"Современная зарубежная фантастика-2". Компиляция. Книги 1-24 - Дженн Лайонс

смогла воспользоваться баней, и хотя вода, накачанная из канала, была холодной, а мыло самым дешевым, все же службы монастыря были образцом цивилизации по сравнению со всем тем, что было доступно Маскелль в дороге. Риан сумел сам снять повязку с пораненной руки, и Маскелль промыла рану и снова забинтовала ее, воспользовавшись запасами монастырской лечебницы.

— Я понимаю, почему он не хотел, чтобы о твоем возвращении стало известно, но, по-моему, он мог бы все же доверять тебе достаточно, чтобы сообщить причину, — кивнула Барима. К чаю один из молодых послушников принес фрукты, теплые лепешки из монастырской пекарни и рыбный паштет со специями. Маскелль порадовалась возможности отдохнуть от вечных таро и вяленой свинины.

Риан изо всех сил старался не накидываться на еду, но Бариму обмануть было нелегко, и старая женщина то и дело пододвигала к нему полные миски. Он сидел позади и чуть сбоку от Маскелль — так, чтобы видеть ворота и большую часть территории монастыря, а также проход, ведущий к кельям. С того момента, как появилась Барима, он не подходил к Маскелль ближе чем на три фута, но и это, догадывалась Маскелль, монахиню не обмануло. Впрочем, поведение Риана показывало, что личному телохранителю синтанского владетеля полагается оказывать почтение.

— Может быть, слово «доверять» здесь не подходит, — заметила Маскелль.

— Наверное, это из-за Обряда Столетия, — с невозмутимым видом проигнорировав поправку Маскелль, продолжала Барима. — Он хочет, чтобы ты помогла ему.

— Помощников у него сколько угодно. Голоса из провинций, жрецы седьмого ранга. И он послал за мной пять месяцев назад, еще до того, как началась подготовка к церемониям. — Маскелль покачала головой, следя за чаинками в своей чашке. Посланник Небес был ей другом, когда семь лет назад она покидала Дувалпур, единственным другом, оставшимся у нее в городе. Однако Маскелль не была уверена, что он остается ей другом и теперь. С тех пор так много всего случилось, храмы Кошана пострадали из-за молчания Карающего…

«И всем известно, чья в этом вина».

— Может быть, он просто хочет с тобой повидаться, — задумчиво глядя на Маскелль, пробормотала Барима.

Маскелль отвела глаза и лукаво улыбнулась. Да, наверное, такая возможность существовала.

«Но ты рассчитывала на что-то более интересное, верно?» — сказала себе Маскелль. Риан, как она заметила, внимательно за ней наблюдал.

— Что происходит при дворе? Канцлер Мирак все еще наш непримиримый враг?

Барима досадливо махнула рукой.

— Он все такой же, если не хуже. Я никогда его не видела, но мне кажется, будто я хорошо знаю его по тем сообщениям, что получаю. Не такие уж приятные описания… Киаша пишет о новом персонаже при дворе, какой-то иностранной знатной даме, пользующейся слишком большим влиянием. — Старая женщина серьезно посмотрела на Маскелль. — Ты ведь знаешь, Мирак не обрадуется твоему возвращению.

— Я была бы разочарована, встреть он меня с распростертыми объятиями. Самое привлекательное в приглашении Посланника Небес — неприятность, которую оно доставит Мираку. И остальным тоже. — Маскелль бросила взгляд на Риана как раз вовремя, чтобы заметить, что тот старается скрыть усмешку.

— Ты совсем не изменилась, — улыбнулась Барима. Маскелль сделала отвращающий зло знак, и это лишь отчасти было шуткой.

— Не говори так.

— Ты же знаешь, что я имею в виду.

Несколько часов спустя Маскелль вылезла из темного нутра фургона под ослепительные солнечные лучи. Она вскарабкалась на козлы к старой Мали и огляделась. Дождь шел несколько раз за утро, но все равно день был жарким, дорога поблизости от города оказалась запружена повозками, и выспаться Маскелль не удалось. Она обливалась потом, голова ее, казалось, была набита соломой. Не помогало делу и то, что Риан спал урывками, выскакивая из фургона каждые полчаса и тут же возвращаясь. Сейчас он шел по обочине у одного из последних фургонов рядом с Растимом. Маскелль не могла винить его за бдительность, хотя и знала, что они уже давно под защитой храмов Кушор-Ата и нападения можно не опасаться.

«По крайней мере, — поправила она себя, — можно не опасаться беспокойных водяных духов, какими бы странно сильными они ни оказались».

Маскелль шумно выдохнула воздух и устроилась на козлах, примирившись с тем, что больше не уснет. Старая Мали заворчала на нее, Маскелль тоже ответила ей ворчанием. Дорога расстилалась перед ними, раскаленная солнцем; грязь кое-где затвердела, в других местах оставалась все такой же липкой и зловонной. Путников было все больше и больше, фургонам даже пришлось несколько раз останавливаться и ждать, пока проедут встречные — купеческие караваны, крестьянские повозки, имперский курьер, отряд гвардейцев, сопровождающий посольство клана Кутура.

— Я думал, мы уже близко от столицы, — в третий раз повторил Растим. Он догнал фургон Маскелль и шел теперь рядом.

— Так и есть, — нетерпеливо бросила Маскелль. Дорога шла через один из пригородов; на западе, за рисовыми полями и полосой деревьев, лежал торговый квартал, а дальше тянулись храмы, каналы, жилые дома, окружающие гигантский западный барай города. Они могли бы въехать в центр города быстрее, если бы свернули в одну из начинавшихся в пригороде улиц, но Маскелль хотела сразу попасть в резиденцию Посланника Небес.

Назло Растиму она ничего не стала объяснять, когда дорога снова пошла вниз и, миновав заросли пальм и фруктовых деревьев, они пересекли вторую дамбу. За ней снова потянулись поля, и только вдали, за рядом саговых пальм, стали видны величественные каменные стены. Сияющие золотом в солнечных лучах, они тянулись на мили в обе стороны. Кто-то из ариаденцев возбужденно вскрикнул, и Маскелль улыбнулась, не разжимая губ.

Риан неожиданно вскочил на подножку, и Маскелль вздрогнула так сильно, что чуть не свалилась на старую Мали. На насмешливый взгляд старухи она не обратила внимания; Маскелль сама не ожидала от себя такого волнения. Риан уселся у ее ног, он, кажется, не заметил ее нервного движения.

«Я люблю этот город», — подумала Маскелль. Может быть, она уже успела забыть, как много он для нее значит…

Огромные ворота — тяжелые бревна с укрепленными на них листами металла — были распахнуты. Сквозь них лился поток экипажей, всадников, пешеходов. В этой части городской стены было пять таких ворот. Те, к которым приближались фургоны, назывались Воротами Воссоединения. Что ж, Маскелль предстояло немало воссоединений. Она никак не могла понять, что именно так ее смущает. За этими стенами не было врагов, которых следовало бы бояться.

«Кроме тебя самой, — напомнила она себе, глядя на нависающие над фургонами стены. — Кроме тебя самой».

Риан пристально посмотрел на стражников у ворот.

— Не будет трудностей с въездом?

— Нет, они не станут нас