Синхронизация - Инна Ласточка (Ness Quik)

— Ещё кое-что… Здесь Чехов, а значит и единственный корабль с развивающимся искусственным интеллектом в бортовой системе. Может случится так, что мы окажемся в большой опасности. Ты уверена, что доведёшь дело до конца ради общей цели? Ты должна решить, готова ли ты пожертвовать всем в случае неудачи?

— Я…

Кристофер не дал ей закончить.

— Сейчас или никогда! Как в старые времена! — он протянул руку.

— Да, — Эмилия прекрасно понимала, на что соглашается и чем это грозит.

Их руки соприкоснулись впервые за долгие годы.

— Хорошо. Веди себя как обычно. Не позволь нашим оппонентам начать строить догадки, никто не должен узнать, что ты помогаешь мне.

Эмилия кивнула и поспешно отдёрнула руку, оставляя ему перчатку.

Чехов прилично выпил этим вечером: сначала был в баре на девятом уровне, потом развлекся с какой-то дамочкой в её апартаментах, ушёл два часа спустя, не спросив даже имени, после выпил ещё, и, наконец, собрался на «Пегас», но выяснил, что вернуться туда весьма проблематично. Пассажирский лифт работать отказался, грузовой и вовсе отключили на ночь. Оставалась лестница, которой Антон и воспользовался, не подозревая, каким открытием это обернётся для него. Он вышел на восьмой уровень, чтобы перейти на другой лестничный пролёт в смежном коридоре, но услышал шаги, бросил мутный взгляд на табличку с указанием сектора, мгновенно протрезвел и слился со стеной. Кто-то шёл в его сторону очень тихой поступью. Чехов активировал чип — когда яркий голографический браслет вспыхнул вокруг запястья, он быстро нажал нужную команду и скрыл все процессы в фоновый режим. Свечение исчезло, и в этот же самый момент из-за угла выплыла фигура женщины, Антон отступил в нишу, боясь, что стук сердца выдаст его, но всё обошлось, фигура скользнула мимо и скрылась на лестнице. Он выдохнул, выждал несколько минут и пошёл в другую сторону, на шестом уровне его ждал сюрприз, — все лифты оказались исправны и работали, как часы.

— Что за чертовщина?! — возмутился Чехов, едва шлюз родного «Пегаса» закрылся за его спиной, — Мари, кто это был?

— Я получила данные, личность опознана, майор. Боюсь, вам не понравится то, что я скажу.

— В тебе стало слишком много человеческого, — шутливо посетовал он. — Пожалуйста, не строй догадок на мой счёт.

— Но мои алгоритмы развития и считывания…

— Я знаю. Не тяни! Кто это был? — он вошёл в каюту-кабинет и устало опустился в кресло.

— Эмилия Фармер, пятьдесят один год, бездетна, имеет приёмную дочь…

— Кто?!

— Эмилия Фармер, пятьдесят один…

Он отмахнулся.

— Это риторический вопрос. Можешь отсканировать сектор командования?

— Весь, майор? — удивлённо спросила МАРИ.

— Нет, только стены, — съязвил он. — Можешь или нет?

— Сканирую. Обойти систему защиты блоков управления?

Антон растерянно посмотрел в ту сторону, откуда шёл её голос.

— А что, так можно было?

— Это не законно, мы нарушим пункт 3.23.95. «Собора общих правил», и 2.23.34. «Пакта безопасности», но по вашему приказу, я…

— Хм, не знал, что с системами основной базы дела обстоят так же, как и с любыми другими… ну, выполняй. Делай тогда полное сканирование, избегай кодов доступа, по которым тебя могут засечь, всё, как обычно.

— Сканирование выполняется.

Перед Чеховым раскрылся экран с изображением карты этажа — в полумраке кабинета его синевато-зелёный свет казался слишком ярким. Антон прикрыл рукой глаза и только после этого присмотрелся. В одной из комнат архива находился чей-то силуэт, определённый тепловизором.

— Личность распознать можно?

— Только при повторном сканировании.

— Нет, так рисковать не будем. Проще проследить за Эмилией, оставляю это тебе, а у меня, похоже, появился разговор к Джону. Думаю, он вряд ли знает о ночных похождениях своей жены.

— Отслеживать в режиме записи видео или файлов?

— Полное.

— Выполняю.

Экран исчез, Антон потёр переносицу, спать не хотелось, алкоголь выветрился, а впереди была ещё долгая и уже точно бессонная ночь.

Снова приснился сон про цветок, а утром мать закатила скандал, словно знала, что уже давно бессильна и уже ничего не может сделать. Нина плакала, пыталась возражать, спорить, убеждать, в результате к обеду, не без помощи отца, собрала всё необходимое и оказалась на «Пегасе» перед совершенно заспанным Чеховым, который вообще-то даже не сразу понял, в чём дело и почему она пришла. Только после того, как большая кружка кофе опустела, Антон окончательно проснулся и нашёл Нину в каюте второго пилота. Она смотрела сквозь круглый иллюминатор на противоположный парковочный блок и ничего перед собой не видела: обзор застилали слёзы, стоявшие в глазах, плечи изредка вздрагивали. Чехов небрежным движением дал знать о своём присутствии. Нина замерла, быстро вытерла лицо и повернулась.

— Мне нужно подготовиться, у нас первый опыт синхронизации в два часа…

— Да, знаю. Мари поможет освоиться, а я должен встретиться с вашим отцом и профессором Томпсоном, — он увидел её испуганный взгляд и оговорился, — ничего такого. Вы можете доверять мне.

Нина хмыкнула и отвернулась. Сейчас, когда она посмотрела на него, ей вдруг показалось, что ему действительно можно доверять, но слова Эмилии, сказанные ей ещё в детстве, так и сидели в голове, принося бесконечные сомнения. Ошибалась ли Нина или её приёмная мать было не ясно, и, в конце концов, Нина решила, что только время даст ей ответ на этот вопрос.

Антон ушёл, а она осталась. Осталась на крейсере мечты, наедине с МАРИ и собственными мыслями. Нина впервые была свободна, впервые чувствовала, что может решать сама, делать что-то сама, — она разобралась с кофемашиной, приняла душ, поплавала в бассейне, после чего села в кресло второго пилота и начала читать инструкцию, обсуждая некоторые моменты с МАРИ. Нина пришла к выводу, что готова забыть о предрассудках и неприязни к Чехову, лишь бы остаться на «Пегасе» и просто наслаждаться любимой работой.

А в это время на несколько уровней выше неё в кабинете профессора Томпсона шло жаркое обсуждение: Антон, приказав МАРИ на время обойти блок и отключить прослушку этого помещения, в подробностях рассказал о женщине в чёрной шляпке и тайных встречах. Джон Фармер, казалось, действительно ничего об этом не знал, но к предположению, что Эмилия может ему изменять, отнёсся более чем спокойно, а когда услышал о секторе командования и вовсе расслабился. Томпсон напротив заволновался больше, чем следовало, и заверил, что тут дело не чисто и стоит подозревать мадам Фармер не в супружеской измене, а в измене Совету, «Авроре» и Человечеству. Чехов, впрочем, особой точки зрения не придерживался, поскольку имел личные счёты с этой женщиной и не хотел, чтобы