Стрелочники истории - Вячеслав Александрович Алексеев

– Из «Армении»? Арсений, там большая часть – раненые, которых лечить да лечить, плюс женщины и дети. А Курское княжество на границе, первые удары и набеги по нему пойдут.

– Не вопрос, женщин с детьми в Торжке оставить. Вот только вторую школу нужно строить, дома, общежития.

– Хорошо, часть раненых я к себе заберу. – поддержал Шибалин. У меня сейчас много народу на выписку идет, всех долечиваться к тебе планирую, а на свободные места – с «Армении» лягут.

– Теплоход то не думаешь сюда перегонять? – спросил Афанасьев.

– Обязательно. Но сначала лишних пассажиров нужно распихать. Теплоход рассчитан на тысячу человек, включая команду. Плаушевский со штурманом береговую линию облетели, своими глазами все посмотрели, аэрофотосъемку провели. Теперь с топливом разобраться, чем там они топят – флотским мазутом или соляркой, не уточнял – заявки от капитана не было. Вроде бы дизеля, значит, солярка потребуется. Как только он сюда прибудет, обговорим – сколько и чего нужно, как доставить. Лишь про расход слышал – полторы тонны на 100 км, грубо 20 тонн для перегона. Автоцистерны будем докупать, они потом и нам самим пригодятся.

– Валерий Петрович, какие цистерны? Как потом ту солярку на корабль доставлять?

– Не корабль, а судно. Значит, в бочках?

– Конечно. Сто бочек по двести литров. К берегу на грузовиках, к «Армении» – на шлюпках или яхтой. Хотя, бензовозки мне бы не помешали. С заправками в средневековье – туго, приходится все с собой возить. Мне ж к концу месяца в Коломне нужно быть. Пяток вездеходов возьму и поеду. Бензин с собой, тоже в бочках, хотя тут цистерна была бы предпочтительней.

– Ага, свадебный кортеж? А реки? – спросил Шибалин.

– Да, с реками просто беда. Не строят тут мостов. На Курск я уже прикидывал, если обогнуть исток Волги или у Ржева брод найти, то дальше почти по прямой – водораздел, ни одной крупной реки нет. А к Коломне ехать – две крупных: Волга и Москва-река, да куча мелких, включая Шошу, Истру, Клязьму. Оно, вроде как и мелкие, но в брод не переедешь. И лед к концу ноября слабый, не выдержит машину.

– Понятно. Не беда, порталом забросим твою колонну на нужный берег, а дальше своим ходом доедешь. Главное – ленточками машины укрась, и медвежонка к передней прикрути.

– Все шутишь? Не-е. Сейчас типа сговор, сватовство, а когда свадьба и прочее – неизвестно. До нашествия точно не управится. Мне б невесту посмотреть, а то подсунут кого-нибудь.

– Тю! Про личную жизнь забудь, тут – политика. Ты, Арсений не на невесте женишься, на княжестве. Его нужно смотреть в первую очередь. Я другого боюсь, пока Батый на Воронеже стоит – князья сговорчивые, но если мы разгромим татар до свадьбы, то князья могут и передумать. Угроза пропала, так зачем княжество отдавать? Причем, сделают так, что они вроде как и не причем – невеста заупрямилась, не хочет за старика идти. Что будешь делать? Силком брать? Так и останемся мы без Курска. И претензии предъявлять некому.

– Тогда не будем громить Батыя. Отогнать назад и пусть в Диком поле вечной угрозой торчит, вплоть до свадьбы.

– Хм: Можно и так, хотя там Донбасс рядом. – Шибалин ткнул пальцем в физическую карту СССР. – Впрочем, ты прав, пока на княжение не сядешь – в Донбассе нам делать нечего. Пусть Батый рядом торчит, вечным укором. А то, может, еще чего придумаем. Силы у Батыя есть, вот только как бы их в мирных целях задействовать? А? Чтоб нам на пользу?

Шибалин поднялся, подошел к столу, отодвинул листочки и ткнул пальцем в физическую карту.

– Однако, и на севере неплохо: взять ту же Воркуту – каменный уголь не хуже донбасского. Недалеко от поверхности, можно добывать шахтным и открытым способом. Одно плохо – всего в 140 километрах от полярного круга, потому холодно там, и лето короткое. Зато какой плюс – ни один завоеватель туда не сунется. Во всяком случае в ближайшие полтысячи лет, если по нашей истории судить. Или Кольский полуостров – апатиты в Хибинах. Фосфор нужен и для хорошей стали, и для стекольного завода. Да даже как удобрение. Между ними – Сольвычегорск. В смысле – соль обыкновенная поваренная. А если на запад от Торжка двинуть – калийные соли, для удобрений. Хотя, это нам пока не так актуально, но в будущем стоит иметь ввиду. Но самое главное – людей почти не встречается. Если, только какие бродяги временами на промысел ходят, а постоянных поселений нет. То есть, никого не обидим, никому не помешаем.

– Не, Валерий Петрович, на юге теплее будет.

– Конечно, теплее, кто б спорил. Только там все занято. Воевать придется за место под солнцем. Причем, со своими, в смысле – с русскими. А не хотелось бы. Опять же, если на юг двигаться, то зачищать придется все, вплоть до Черного моря. Не потому, чтоб степняков убрать, а для того, чтоб к морю выйти. Я тут прикидывал и так и сяк. С размером печей растет качество стали и падает стоимость. То есть, по мелочи – только руду переводить – сей опыт в Китае пробовали – результат отрицательный. Значит, надо разворачивать нормальное производство. Но тогда тем железом из КМА, да поделками – мы Россию насытим быстро. А потом что? Кризис перепроизводства? Работать на склад или останавливать построенный комплекс, гасить домны? Железо будет ржаветь, заводы и шахты разваливаться. Посему выход к морю нужен обязательно. До Черного далеко, а Балтика вот – она, выход на всю Европу. Немного тевтонов подвинуть – и мы на побережье. На севере ж и вовсе свободные места с незамерзающими гаванями.

– Да, проблема: Дивизией руководить проще. Валерий Петрович, есть предложение, озадачить своих. Причем, сегодня – пусть подумают, а завтра у меня соберемся и обсудим. Я почему у себя думаю, купцов позову, они люди опытные, может чего скажут. Того же Ивора.

– Это шахтовладелец твой?

– Ага. Он до нас хлебом торговал, а сейчас углем да стеклом со стекольного. А еще Саню с Дмитрием подключи, У них там этот, как его:

– Интернет?

– О, точно, интернет. На любой вопрос ответы имеет. Пусть там тоже посмотрят.

– Добро. Значит, завтра у тебя.

* * *

Тем же вечером в избушке, впрочем, и не избушке, а очень даже не плохой избе-пятистенке Саня, Димон и Серега коротали время за несколькими бутылочками Гессера.

– Вот, обучили