"Фантастика 2025-2". Компиляция. Книги 1-26 - Владимир Брайт

— Сергей, всегда хотела спросить вас. А откуда у вас такие странные шрамы на руке? — Она кивнула на левое предплечье, которое носило следы моих неудавшихся экспериментов по покорению собственной боли.

— А, это… да так, суслика ловил, а он в нору шмыгнул. Я туда руку сунул, а их там целая орава, вот и покусали меня.

— Вон оно что… понятно.

Не смотря на очевидную абсурдность моего ответа, санитарка никак не отреагировала на него. Она вообще словно бы пропустила его мимо ушей, покивав больше для приличия, и вскоре я понял почему. Это была лишь формальная прелюдия, эдакий вежливый переход на личную тему, предшествующий тому, что на самом деле ее интересовало.

— А можно вам еще задать вопрос? — Девушка немного потупила взгляд, будто бы смущаясь, но на самом деле это была просто женская уловка, призванная загнать мужчину в угол, чтобы он не смог ответить ничего иного, кроме как: «Конечно! Спрашивай!»

Мне была видна насквозь эта игра, но все же я не хотел обидеть Маришку, поэтому показательно вздохнул, стараясь ей показать, что раскусил этот её приемчик, но все равно готов ей ответить.

— Ну, попробуй!

— А вы действительно можете разговаривать с мертвыми?

Черт… неожиданно. Казалось бы, что такого, ведь этот вопрос я слышал за свою карьеру тысячу и один раз. Но вот только в последние дни он стал вызывать у меня стойкий нервный тик…

— Ты давно меня узнала, Марина?

— Да сразу же. И как не узнать, когда у меня бабушка все эти шоу про экстрасенсов и колдунов неотрывно смотрит. Волей-неволей, и сама потихоньку приобщилась. Правда, вы у нее не ходите в любимчиках, бабушка ругает, что вы на мага совсем не похожи, и костюм у вас не подходящий, и ритуалов не знаете. А вот в «Схватке ясновидцев» ей участники нравятся, они там… ой, простите, о чем это я! Я на самом деле о другом подумала. Может то ваше странное оживление, ну, которым вы все отделение перепугали до икоты, как-то связано с вашими способностями медиума, а?

Я напряженно замолчал, не зная даже что и ответить на это. Девушка задавала очень опасные вопросы, за которые любого другого я не задумываясь отправил бы прямиком к дьяволу в котел. Но делала она это с таким легкомысленным пренебрежением, словно обсуждала с подружкой дальнейший сюжетный поворот в сериале. Нет, я не стану её убивать… но, черт подери, я не могу и позволить плодиться подобным слухам!

— Марин, — я прямо посмотрел девушке в глаза своим самым тяжелым взглядом, который именно сейчас дался мне особенно легко и максимально естественно, — пожалуйста, никогда больше и никому не говори подобного, хорошо?

Не знаю, что санитарка увидела в отражении моих глаз, но ее беззаботность и любопытство мгновенно улетучились, а остальные эмоции подернулись серым пеплом опасения. Она коротко кивнула, больше не посмела поднимать при мне эту тему. Очень надеюсь, что не только при мне…

Потом, конечно, мы еще немного поболтали, но непринужденности в нашем разговоре стало уже гораздо меньше, чем в самом начале. Он выходил теперь слишком скомканный, полный настороженности и неловких пауз. В итоге девушка уже через десяток минут убежала по своим делам, а ей на смену вернулась её хмурая напарница. Она оттащила кресло как можно дальше от моей койки, и уселась в него, избегая вообще смотреть в мою сторону, за что я был ей только благодарен. Мне нужно было хорошенько обо всем подумать…

— Андрей Геннадьевич, как я рада вас видеть! Ну скажите, пожалуйста, вы скоро уже нас избавите от вашего пациента?

Сухов, еще даже не войдя в кабинет врача, сильно подивился такой прямоте, но не подал виду. Все-таки раньше эта больница с гораздо большей охоткой приняла заботу о Секирине, а тут вдруг захотели от него резко избавиться. С чего вдруг?

— Ольга Леонидовна, а что не так с Секириным? Неужели он так много хлопот вам доставляет?

— Да как бы вам сказать… — главврач немного поколебалась, тщательно взвешивая в уме каждый свой аргумент. — Не то чтобы хлопот, просто странный он слишком.

— А что странного в нем? — Генерал навострил уши, как гончая, услышавшая в кустах подозрительный шорох. Его профессиональная чуйка начала активно сигнализировать, что сейчас он услышит нечто важное, нечто нужное… что-то такое, что должно ему помочь… еще пока не совсем понятно в чем, но все же. Слишком много странного начало крутиться вокруг Секирина, слишком…

— Ой, Андрей Геннадьевич, — женщина отмахнулась и поморщилась, давая понять, что эта тема для нее не самая приятная, — не буду я эти слухи пересказывать. А то вы меня еще какой-нибудь сумасшедшей тёткой посчитаете, да еще и сплетницей вдобавок.

— И все же, Ольга Леонидовна, уважьте старика, поделитесь своими… слухами.

Генерал не собирался отступать, и уже твердо решил для себя, что выпытает от врача все что только сможет. И еще немного сверх этого. Конечно же, медик не смогла долго сопротивляться напору бывшего начальника уголовного розыска, который и сам свою карьеру начинал, что называется, в поле. Было время, он и матерых бандитов разговаривал, а уж случайные преступники из гражданских у него в кабинете всегда соловьем заливались. Неудивительно, что и главврач не сумела долго противиться полицейскому и, в конечном итоге, сдалась.

— Хм… ладно, раз уж вы настаиваете… в общем, персонал про вашего Секирина очень странные вещи говорит. Не далее как в ночь со вторника на среду, когда у него была остановка сердца, его начали спешно транспортировать в оперблок для проведения реанимационных мероприятий. И по пути туда… сердце его снова запустилось без какого-либо врачебного вмешательства.

— А это что, невозможно? Простите, мой вопрос, просто я не совсем разбираюсь в медицине.

— Нет-нет, временная остановка сердца явление хоть и малоизученное, но все же периодически встречающееся. Его достаточно редко наблюдают в клинических условиях, и еще реже фиксируют.

— Тогда я не понимаю, в чем странность?

— Странность в том, — врач поджала губы, недовольная тем, что генерал ее перебивает уже второй раз своими наводящими вопросами, — что когда он, простите за такое определение, «ожил», то начал безумно хохотать. Такого еще в практике нашей клиники, знаете ли, не было. И еще, все те, кто находился в этот момент рядом, признались, что испытали иррациональное и необъяснимое чувство страха перед этим… человеком. Одна молодая девушка из санитарок даже упала в обморок. Вот как-то так. Теперь у меня по