Фантастика 2026-12 - Виктория Юрьевна Побединская

— Обидно.

Хотя чего обижаться. Сорок семь миллионов⁈ Заверните две, пожалуйста. Можно и без юбки. Похоже, что она реально хороша. Очень хороша. С другой стороны, вряд ли Рома поставил бы на кого-то, кто не имел бы хороших перспектив и потенциала.

— Сам виноват, — развёл он руками. — Нечего было уходить. В любом случае, если она сильно не ошибётся, то именно Ольга займёт место Смирнова и станет следующим старшим адвокатом после него.

— Тогда кто?

— Я.

О как. Я с удивлением посмотрел на Романа и натолкнулся на его спокойный и холодный взгляд. Он покинет фирму отца? Нет. Не верю. Это даже звучит бредово. Я видел Романа в работе. Для него профессия — жизнь. Он обожает её. Наверно, даже точно так же, как я сам её любил и люблю до сих пор. Вероятно, на этой ниве мы с ним и сошлись характерами.

Но в то, что он вот так просто уйдёт, я не верил. Можно, конечно, было бы сказать, что Рома собирается пойти в свободное плаванье, но это тоже маловероятно. Его фамилия стоит первой в названии фирмы. От таких вещей так просто не уходят.

Значит, остаётся один вариант.

— Павел собирается отойти от дел? — наконец спросил я, заметив мелькнувший в его глазах крошечный огонёк удивления.

— Знаешь, не буду говорить, что поражен. Всегда говорил, что ты удивительно догадлив.

— Да какие там догадки. Ничего удивительного, — отмахнулся я. — Просто ткнул пальцем в небо…

— Для человека, который любит часто тыкать в небосвод, ты поразительно меток, — хмыкнул он, глядя на меня. — Да. Вчера отец сказал мне, что через три года собирается отойти от дел.

— А почему именно три года? Странная цифра. Он вроде ещё полон сил…

— Не знаю, — уклонился он от ответа. — Но это в любом случае уже решено. Он сам мне сказал, а я не помню, чтобы он откатывал принятые им решения назад.

А вот тут я мог бы поспорить, но уверен, что тут у нас будут с Романом разные мнения.

— И его кресло останется свободным, — продолжил я.

— Ненадолго, — сказал Рома, не став вдаваться в эту тему. То, что он не высказал вслух, было ясно и так. — Видишь ли, когда старший адвокат покидает своё место, он имеет право рекомендовать человека на эту должность. И если этот человек соответствует требованиям, то получит это место. Остальные не вправе его оспорить.

— Забавно выходит…

— Ну, ты же не думал, что мы тут живём без патронажа? Так что, Александр? Я даю тебе шанс. Не подачку. Не деньги. Именно шанс. Доказать, чего ты стоишь на самом деле. Доказать, как адвокат в профессиональном плане. Видишь? Я не размениваюсь по мелочам. Я кину тебя в бассейн с акулами.

— Ром, ты меня не просто в бассейн с акулами кидаешь, — вздохнул я, откинувшись на спинку кресла. — Ты меня перед этим кровью облить собираешься и надувные рукавчики заберёшь.

— Ну, слава богу, что ты умеешь плавать, — пожал он плечами. — Плыви, дерись, кусайся, если нужно. Но добейся результата.

Хотелось выругаться. Долго. Витиевато.

Вот ведь засранец. Знает, на какие точки надавить. И ведь я ни на йоту не сомневаюсь, что ему прекрасно известно, о чём именно я сейчас думаю. Он хорошо знает моё отношение к работе. Не может не знать. Рома не идиот. И потому, должно быть, он сейчас очень хорошо понимает, как сильно я борюсь с самим собой, чтобы принять его предложение.

И я хочу его принять. Вот без шуток. Действительно хочу.

Потому что он прав. Это шанс. Нет. Не просто шанс. Это грёбаный золотой билет! Возможность пролезть на самый верх всего за какие-то три года мучений, страданий. Три года буду работать как проклятый ради того, чтобы забраться на олимп.

Кто знает, может быть, когда-то в будущем «Р» в названии фирмы, обозначающая «Райновский», может изменить значение. Например, на «Рахманов».

А ещё это было безумно интересно. Опять же, Рома знал, на что именно надавить. Мне не интересны простые победы. Я хочу сложных дел! Хочу достойных противников!

Я хочу профессионального вызова!

И Роман сейчас буквально даёт мне всё это на блюдечке с голубой каёмочкой. Он сам так сказал. Его дела. Его клиенты. Старший адвокат Л Р не занимается ерундой.

И всё-таки…

— Спасибо, но я всё-таки откажусь, — сказал я после недолгих раздумий.

Удивительно, но, услышав мой ответ, Роман не выглядел удивлённым.

— Знаешь, мне сейчас выругаться хочется, но… ответь. Почему?

— Ты сам это сказал, Ром. Ты даёшь мне шанс. Не подачку. Не деньги. Ты даёшь возможность. Но…

Его губы тронула короткая, но очень понимающая улыбка.

— Но для тебя это тоже самое.

— Да, — кивнул я. — Что-то вроде того.

— Потому что ты хочешь этого. Но хочешь добиться сам. Я прав? Не желаешь быть кому-то обязанным.

— Что-то в этом духе, — не стал я с ним спорить. — Поверь, мне было сейчас крайне трудно сказать тебе «нет».

— Насколько трудно?

— Неприлично трудно, — произнёс я, вставая с кресла. — Но я не хочу быть в будущем тебе обязан. Как ты там сказал? Не хочешь терпеть убытки потому, что мы с тобой оказались друг против друга, да? А ты хочешь, чтобы человек, на которого ты можешь положиться, готов был пойти против собственных убеждений просто потому, что ему предоставили шанс получше и пожирнее?

— Справедливо, — кивнул он. — Открой конверт.

— Рома, я не хочу…

— Открой его, Саша.

Нечасто он меня так называет. Ой как нечасто. Да и любопытство взыграло. Ладно. Глянем, что там.

Подошёл к столу. Взял прямоугольник из плотной бумаги. Сорвал с него корешок и, достав листы, начал перебирать их.

— Издеваешься? — спросил я через пару секунд, показав ему стопку чистых листов формата А4.

— Нет, — с невинным видом покачал он головой. — Нисколько. Я слишком сильно тебя ценю.

Я посмотрел на него и с подозрением прищурился.

— Ценишь, значит?

— Ага.

— И потому ты решил проверить не меня. Ты решил проверить себя самого. За мой счёт?

— Ну что ты, —