Герой на полставки (Genshin Impact) - Мистер Ву

Я демонстративно, опустил сферу на каменную брусчатку, а затем со всей дури, без тормозов, влил в печать Анимо энергию, на чистых рефлексах. Пространство вокруг меня схлопнулось по щелчку, воздух со свистом всосало в эпицентр, образуя вакуум. Моя собственная аура вырвалась наружу, а глаза вспыхнули пронзительным, ослепительным бирюзовым светом, по венам и коже побежали светящиеся Анемо-татуировки, ветер взвыл, срывая с крыш черепицу.

— Я тебя сейчас пну на другой конец континента, шарик чертов! — ядовито произнес я, занося ногу для удара. — Думаешь, я твои капризы терпеть буду?! Подавись своей Вечностью! Лети обратно в Бездну, неблагодарная, капризная кашолка!

Шарик ошалел, ошалела Сара, выронив лук из ослабевших рук, ошалели стражники, которые только что прибежали на шум из внутренних дворов вместе с какой-то высокой жрицей в красно-белых одеждах, и только она поняла что с чем

— Это… Печать Архонта Свободы… — пролепетала жрица, её лисьи ушки нервно дернулись. — Подожди… ты — Странник?!

Но было уже поздно, я действовал по простой логике: не тебе, ни мне. Я уже пустил ногу в полет по идеальной дуге, вкладывая в удар всю мощь баффов Системы и Анемо-резонанса.

И только в эту самую миллисекунду, когда носок моего ботинка находился в миллиметре от гладкой поверхности, у древней богини наконец-то прорезался инстинкт самосохранения. Сфера взорвалась в чистейшей энергетической силе. Она мгновенно сбросила свою маскировку, и на площадь обрушилось цунами чистейшей, первозданной Электро-мощи. Фиолетовая вспышка ослепила всех присутствующих, из шарика вырвались плотные жгуты молний, которые в панике обвили мою ногу, пытаясь затормозить удар, косплея подушку безопасности.

Мой ботинок врезался в этот электрический щит с таким грохотом, что над Тэнсюкаку разошлись тучи, ударная волна раскидала остатки стражи по кустам, а Сару и жрицу отбросило к самым дверям резиденции. Шарик, жалобно затрещав, отлетел на пару метров и закрутился на брусчатке, мигая фиолетовым светом, будучи уже аварийноф сиреной.

— Ну что, доигралась, батарейка?! — сказал я, готовясь идти на второй заход. — Будешь еще выпендриваться?! Сил у меня хватит, чтобы ты летал до снежной.

Я поднял искрящийся шарик с брусчатки и брезгливо отряхнул его от невидимой пыли, потоки Анемо-энергии, бушевавшие вокруг меня, послушно втянулись обратно, татуировки на коже погасли, а глаза вернули свой привычный цвет, нулевой вакуум рассеялся, и на площадь со свистом ворвался свежий ночной ветер.

Все присутствующие находились в состоянии глубочайшего шока, то ли от первобытной ауры шарика, которая теперь фонила на всю столицу, то ли от того, что какой-то наглый турист только что пытался сыграть душой божества в футбол, то ли от комбинации этих факторов. Сара так и сидела на земле, забыв про свой лук, а жрица с лисьими ушками — судя по всему Яэ Мико — во все глаза пялилась на сферу в моей руке, и её обычно хитрая мордашка сейчас выражала абсолютное неверие.

Но, конечно же, такое грандиозное представление со спецэффектами просто не могло не привлечь внимание того единственного человека, ради которого всё это и затевалось. Из недр Тэнсюкаку во все стороны брызнули толстые, ветвящиеся разряды фиолетовых молний, раскалывая ночное небо.

Все, кто был на площади — стражники, Сара, даже Мико по невидимой команде, рухнули на колени, прижимаясь лбами к холодным камням.

А затем раздались шаги.

Цок… цок… цок…

Звук деревянных гэта эхом разносился в тишине, я же остался стоять, лениво перекидывая пульсирующий шарик из руки в руку, всем своим видом выражая крайнюю степень невозмутимости. Из-за массивных ворот вышла та, кого я и ждал. Не запылилась.

Обычно её лицо напоминало безупречную, но абсолютно безжизненную фарфоровую маску отстраненную и высеченную из камня во имя её хваленой Вечности. На собрании Архонтов она смотрела на меня как на досадную помеху, что даже мусор под ногами и то более достойный.

Но сейчас… Боги, сколько же там было эмоций!

Её фиолетовые глаза были распахнуты так широко, что казалось, они сейчас лопнут, я них плескался безумный коктейль из понимания, шока, боли, отрицания и отчаянной, сумасшедшей надежды, что я её просто не узнал. Да что там я — никто в Инадзуме не узнал бы свою правительницу в этой растерянной, дрожащей женщине, вечность дала трещину размером с Гранд-Каньон. Вряд ли она вообще когда-либо показывала хоть каплю подобных эмоций на публике.

Она замерла на полпути, её губы беззвучно шевелились, а взгляд был намертво, магнитом прикован к сфере в моих руках, она знала, кто там внутри.

— Долг засчитан, — нарушил я тишину, мой голос прозвучал буднично. — Ты мне крупно должна, Сёгун.

Я кинул искрящийся шарик в её сторону, для богини, которая славилась своей молниеносной реакцией и непробиваемым спокойствием, это был момент полного краха. Эи неуклюже рванулась вперед, отбрасывая в сторону подол своего роскошного кимоно, и поймала сферу обеими руками, падая на колени, и сразу прижимая её бережно и отчаянно.

— …за спасение твоей сестры из Бездны, — закончил я фразу, пряча руки в карманы.

В этот самый момент, звеня экипировкой, на площадь ворвалась Люмин, её меч уже был наголо, глаза лихорадочно сканировали пространство в поисках врагов. Следом за ней, комично кувыркаясь в воздухе и громко икая после переедания, прилетела Паймон. Консерва судорожно сжимала в кулачках остатки палочки от шашлыка.

Блондинка затормозила, оценив сюрреалистичную картину: толпа элитной стражи и генералов в глубоком нокдауне или на коленях, рыдающая Всемогущая Сёгун, прижимающая к груди светящийся шарик, и я, абсолютно спокойный, с руками в карманах.

— Странник… — Люмин медленно опустила меч, тяжело вздохнув. — Снова война? У тебя что, фетиш на объявление войны целым государствам по прибытии? Мы же только приехали! Я даже сувениры купить не успела!

— Ик! Паймон даже не доела… ик!… свою лапшу! — пожаловалась консерва, прячась за плечо подруги.

— Всё хорошо, девочки, отбой тревоги, — я лениво махнул рукой, разворачиваясь к ним спиной и направляясь к выходу с площади. — Никакой войны, я просто поработал курьером, идём, судя по нацеленным на меня лукам и общей атмосфере, нам тут всё равно не очень-то рады.

Я сделал всего пару шагов по каменным плитам, предвкушая, как мы сейчас найдем нормальную гостиницу, снимем номер и в горячие источники, вот это действительно стоит попробовать. Но, естественно, всё не могло закончиться так просто.

— Стой.

Голос Сугун прогремел прямо у меня в голове, в этом единственном слове больше не было ледяного холода по отношению ко мне, а дрож и отчаяние. Фиолетовые молнии, до этого хаотично бившие в небе, замерли, сконцентрировавшись