Его Дубейшество - Сергей Витальевич Карелин

— Конечно, нет. Их начертал я, когда обнаружил монстра и устроил на тебя засаду.

— Да? А как ты объяснишь это, Преосвященство? Арнстон, давай!

Переодетый в слугу гренадёр был начеку. Он быстро метнулся к тележке с вином, сорвал с неё белоснежную скатерть и пнул. Ящики, что скрывались под ней, упали на пол и раскололись. Изумрудным потоком на пол хлынули артефакты. Король даже привстал от такого зрелища.

— Артефакты, защищающие от проклятья? — вымолвил он.

— Да, Ваше Величество.

— Но их же чрезвычайно трудно сделать! Откуда их столько? И где вы их раздобыли?

— Помните, я упоминал взорванный склад? Мортон сказал, что есть ещё. На них огромные запасы оружия, зелий и этих артефактов. Думаю, это далеко не все. Они есть у каждого слуги и гвардейца Вергилия, а основную массу он планировал раздать, чтобы спасти тех, кому повезёт выжить к моменту переворота, чтобы стать для них кем-то, кто лучше слабого короля. Спасителем и мессией. В этом заключался план Его Преосвященства.

Позади меня зашелестел шёпот, постепенно он стал нарастать, превращаясь в гул водопада. Гномы уже смекнули, что чуть, было, не стали разменной монетой в борьбе за власть, начатой жрецом, и пришли в ярость.

— Это всё ложь! Он сам принёс эти кристаллы сюда, чтобы опорочить моё честное имя, — кричал Вергилий. — У него нет ни единого доказательства, только домыслы!

— А как ты можешь доказать свои слова, барон? — посмотрел на меня Трингван Второй.

— Сейчас.Давайте, Сергей Михайлович.

Я повернулся к учителю, а он кивнул Короткову. Седой студент встал и снял с груди артефакт, положив его на ладонь. С опаской он посмотрел на шута и сглотнул, рука его задрожала.

— Скоморох, отвернись, — сказал я монстру. Тот сразу потупил единственный глаз и вжался в угол клетки.

Юный баронет успокоился и занёс вторую руку над ладонью с камнем. Воздух между ними завибрировал и послышался тонкий, едва уловимый свист. Сразу к горлу подкатила тошнота, и я зажал уши. Спустя миг артефакт задрожал и взорвался миллионом мелких, как пыль, осколков. Ещё через мгновение начали взрываться камни под нагрудниками гвардейцев жреца и у некоторых сидящих в зале. Послышались возмущенные возгласы, а кого-то даже приложили лбом об скамейку.

— Что ты наделал… — прошипел Вергилий. — У нас теперь нет защиты от проклятья. Никакой! Всё королевство погибнет!

— Нужды в защите скоро не будет. Как видите, Ваше Величество, я доказал свои слова. Думаю, пришло время арестовать настоящего виновника всех бед и предателя короны.

— Взять его! — скомандовал король.

Главный жрец гадливо улыбнулся:

— Никто из солдат короля не посмеет пойти против меня.

— Есть ещё те, кто тебя не боится, — ответил я.

Толстый гном Арнстон снял маскировку и оказался облачённым в броню. В стене позади кресла короля открылась потайная ниша, и из неё вышли Арамилий и Парнстон, кативший перед собой связанного Дартанстона. Оба были увешаны оружием и бомбами.

— Ы-А-А-Ы! — орал привязанный гренадёр, бешено вращая глазами.

— Сдавайтесь, Ваше Преосвященство, — прохрипел Арнстон, приставляя клевец острым концом к груди жреца. — В королевской пехтуре ещё остались верные королю гномы.

— Идиоты, — осклабился жрец. — Вы всерьёз думали, что у меня нет запасного плана? Вас слишком мало, чтобы противостоять мне. Этот наглый барон всех свёл в могилу, но у вас ещё есть немного времени поблагодарить его за это. Теперь никто в Гилленморе не спасётся. Вперёд, мои воины! Свергните короля!

Арнстон попытался ударить жреца, но у того сработал защитный артефакт. Вергилий тут же скинул с себя одежду, оставшись голым по пояс, в рукопашную атаковал гнома. Гренадёр от удара отлетел к стене.

Открылись входные двери, и оттуда хлынула армия гвардейцев. Натурально армия! Их было не меньше сотни! И некоторые в усиленной броне с печатями! Зараза! Вергилий не собирался так просто сдаваться!

Собравшиеся в зале суда коротышки завопили в ужасе, когда гвардия открыла огонь. Они бросились врассыпную, ища выход, попадали на пол, прячась за скамьями, и попытались спасать близких. Пули не щадили никого. Солдаты, верные королю, пытались отвечать, но их было намного меньше. Они отступали от колонны к колонне, каждый раз теряя людей.

Я призвал Инсект почти на всё тело и одним движением разорвал кандалы за секунду до того, как на меня обрушился град пуль. Они били больно и заставляли меня постепенно отступать. Вергилий бросился к королю, но его остановил Арнстон. На этот раз у рыжего гнома горела синим вся броня и оружие.

— Держи, Дубов! — крикнул Арамилий и бросил мне мой пояс с зельями и прочим. — Подкинули тебе пару наших особых зелий!

Я поймал его одной рукой, для чего пришлось снять Инсект с кулака, и его тут же оцарапала пуля. Я зашипел от боли и одним движением застегнул пояс. Вообще, мне показалось, что он сам застегнулся! Точно артефактная вещица. Надо будет поблагодарить Елену Маститову, когда вернусь в Пятигорск. А в том, что я вернусь, у меня сомнений не возникало. Никаких.

Студенты спрятались за перевёрнутыми скамьями, а княжна сделала из них ледяной вал, который не могли пробить даже артефактные пули. За этим бруствером спрятались ещё несколько солдат и открыли ответный огонь. Лакросса то и дело метала копья, которые каждый раз находили цель. Но гвардейцев пока ещё спасали защитные артефакты.

Я уже собирался броситься в атаку, как передо мной вырос Мортон. Он скинул с плеч рюкзак.

— Ты кое-что забыл!

Кузнец вытащил на свет огромный молот удивительной красоты. Всю его поверхность покрывали искусные руны: гномские и рода Дубовых. Казалось, молот сам по себе излучает невиданную мощь. Короткая рукоять была сделана из дуба, я сразу это почувствовал, едва коснулся её. Стоило взять оружие, как оно стало продолжением руки. Наконец-то! Вот теперь будет другой разговор!

Гвардейцы были уже близко. Многие гномы погибли, но многие смогли спастись, спрятавшись или забившись по углам и нишам. Некоторые притаились за гобеленам на стенах, только ноги внизу торчали, но люди жреца их пока не замечали.

— Ы-А-А-Ы! — орал связанный Дартанстон.

— В сторону! Все в сторону! — гренадёры подкатили к ледяному валу столик на колёсах. Гном на нём рвался так, что на шее жилы чуть не прорезали кожу.

Арамилий и Парнстон отступили, коротышка-блондин парой ловких движений срезал верёвки и кляп. Даратанстон вырвался, вытащил откуда-то два острых топора и