Космика: Падение с Земли 1-8 - Александр Владимирович Тюрин

звена приземлились как будто на опушке лесочка (судя, по карте это остатки Эрмитажа, витиевато изъеденного наноботами-кремнеедами), дальше было открытое пространство полимеризованной реки (которая когда-то имела имя Нева, а нынче просто номер), а за ней вздымался купол. Однако окутанные дымом и обложенные льдом трещины показывали, что его алмазной тверди приходит конец.

Для лучшего обзора Комм поднялся на изрядно сточенный Александрийский столп, повысил до предела чувствительность фотоники... Несколько серебристых лент двигалось к куполу через застывшую реку. Комм определил вектора движения – поток зверомашин устремлялся прямо к пробоинам в армированном полиуглероде купола.

– Зверомашины,– высказал догадку Р16.Матмехаил. – И если это мирно пасущееся стадо, то я тогда простой скрепкосшиватель.

– Кто же их организовал?– полюбопытствовал лейтенант Р16.Винтослав.

– Кто. Кто. Робот в пальто.

Комм обратился к подчиненным. Его речь была суровой, короткой, проникновенной, зажигательной, пробирающей до глубины микросхем.

– Я знаю, что никто из вас не служил в полицейских подразделениях. Кто хочет помочь мне в правом деле – прошу остаться. Остальных не неволю – могут проваливать отсюда с ускорением 10g.

Трое из подчиненных поднялись в небо на своих канонерках и вскоре от них остались только легкие перистые облачка, но двое других составили компанию своему командиру. Это была парочка молоденьких офицериков (не больше двух лет в эксплуатации) – лейтенант Р16.Матмехаил и сублейтенант Р16.Винтослав.

Обретя форму номер шесть – спиралеходов повышенной проходимости – они помчались к куполу через мумифицированную реку.

Комм поделился со своей командой коды опознаниями "свой-чужой", которые применяет полиция при взаимодействии с какерами, и попробовал найти знакомую точку входа в кибероболочку купола. "Симсим, откройся, полиция". Но оболочка не открывалась. Очевидно, она приняла вызовы Комма за очередную хитрость роевого интеллекта.

Ведь со всех сторон к отряду самопровозглашенных полицейских пристроились зверомашины – орда получилась действительно впечатляющей, с яркими баннерами, оптоволоконными бунчуками и отрубленными головами полицавров на пиках.

А может роевой интеллект зверомашин и в самом деле был не чужд коварства, по крайней мере окружавшие Комма со всех сторон кибергиены издевательски хихикали и повизгивали.

Броска на помощь не получилось, надо было прятаться за быками разрушенного Биржевого моста, за вросшими в полимерный лед речными трамвайчикамм.

Эмоциональная матрица Р16.Комма темнела, насыщаясь кодами разочарования. Но неожиданно в один из его радипортов проник поток аналоговых сигналов.

Звуковая карта смикшировала голос собеседника, чрезвычайно медленный, колеблющийся в хилом диапазоне 2-3 Килогерц, явно принадлежащий какеру с его нелепыми голосовыми связками.

– Говорит город Петербург. Добро пожаловать, Р16.Комм. Двигайтесь с подчиненными вам единицами техники вдоль луча красного лазера.

Какой-то хитрый кибераптор хотел пристроится в хвост робокапитану, но разозлившийся Комм ухватил его за антенный гребень и отправил в дальний полет.

Отпихивая и отстреливая зверомашины, робокапитан Комм добрался с верными лейтенантами до самого купола, который у поверхности земли казался просто старинной крепостной стеной.

Пробоина, затянутая облаками конденсирующегося водяного пара и сочащаяся еще аморфным углеродом, "приглашала в гости" на высоте почти пятидесяти метров.

Диапазон решений был узким. Срочно принимать форму номер три – "инсектоид" – и, оснастившись тремя парами конечностей с присосками, ползти к пролому в куполе, просматривая путь с помощью одних только эхолокаторов...

Вначале поползли Винтослав и Матмехаил, прикрывающим был Комм.

Сверху шипели гамма-лазеры какеров, а сзади клепали импульсники зверороботов.

Жгучая боль резанула Комма со стороны спинного сегмента панциря – опять тестирующая подсистема переборщила с болевой функцией.

Робокапитан резко сбросил панцирь, доведенный до температуры в тысячу градусов. И мухоракеты стаей влетели в разомкнутую полость его тела. Еще миллисекунда и они бы разнесли капитана в микрокристаллическую пыль, но он успел применить активную противопожарную систему, выплеснув их наружу вместе с углекислотной пеной. Панцирь пришлось вывернуть наизнанку и одеть снова – запасного не будет – на месте разрыва управляемые кристаллы реплицировались и вступали в соединения, образуя прочные металлические связи. Внешне это напоминало штопку...

И вот он уже под куполом. Добро пожаловать в Петербург, он же Реликвариум. Здесь когда-то жил машиноподобный Чу-Байтс, приближавший победу великой кибернетической революции, и отцы-основатели технозоя – Иванов с Бобиновичем. Их музей-квартиры были разобраны на молекулы нанодизассемблерами и снова воссозданы наноассемблерами во Фракталограде...

Лишь бы не затошнило. Святой А. Азимов! Комм впервые увидел такое множество какеров. Они носились туда-сюда как броуновские частицы, они выглядывали из окон домов, они облепили лестницы пожарных машин как гусеницы, они тащили на себе раненных товарищей как муравьи.

По счастью, сейчас все какеры были в антилучевых гермокомбезах. Маскировочная наномембранная ткань с управляемой зеркальностью милосердно скрывала малоприятную наружность белковых существ, их полужидкую сущность, их беспрерывные выделения. И это успокаивающе действовало на роботов серии Р16.

Но неловкие малокоординированные движения какеров высевали в эмоциональной матрице капитана Комма сомнения в победе. Вот один поскользнулся, вот другой врезался лбом в стенку, вот несколько какеров попадало на землю из-за кодов страха, приняв практически безобидного мокрицоида за ужасного полиглота...

К тому же, в пробоину вслед за Коммом, Винтославом и Матмехаилoм рванул настоящий поток из зверомашин различной конфигурации и габаритов, неудержимый, секущий огнем – настoящая психическая атака.

Какеры бросились прочь, от страха выделяя пары, жидкости и газы (что фиксировали чуткие наносенсоры Комма), многие особи пытались укрыться в домах, бились в двери, однако дверные и оконные проемы нижних этажей были сплошь "заштопаны" нановолокном.

Киберпилоты поддались было общему отступательному порыву, но из подпроцессорной памяти Комма выплыла картина художника Дейнеки: люди в бескозырках против танков с крестами на бортах. И люди, и противостоящие им машины – мужественны и готовы к самопожертвованию...

Комм и его подчиненные в несколько прыжков расположились на крыше дворца спорта «Юбилейный» и вжарили из всех калибров. Вначале по птерокиберам – корректировщикам огня. Потом сразу по двумстам двадцати девяти наземным целям, проникшим в купольное поселение и по семистам пятнадцати, еще находящихся за куполом. Уже через несколько секунд цели превратились