Фантастика 2026-152 - Николай Дмитриевич Соболев

нога, вывернутая рука. Шея, опять же… Ну не может живой человек так раскорячиться. Анатомически не может. А тут вот лежит. «Красуется». Возле самого очага. А вот ружья-то его рядом и нет! Да уж. Ловушка. Однозначно. И приманку положили. Типа: «сердобольные товарищи увидят своего приятеля и кинутся к нему, сломя голову, тут-то их и…»

Где он может сидеть? По всему выходит, что только в самой землянке. Очень уж из её окна отличный вид на мертвеца открывается. Больше-то и спрятаться-то толком ему тут негде. Точнее, спрятаться-то, как раз, можно где угодно, но так, чтоб тебя сбоку не обошли или случайно не наткнулись, идя другой дорогой, просто негде.

Я до боли в глазах всматривался в окно землянки. Тишина. Ни движения, ни шевеления. Но должен он там быть! По любому — там засел.

В это время и без того вялая перестрелка со стороны позиции Андрея и вовсе затихла. Наступила тревожная тишина. Что там они затеяли? Включить, что ли, рацию послушать? А что там я пойму, если даже они действительно затеяли новый раунд своих переговоров, кроме самого факта разговора? Но вот позицию свою здесь неприятелю точно выдам. Нет. Подожду ещё. Лежим и смотрим.

И я-таки дождался! Ухватил! Даже и не само движение, а тень движения в самой глубине землянки. Если б я не всматривался так жадно туда, я бы ни за что не заметил этого намёка на движение. Точно там он, «голубчик». Всадить туда пулю из карабина? Для винтовочной пули тонкие жерди передней стены препятствием не станут. Угадать только в каком углу он сидит… Чёрт. А если… А что если там Элен, к примеру? Ведь молдаванин лежит тут один. Значит что? Девчонка успела куда-то скрыться. Может, как раз, её-то и выманивают наружу трупом напарника? Нет уж, стрелять, не убедившись в обратном, никак нельзя. И, что же мне делать в этом раскладе?

И, словно давая мне подсказку, со стороны позиции Андрея вновь звонко щёлкнул выстрел. А откуда-то подальше (с гряды, понятно) бахнул ответный выстрел из гладкого. Нет, ребята. Кто бы там в землянке ни был, он явно сидит в засаде и просто так вылезать наружу не собирается. Так что он там пока — вне игры. А вот у Андрея, похоже, сейчас всё самое интересное и происходит. Как бы мне вот так, прячась по кустам, и второго своего союзника не лишиться! Нужно подтягиваться к нему. Помочь в перестрелке.

Впрочем, заходить к нему прямо со спины я, всё же, не стал. Мало ли чего? Все сейчас на нервах. Ещё пальнёт сгоряча, не разобравшись (у нас-то своих раций, чтоб предупредить о моём подходе, и нету). Так что выходил я не к вершине гребня, где прочно засел Андрей, а со смещением. По низу. Держа в уме, что где-то в этой стороне засел в засаде на побережье тот лихой парень с автоматической винтовкой, который чуть не пристрелил меня. А что если он выберется из своей берлоги и попытается пройти по побережью и, в итоге, выйти во фланг Андрею? Расстояния-то тут плёвые. Метров триста-четыреста, не больше.

Так что я одновременно не лез под горячую руку Андрею, прикрывал его фланг от возможной атаки, и обеспечивал более широкий фронт в перестрелке. Нет ничего более противного, когда по тебе лупят с двух ракурсов, и тебе толком и укрыться-то не получается. От одного прячешься, а второму под выстрел, как раз, подставляешься.

Об ещё одном аспекте этой тактики я догадался, только выйдя на намеченную мной позицию. Метрах в ста от Андрея, которого я, например, прекрасно видел. Так же, как и обоих девчонок возле него! И Кейлу, и Элен тоже! Значит, в землянке точно второй мекс прячется! Эх, надо. Надо было всё-таки всадить пулю туда прямо сквозь стену! Ну кто ж знал-то?

А воевал Андрей довольно грамотно (ну, по крайней мере, для гражданского штафирки, такого же, как и я сам). Патроны зря не жёг. Стрелял очень редко. (Ну много-то и не постреляешь. По пятнадцать патронов у нас на брата. У меня, правда, уже и вовсе одиннадцать.) Да и Андрей явно потратился изрядно. Дистанцию выбрал правильную. Метров двести. Для него расстояние удобное, а вот для мексиканцев с их гладкостволом, запредельное. Не, не достанут. Обе девчонки сжимают свои наганы и, до времени, молчат. Поглядывают по сторонам. Тоже правильно. Для них эта дистанция тоже нереальная, так что и им зря патроны жечь не стоит. А вот случись мексам прорваться на короткую дистанцию, тут-то их пренеприятный сюрприз и ожидает. Вдвойне неприятный. Или двойной? Не важно. Главное, что обе слушаются своего командира и зря не садят из револьверов. Всё правильно Андрей воюет. Пожалуй, и я не сделал бы лучше.

Но вот только нам противостояли противники, куда боле подкованные в этих вопросах, чем мы. Было бы глупо надеяться, что они не придумали ответный ход на любые наши манёвры. И они его-таки придумали…

К краю кустарника я пробрался по узкой расщелине (почти готовая траншея), тянущейся от верхушки гребня к морю почти на самой границе зарослей. Просто идеальная позиция. И, похоже, мексиканцы о ней тоже знали! Ибо, чем ещё можно объяснить тот факт, что пока один из них продолжал тревожить Андрея, то мелькнув, то выстрелив (без всякого эффекта, всё-таки для гладкоствола дистанция запредельная), короче, всячески отвлекая белоруса. В то время, как его напарник, тихо прячась между камней, спустился к галечному пляжу у основания гребня и, выбирая маршрут таким образом, чтоб всё время оставаться в мёртвой зоне с позиции Андрея, целеустремленно полз к этой самой расщелине. Получается, что прямо на меня!

Ну то, что мексиканцы о ней знали, не мудрено. На острове они уже явно не в первый раз и местность прекрасно изучили. Небось, ни один раз уже обшаривали его каждый камешек. Уж всяко получше, чем только-только появившийся тут белорус. И теперь пытались разыграть эту карту, чтоб тихонечко зайти дерзкому стрелку, вздумавшему им сопротивляться, в тыл и, тем решить его проблему раз и навсегда. И у них даже могло такое получиться! По крайней мере, половину дистанции он уже преодолел. И теперь до спасительных кустов (и расщелины) его отделяло не больше сотни метров. В отличии от тех двухсот, на которых остался его приятель.

Так что моё появление спутало им все карты. Ох, как бы мне хотелось сказать, что моего появления нападающий не заметил. И я, укрываясь в кустах,