Фантастика 2027-127 - Геннадий Борчанинов

Наша часть столовой больше походила на хороший такой ресторанчик. С уютной атмосферой, ненавязчивой музыкой и приятным интерьером с тёмно-зелёными креслами, камином и тёплым освещением. Ну и официанты, конечно. Молодые ребята бодро сновали туда-сюда с подносами.

— О, и Дарюшка тут! — заметно приободрился Тимофей, который не сразу заметил появление усача, потому что увлечённо уплетал борщ со сметаной, закусывая салом, чесноком и ржаным хлебом.

Тоже, что ли, заказать…

— Дарюшка? — переспросил я.

— Дариуш Жижневский, — уточнил Тимофей. — Из Польского Королевства. Потомственный лехит. Аж цельный герцог! — вздёрнул он палец кверху. — Это с его ребятами наши сцепились, кстати. Я узнал одного пацана.

— Надо полагать, вы с ним хорошо знакомы, — мельком глянула Лена в сторону лехита.

Польское Королевство хоть и было частью Российской Империи, но всё же держалось особняком и имело статус этакой автономии. У них даже король свой был.

Король и куча лехитских родов, которые всё грезили о былом величии державы предков и злобно пыхтели в нашу сторону. Таких было не большинство, но достаточно много, чтобы к Польше со стороны имперских сил имелось повышенное внимание.

Масла в огонь добавляло то, что поляков присоединили к Империи после длительных перманентных войн, довольно ожесточённых. Несмотря на общие корни, Россия и Польша постоянно грызлись, и если поначалу лехиты взлетели и даже как-то едва не установили свою власть, то в какой-то момент всё переломилось, и русский медведь ураганом прошёлся по королевству и крепко утвердил свою власть.

А если учесть, что предки многих нынешних лехитов от начала до конца прошли все те века противостояний, то их потомки никак не унимались и при возможности всё пытались показать свою исключительность.

Повторюсь — не все. Даже не большинство. Но определённая спесь и надменность присутствовала у большинства панов. И отчасти вполне обоснованная, потому как маги они были отменные.

— Конечно! Ещё как знакомы, хех, — улыбнулся Тимофей. — Сначала служили вместе… но не слишком ладили, правда… — добавил он тише. — А потом на всяческих соревнованиях друг против дружки постоянно выступали. Он ведь тоже в учителя пошёл, как и я. Можно сказать, наш извечный супротивник, хех.

Взгляд Тимофея превратился в дерзко-хищный, усы изогнулись над задорным оскалом. Словно котяра, который увидел здоровенную крысяру и уже предвкушал грядущее веселье и последующую пирушку.

— Эй, Дарюш! — воскликнул Тимофей, вскинув руку. — Айда к нам! Чего ты там на галёрке уселся?

Поляк одарил его недовольным молчаливым взглядом и сделал вид, что ничего не слышал.

— Э-эх, — вздохнул Тимофей. — Вот всегда он так. Необщительный! Но, ребят, скажу вам, что нам придётся несладко, — с ещё большей предвкушающей ухмылкой произнёс Тимофей. — Ученики у Дарюшки способные. Очень.

— Отлично, — пожал я плечами. — Со слабаками соревноваться смысла нет.

— Вот и я о том же! — повеселел Тимофей. — Чую, хороша будет игра! Пользы мои хулиганы наберут полные карманы.

— Ага, — хмыкнула Лена, сверкнув в мою сторону задорными глазами. — Дарюшке тоже придётся несладко, будь уверен!

От всё копившихся преград, которые нам предстояло преодолеть, даже аппетит разгорелся снова.

— Молодой человек! — окликнул я парнишку-официанта, и когда он обратил на меня внимание, указал пальцем на почти опустевшую тарелку борща у Тимофея. — Мне того же, но побольше! Раза в два!

━─━────༺༻────━─━

БАМ! БАМ! БАМ!!

Я промчался мимо дверей в комнаты ребят и громогласно заявил:

— Подъём, пацаны, подъём! Солнце уже высоко!

— Да ни фига! — пробурчала, протирая глаза, Анжела. — Только-только заря поднялась…

Её пришлось будить первой. Она ведь в другом крыле поселилась, а тащить толпу парней в женское общежитие, чтобы разбудить одну девчонку, это явно не самая хорошая идея.

— Э-э-эх-х-х, — с протяжным зевком выглянул из комнаты заспанный Саня. — А чё происходит-то?

Его взлохмаченные волосы больше напоминали какое-то развороченное гнездо не очень аккуратной птицы, а глаза еле разлеплялись.

Следом показался Гордей. Этот был пободрее, но тоже заспанный.

— Сергей Викторович, вы чего так рано-то, а? — пробурчал он.

— Встаём, встаём, лентяи! — сверкнул я бодрой улыбкой. — У нас первая тренировка!

— Чё? — высунулся рядом с Гордеем Марк. — Какая ещё тренировка?

— Первая⁈ — ужаснулась Анжела.

— Самая настоящая! — упёр я руки в боки. — Ты что, никогда не тренировался, что ли?

— Тренировался, — ответил Марк. — Но чё так рано-то⁈

А следом, из-за спины Сани, показался и Данила, причём вполне бодрый и уже одетый.

— Во, глядите! — кивнул я в его сторону. — Вот этот молодец. Быстро встал и уже бодрый!

— А я и не ложился, — с какой-то маниакальной улыбкой произнёс Данила.

И правда, глаза у него были краснющие.

— Эй! — совсем взбодрилась Анжела. — Сергей Викторович, что значит «первая» тренировка⁈

— Ладно, — вздохнул я, приглядевшись к Дане. — С этим позже разберёмся. Так, а где Белов?

Его дверь всё ещё оставалась закрытой, поэтому я подошёл и постучал погромче.

— Ваше Сиятельство! — воскликнул я. — Вставайте! Или я сейчас сам войду и подниму за шкирку!

— Сергей Викторович!.. — не унималась Анжела.

— Эй, что здесь происходит? — раздался недовольный возглас из комнаты по соседству.

Это был Гришка, из учеников Тимохи. Парень протёр глаза и с удивлением взглянул на ребят.

— Ребзя, вы чё? Дайте поспать, а!

— Мы как бы не против, — буркнула Анжела. — Но нас на тренировку тащат… Первую!

— Тренировку? — высунулся рядом с Гришкой его сосед Прохор. — Вы время-то видели⁈

— Чё происходит? — тут же показался из другой комнаты Стефан.

— Да тверских на тренировку тащат, говорят, — пояснил ему Гришка. — Ни свет ни заря, прям мука какая-то, хе-хе.

— Вы чё, где-то накосячили, а? — обратился Прохор к ребятам.

— Тренировка? — задумчиво произнёс Стефан, будто пытаясь распробовать слово на вкус. — Тренировка…

— Эй-эй-эй! — тут же заволновался Гришка. — Стефан, не смей! Нет!

— Ща! — кивнул светловолосый капитан команды тамбовских казачков. — Я Тимофею Степановичу маякну!

— Не надо! — отчаянно заорал было Гришка, чтобы перехватить своего капитана, но тот захлопнул дверь прямо у него перед носом.

— Да ёж