Фантастика 2025-129 - Денис Старый

— Дайте мне ещё раз на него взглянуть, — попросил я и подошёл к Шибане Рокуто.

Я вновь пробежался «анализом» по его телу и замер, когда достиг головы пациента. Ранее я не замечал ещё один любопытный симптом, поскольку использовал «усиленный анализ» и смотрел на мозг, игнорируя кожные покровы. А на голове под волосами Шибаны Рокуто образовалась сыпь.

— Взгляните, Асакура-сан, Окабэ-сан, — позвал коллег я. — Видите эти высыпания?

— Ого! Да у вас глаз-алмаз, Кацураги-сан! — воскликнул Асакура. — И вправду, а я ведь даже не заметил.

— Везикулы, — подытожил Окабэ Акира. — Сыпь в виде маленьких пузырьков.

— И заметьте, идут они по линии, где проходят черепные нервы, — подметил я. — Понимаете, что это значит?

— Да ладно… — не поверил своим глазам Асакура Джун.

— Опоясывающий лишай, — назвал диагноз я. — Менингоэнцефалитическая форма. Очень опасная. Летальность составляет шестьдесят процентов. Нужно как можно скорее приступать к лечению.

Опоясывающий лишай или, как его называют иначе, опоясывающий герпес, возникает у людей, которые переболи вирусом «варицела зостер». Простыми словами — ветрянкой.

Этот вирус остаётся в нервной системе человека в спящем состоянии. Но если у пациента по какой-либо причине сильно падает иммунитет, тогда вирус активизируется и проявляется опоясывающим лишаём. Пузырьки сыпи в таком случае распространяются не так, как при ветрянке. Они идут строго вдоль нервов, в которых всё это время дремали. Но чаще эти высыпания появляются на туловище. В черепные нервы вирус забирается редко, но уж если забирается, то вызывает тяжёлое состояние — менингоэнцефалит.

— Ох, как давно я не встречал такую форму опоясывающего лишая… — произнёс Окабэ Акира. — Ещё со времён, когда в ординатуре учился. А с тех пор прошёл не один десяток лет.

— А как лечить такую тяжёлую форму? — спросил Асакура Джун.

— Противовирусное от герпеса — ацикловир в больших дозах. Этому пациенту обязательно потребуются глюкокортикостероидные гормоны, чтобы снять воспалительный процесс. А также множество неврологических препаратов. Это уже по вашей части, Асакура-сан.

— Верно подмечено, Кацураги-сан, не будем медлить. Оформляем его в отдельный бокс! — приказал Окабэ медсёстрам.

— А как же он умудрился на работу прийти с герпетической инфекцией⁈ — воскликнул Асакура Джун. — У ветряной оспы ведь есть инкубационный период. Эта болезнь не могла проявиться сразу.

— Могла, Асакура-сан, — не согласился с неврологом я. — У ветряной оспы — да. В том случае есть инкубационный период. А лишаю вылезти недолго, ведь инфекция в организме уже присутствует много лет.

— А это заразно? — продолжал показывать свою некомпетентность в теме инфекционных болезней Асакура.

— Ну вы даёте, Асакура-сан, — усмехнулся Окабэ Акира. — Хотя вопрос хороший. Многие думают, что опоясывающий лишай не заразен. Но это не совсем так. Человек не может заразиться опоясывающим лишаём от другого человека. Однако есть одно большое «но». Понимаете, о чём я, Кацураги-сан?

— Да, — кивнул я. — От такого пациента человек может заразиться ветрянкой, если он не перенёс её в детстве.

— Вы оба, надеюсь, уже переболели? — нахмурился Окабэ Акира.

Мы с Асакурой Джуном одновременно кивнули.

— Хорошо, — заключил Окабэ. — С остальными контактными я сам разберусь. Теперь у скорой может оказаться ещё больше проблем. Если среди фельдшеров и врачей были не переболевшие… Боюсь даже представить.

Шибану Рокуто госпитализировали в инфекционное отделение. Мы с Асакурой Джуном помогли Окабэ составить план лечения и направились по домам. Прежде чем покинуть отделение, я зашёл в уборную и посмотрел в зеркало. Анизокории нет, глаза пришли в норму. Да и от всех симптомов ушиба мозга осталась только лёгкая головная боль. До завтра уже точно пройдёт.

На выходе из больницы я вспомнил, что заведующий скорой Фукуро Тайтен просил меня заглянуть к нему, как появится свободное время.

Сейчас я никуда не спешу. Если сегодня меня не собьёт ещё одна машина, то домой успею вернуться до полуночи.

Я пересёк парковку и подошёл к одноэтажному зданию справа от гаражей, где и располагалась станция скорой медицинской помощи, принадлежащая клинике «Ямамото-Фарм».

В окно меня увидел худощавый мужчина в синей медицинской шапочке. Он тут же подскочил со стула и шустро выбежал на улицу навстречу ко мне.

Судя по скорости, это и есть Фукуро Тайтен.

— Кацураги-сан! Я уж думал вы и не придёте, — сказал он, и мы спешно поклонились друг другу. — Окабэ-сан мне сейчас звонил. Сказал, что у нашего Шибаны Рокуто опоясывающий лишай! Это же катастрофа! Мне пришлось нескольких человек отправить на самоизоляцию. Завтра буду общаться с руководством, решать, откуда брать новых специалистов…

— Фукуро-сан, — прервал я его болтовню. — Вы вроде о чём-то хотели со мной поговорить?

Эмоциональный заведующий так заболтался, что уже забыл, о чём должна была быть наша беседа. Пришлось напомнить ему, пока он ещё сильнее не углубился в другие темы.

— Ах да, Кацураги-сан! — вспомнил он. — Я, вообще-то, хотел предложить вам поработать врачом скорой медицинской помощи. У нас рук не хватает, а о вас ходят уж очень хорошие отзывы. Не хотите? По ночам?

— Ох, это сложный вопрос, Фукуро-сан, — признался я. — На мне сейчас очень высокие нагрузки. Я и терапевт, и заведующий, и заместитель в одном флаконе. Причём в стационарах тоже приходится подрабатывать.

— Да, понимаю… — кивнул он. — А в стационаре теперь ситуация будет не лучше, чем у нас. Поздняя осень, эпидемия вирусных инфекций! Всех везём к вам. Ох и тяжко же нам придётся. Что ж, ладно, Кацураги-сан. Я попрошу, чтобы мне выделили более свободного терапевта на выручку.

— Стойте! — задержал Фукуро я.

Его слова об увеличении нагрузки в приёмном отделении — это весомый аргумент. Скоро все врачи начнут зашиваться, если скорая продолжит возить пациента за пациентом.

Мне пришла отличная идея — как оптимизировать эту систему.

— Фукуро-сан, у меня есть встречное предложение, — улыбнулся я.

Глава 2

— Какое предложение? — не понял Фукуро Тайтен. — Вы знаете, кто из ваших коллег мог бы помочь скорой?

— Насчёт коллег не знаю, а вот я всё-таки могу прийти к вам на выручку, — ответил я.

— Но вы ведь только что сказали, что у вас высокие