто так, и Дракон никак не мог сделать сложный выбор.

— Видишь ли, обычно сперва подбирают подходящее по значению имя, а от него потом рождаются клички, но тут наоборот: кличка первостепенна по смыслу, потому что…

— Хватит выдумывать! — ведьма стукнула рукой по столу, и Кошка умолкла.— Не хочу больше слушать эти глупости!

— Тогда что же ты хочешь услышать? Что тебе не стоит в это ввязываться?

— Я и не ввязываюсь. Но…

Она подумала о бумажном пакетике, спрятанном на дне сумки: вся подкладка теперь, должно быть, пахнет яблоками с корицей.

Что ж, если ее никто не ждет — всегда есть почтовый ящик.

Городская ведьма допила чай, оделась, прихватила сумку и решительно вышла из дома.

Ей не нужно было долго вспоминать адрес.

Та же улица.

Дом 38.

Корпус 6.

Квартира 4.

Глава 10. Заходи, если что...

Городская ведьма решительно шагала по вечерней улице.

Решительность, впрочем, таяла вместе с расстоянием, отделяющим ее от темно-зеленой металлической двери корпуса 6 в доме 38.

Впервые в жизни она шла в чье-то жилище без приглашения.

Конечно, по человеческим меркам это можно было считать бестактностью вне зависимости от цели визита, что немного расстраивало. Но для энергетических волн Мироздания такие мелочи не имели значения. Так что городская ведьма напомнила себе, что она все-таки в первую очередь ведьма, а все человеческое можно убрать на второй план. Если места хватит.

Темно-зеленая дверь распахнулась прямо перед ее носом. Во двор суетливо выкатился мужичок с клетчатой авоськой, а ему вслед раздалось звучное «И молоко не забудь! С синей наклейкой, не с красной!!!». Где-то хрипло тявкнул, закрываясь, дверной засов.

Ведьма пожала плечами, поднялась по лестничному пролету и нажала на звонок квартиры 4.

Не нервничать. Главное — не нервничать, даже если никого не будет дома. Или, наоборот, если дома будет кто-нибудь, кто ей не обрадуется. Обычно ведьму не слишком беспокоило, что о ней подумают. Но теперь почему-то это стало важно.

Звонок тренькнул под пальцем, и с той стороны раздались шаги.

Дверь распахнулась почти настежь — дружелюбно, без выяснения «кто там» и прочих проявлений недоверия к миру.

На пороге стоял Серый в старых потертых джинсах и футболке со знаменитым волком и подписью «Ну ты это, заходи, если что». В руках он держал какую-то деталь — скорее всего, извлеченную из недр компьютера.

Серый широко улыбнулся и приглашающе махнул свободной рукой.

— Ты всегда открываешь дверь, не спрашивая? — поинтересовалась ведьма, шагнув через порог.

— Чего спрашивать? Я и так понял, что это ты.

— И как же ты это понял?

Серый легкомысленно пожал плечами.

— Может, узнал по шагам? Или по общей… э-э… ауре?

Он говорил почти серьезно, но васильковые глаза смеялись.

Ну конечно, он просто обычный парень. Вон какой синеглазый. У тех, «серых», глаза обычно зеленые или карие…

Ведьма улыбнулась в ответ, продолжая размышлять о своем, затем спохватилась и выудила со дна сумки фирменный пакетик из чайного магазина.

— Вот. Держи свой яблочный «маячок».

— Ух ты. Спасибо! Покажешь, как заваривать? Я только… это… сейчас… — Серый обтер об джинсы свободную руку.

— Как обычный чай, никаких премудростей. Извини, я не вовремя, — она кивнула на железяку.

— Ерунда, не обращай внимания. Просто чищу комп. Уже почти закончил, — пробормотал он, и лицо у него стало растерянным. Ведьма без труда догадалась: Серый рад и ей, и подарку, но что теперь делать — совершенно не представляет. Ему бы вернуться к разобранному на запчасти компьютеру, который явно не стоит оставлять в таком виде; и кухня совершенно не готова к приему гостей; да и вообще момент не самый подходящий.

— Все равно мне пора домой. Как-нибудь в другой раз.

— Нет, в самом деле… Ты это…

— Зайду, если что, ага, — фыркнула ведьма, снова взглянув на его футболку.

— Ну хоть телефон оставь! — Серый хлопнул рукой по карману, заозирался по сторонам и раздраженно добавил:

— Опять куда-то засунул... Напиши тут,ладно? — и протянул ведьме видавший виды блокнот и карандаш.На предыдущем листке красовалась табличка с жирными черными точками на линиях и подписью Cm.

Ведьма усмехнулась и принялась аккуратно выводить цифры. Дописала, положила блокнот на полку. И вдруг заметила длинный серый волос — или, точнее, шерстинку.

— У тебя собака? — осторожно спросила ведьма, рассматривая находку.

— Какая собака? У меня нет собак.

— А шерсть есть.

В самом деле, стоило только присмотреться — и оказалось, что серые шерстинки стали заметны и на полу, и на обивке сиденья в прихожей, даже на джинсах…

— А, это… Это не моя. Егор Петрович с третьего этажа иногда заходит, просит выгулять Грея.

— Какого Грея?

— Так собаку его. Такая, знаешь, большая серая дворняжка. У Егора Петровича ноги болят — артрит, что ли. Или артроз. Не помню. Его внуки решили развлечь и притащили этого Грея, а с ним же гулять — ну и вот…

Серый продолжал