Фантастика 2026-32 - Евгений Александрович Белогорский

— Отлично себя чувствую. Действительно очень бодро. Это плохо?

— Можете своей активностью довести себя до обессиливания. Не страшно, но потом скорее всего дня три проваляетесь в постели.

Брови Ленели вопросительно изогнулись. Она меня явно не так поняла.

— Я не о том, о чем вы сейчас подумали. Мне пора возвращаться в Хайдельберг. Так что давайте попрощаемся.

— И на мое шоу вы больше не придете, — догадалась Ленели и в ее тоне явно прозвучала обида. — Вы чрезвычайно прагматичны, Ваша Светлость.

— Именно так. Впрочем, вам, кажется, жаловаться не на что. Уверен, завтра рейтинги вашей программы будут зашкаливать.

— Не подумайте, что я вам не благодарна, — заметила она. — Просто… Вы приоткрыли дверь в загадочный мир и тут же захлопнули перед моим носом.

— Загадочный мир проклятий? Поверьте, вам лучше туда не соваться. Никому из людей.

— Я про магию, — Ленели даже поджала с досады губы. — Скажите, а полицейских вы заранее позвали?

— Да. Что-то еще?

Журналистка взглянула на настенные часы.

— Вы говорили, что хотели бы взглянуть на вечеринку студентов Хайдельберга. Она начнется через пару часов.

— Хм, — я задумался. — Все-таки это не входило в мои сегодняшние планы.

— Соглашайтесь, Ваша Светлость, — Ленели заметила мои сомнения и коварным тоном добавила: — Потом будет чем шантажировать господина Адельмана.

— Шантажировать? — я расхохотался. — Мне это зачем?

— Не знаю, — Ленели пожала плечами. — Вам виднее.

— Хорошо, поедете со мной, но только если найдете черное короткое платье, которое едва прикроет вам попку и с вырезом до пупка.

Ленели вытаращила на меня глаза.

— Вы…

— И потом три дня в постели, — я, повернувшись спиной к студии, снял очки и оглядел ее с головы до пят, всем видом показывая, что мое предложение абсолютно серьезно.

— Не ожидала от вас, — прошептала Ленели.

— Доброго вечера.

Я надел очки и вышел вон. Спустившись с телевизионной башни, я подумал, что надо было хотя бы спросить, где проводятся эти чертовы вечеринки. Когда я открыл дверь, рядом с «Бронко» возник незнакомый кобольд.

— Ваша Светлость, Госпожа Халевейн просила вам передать, что они все осмотрели и возвращаются в Хайдельберг, и что если вас не затруднит, вы могли бы присоединиться к ним в совещании по известному вам вопросу.

— Спасибо, я подумаю, но ничего не обещаю.

Кобольд исчез, а я уселся за руль, думая, что делать, и в этот момент увидел выбежавшую из входа в телебашню Фогель. Эта чертова фурия вновь неслась на шпильках, каким-то чудом умудряясь не навернуться. Но и это еще было не все. Фогель сменила деловой костюм, в котором она вела шоу, на короткое черное платье. Вырез, правда был не такой, о котором я говорил, но тоже немаленький. Через плечо была перекинута довольно внушительных размеров сумка для фотоаппарата. Когда она подлетела к машине, я уставился на нее в изумлении.

— Ваша Светлость, — сказала он задыхаясь от бега и уселась рядом. — Вы конечно тот еще манипулятор.

— Я кто? Ничего себе у вас обвинения.

— Уверена, что вы прочувствовали мое состояние, узнали все мои страхи. Признайте, что вы это все специально сказали про платье и постель, чтобы от меня отвязаться.

— Правда? А чего вы тогда так вырядились? — поинтересовался я.

— Ну мы же едем на вечеринку, так что наряд вполне подходит.

— Обалдеть: «Мы едем». Вы уже за меня все решили?

— Я же вижу — вас это заинтересовало, — Фогель улыбнулась. — Только пообещайте, что примените на мне отрезвляющее заклятие, когда понадобится.

— К сожалению, я его не знаю.

— Это проблема, — она поджала губы.

— По-моему у вас как раз активность после снятия проклятия проявилась — на приключения потянуло. Лучше вернитесь домой и выспитесь.

— Нет уж, такой шанс упускать нельзя.

— Какой? — спросил я, смотря на нее прищурив глаза.

— Сделать фото в лучшем качестве, — она открыла сумку и показала мне фотоаппарат с телеобъективом. — А вы мне поможете это сделать.

— Я? Помогу? — удивился я.

— Ну пожалуйста, Ваша Светлость, вам это ничего не будет стоить.

Ленели похлопала ресницами и потянувшись чмокнула меня в щеку. Отодвигаться она не спешила и мой взгляд нырнул вниз в весьма соблазнительный разрез ее платья.

— И после такого манипулятором вы называете меня?

Я притянул ее к себе за талию. На этот раз журналистка не испугалась и не напряглась — наоборот ее гибкое тело мягко поддалось.

— Хорошо вас накрыло после снятия проклятия, Ленели, — засмеялся я.

— Накрыло? Хм. Нет, я просто вдруг поняла, что с меня словно гора свалилась — все страхи о прошлом и том, что это может повториться, что меня могут вновь попытаться убить вдруг исчезли в один миг. И это исключительно только благодаря вам, — она вдруг посерьезнела. — Во время эфира вы кое-что сказали. Что высшие светлые могут снимать проклятия, наложенные темными магами. Значит, господин Адельман и остальные маги Хайдельберга прекрасно видели, что я проклята, но ничего не сделали?

Я, выпустив Ленели, промолчал.

— Вот как значит? — она нахмурилась. — И они называются высшими светлыми?

— Видимо, вы их хорошо допекли, — заметил я. — Светлые маги — не деревянные чурбаны, им тоже свойственны эмоции. Однако, там, где черный маг вас убил бы только за то, что вы на него не так посмотрели, светлый лишь проигнорировал.

— То есть, я сама виновата? В ином случае мне бы помогли?

— Думаю, да. Если это вам так важно знать, спрошу у Адельмана. Возможно, он придет к вам еще раз извиняться.

— Спасибо. Но с фотографией вы мне поможете?

— Нет. Мне невыгодно, что Адельману или кому-либо другому из Гильдий будет причинен репутационный вред. Так что если вы снимите что-то скандальное, все негативы вам придется оставить в Хайдельберге.

Ленели вздохнула, безрезультатно попыталась опустить ниже задирающуюся юбку, потом махнула рукой.

— Тогда, если вы не против, просто посмотрим на то, что там происходит.

— Что ж, давайте попробуем взглянуть на Хайдельбергский «шабаш», — я посмеявшись, повернул ключ зажигания.

Вывел «Бронко» на скоростное шоссе и направил на север. Ленели, задумавшись, молчала, а потом и