Истина - Ана Эм

Она даже не отрицает того, что у нее есть ведьма в прислужницах, и к счастью, не спрашивает о причинах. Если хочет жить, не станет повторно устраивать ловушки. В противном же случае…

– Что еще?

О, это ей точно не понравится, но грядет война, а на войне все средства хороши. Да и к тому же, я не собираюсь проигрывать, а значит, пора задумываться и о будущем. И сейчас для этого самое идеальное время.

Мои губы растягиваются в лукавой улыбке.

– Я хочу Эдмунда в качестве мужа.

Когда возвращаюсь в свое тело, возникает ощущение, будто меня сбросили с башни. С болезненным стоном поднимаю голову со спинки дивана и сажусь. Зейд отсматривает меня обеспокоенным взглядом.

«Ты в порядке?»

Я улыбаюсь, хотя голова трещит так, будто туда вонзается миллион острых шипов.

– Да. – перевожу взгляд на Валери, которая сидит напротив на другом диване и пытается оттереть запекшуюся кровь с подбородка. Лицо у нее с легким синими оттенком, а под глазами огромные темные круги. Она истощена. Я впервые вижу Вал истощенной. Использование дара в астральной форме отняло у нее все силы. Все еще не понимаю, как это вообще возможно.

«Я уже хотел тушить огонь» – рассказывает Зейд, положив руку мне на спину, и начиная медленно растирать ее, будто приводя в чувства. – «Пульса у вас почти не было, а губы начали синеть, но тут очнулась Валери и сказала дать тебе еще немного времени»

Киваю слегка приникнув к нему, к его теплу.

«Она согласилась?» – спрашивает Вал, поднося к губам трясущейся рукой стакан воды.

«Да» – коротко отвечаю ей.

Этот план мы придумали вместе, хорошо понимая, куда суемся. Камилла должна была сыграть роль кнута, Валери угрожать, что у нее получилось даже слишком хорошо, а я уже в свою очередь провела переговоры и получила то, за чем мы на самом деле туда отправлялись. Сделку. Не союз.

– Ксандр был там. – произношу я то же, о чем скорее всего подумала и Валери. – Он добрался до ведьм, добрался до волков и даже людей.

Вал вздыхает и возвращает стакан на стол, а я прижимаюсь к Зейду теснее.

– Какова вероятность, что он уже был и здесь? – тихо произношу. – Какова вероятность, что недавний запрет на перемещения и невозможность для нас покинуть Эларис очередная ловушка, в которую мы вошли добровольно?

Ксандр знал о том, где находился медальон жизни, знал, где можно было найти клинок смерти, и уж тем более, имел представление о том, где сейчас находится камень души. Он знал о том, что мы отправимся сюда. И это значит лишь одно…

Мы с Вал переглядываемся.

– Она знает. – говорит она охрипшим голосом.

– Она знает. – эхом повторяю я. – Эта сука Америда знает, кто мы.

52

Десять лет.

Валери сделала что-то устрашающее десять лет назад. Причем, Каролина даже не подозревала о том, что это была именно она. Любопытно.

Откинувшись на мягкие подушки диванчика, я подношу трубку к губам и делаю вдох сладко-ягодного дыма, а затем выпускаю его в ночное небо, где совершенно не видно звезд. Сегодня вечер проводится в саду, а не в тронном зале, но суть не меняется. Все разместились на мягких подушках и диванах, выпивая, общаясь, покуривая и трахаясь. Разница лишь в том, что теперь нас окружает еще больше цветов и летающие пикси.

Перевожу взгляд на сидящую рядом Валери, и снова затягиваюсь табаком. Блестящая вода в колбе рядом начинает пузыриться. Десять лет назад мне было тринадцать, Вал семнадцать. Мы не очень то много общались, так как буквально были в разных мирах. Я только заканчивала свой первый год обучения, а она уже выпускалась и таскалась с родителями и бабушкой Элоизой по всем политическим делам. Иногда я даже понятия не имела, где она и чем вообще занимается. Поэтому в данном случае на память нельзя опираться, но если спрошу ее об этом напрямую, она наверняка потребует ответов и от меня. И будет права.

Снова затягиваюсь дымом и выдыхаю его. Затем делаю глоток розового алкоголя из своего хрустального бокала. Моя магия еще не восстановилась полностью после нашего приключения. Да и Вал до сих пор выглядит бледной. Использование дара в астральной проекции буквально выкачало из нее жизненную силу.

«Все это дерьмово пахнет» – вдруг раздается ее голос по нашей внутренней связи.

«Что именно?» – спрашиваю, наблюдая за тем, как трое фей раздевают друг друга в медленном танце совсе недалеко от нас.

«Ксандр»

Я киваю, пробурчав согласие, и снова затягиваюсь дымом.

«Он явно не собирается нас убивать» – продолжает она, делая вид, что рассматривает звезды, которых не видно. – «Мы нужны ему живыми, но зачем?»

«Думаю, дело в барьере» – предполагаю, убрав стакан на низкий деревянный столик справа от диванчика. – «И в том, что мы Триада»

Вал опускает на меня взгляд.

«Он хочет разрушить границу» – произносит так, будто уже долгое время и сама об этом размышляла. – «В таком случае, каким образом он заставит нас это сделать? Схватит наших близких и будет пытать, пока не согласимся? И почему так ни разу и не напал на нас сам? Зачем действовать исподтишка, если у тебя есть целая армия демонов?»

Вот она. Моя сестра, которую я помню в детстве. Она никогда не была солдатом, которым хотела казаться в Деревне Волков. Нет. Она была лидером, прирожденным лидером. И от чего-то начала проявлять эти качества именно сейчас.

Я выдыхаю дым и снова набираю полные легкие.

«Никогда не думала, что скажу это, но…Я понятия не имею. Возможно, он просто пытается оставаться в тени или же выжидает, пока мы не соберем все артефакты, и расставляет ловушки заранее» – убрав трубку на столик, запрокидываю голову на спинку кресла. – «Меня больше смущает другое»

«Что?»

«Волки и ведьмы, он не просил их схватить нас» – поворачиваюсь к сестре, которая уже смотрит на меня, переваривая мою мысль.

«Он пытался заполучить Камиллу»

Вот именно. Сначала в Кровавую ночь с помощью Бэлфоров и Локхартов, затем используя стаю Горных волков. Так или иначе, ему нужна была Камилла. С артефактом или без.

«Будем откровенны» – бросаю я, снова выпрямившись. – «До определенного момента из нас троих именно Ками была слабым звеном, и не будь мы вместе, похитить ее не составило бы большого труда»

Валери вздыхает, потерев виски.

«Должно быть, он хотел использовать ее, чтобы выманить нас»

«Или же есть что-то еще, чего мы пока не