Фантастика 2026-7 - Алекс Келин

Если бы Казимир не парализовал магией охранника, а, например, стукнул бы его по голове — получил бы максимум месяц общественных работ или просто штраф. Но магия — очень мощное отягчающее обстоятельство. Видимо, бывшего принца настолько припекло, что он плюнул на все возможные последствия.

Или был уверен — выгородят?

Что же тебе понадобилось от незаконной дочки, твоё высочество? Или все-таки не дочки?

Отцу Георгию остро не хватало полномочий. Он не мог пойти задавать вопросы. Здесь, в Заозерье, он был просто гостем, а не почти всесильным Охранителем.

Попросить содействия у местных инквизиторов? Вряд ли откажут, коллеги все-таки, но польза сомнительна. Есть старая шуточка: «Сколько нужно инквизиторов, чтобы сделать хоть что-нибудь? Одного хватит. Сбегает к гетским охранителям, они решат проблему». Шуточка прекрасно известна по обе стороны хребта, и, увы, частично отражает суть. Не надо быть гением, чтобы понять, как инквизиторы умеют работать и как относятся к имперцам.

Придется и дальше заниматься самодеятельностью.

Глава 20. Открытые карты

Отец Георгий сидел у окна в харчевне неподалеку от гнездовского управления стражи, пил яблочный компот и закусывал пирожком с капустой. Хотелось колбасы, кофе со сливками и жаркого, но с его нынешним образом недешевая еда не вязалась. А так — наскреб бедолага грошиков, чтоб из харчевни не погнали, да и смотрит себе на вход в городское управление стражи.

Подавальщики харчевни к таким визитерам давно привыкли и только иногда, когда было совсем скучно, гадали, что привело к ним очередного потрепанного жизнью мужика. С духом собирается, чтоб заяву накатать? Или признаться в чем-нито пришел, да заробел? Может, кореша из камеры вызволить хочет, но не знает, куда податься?

Они думали, что посетитель их не слышит. Отец Георгий только усмехнулся, пряча улыбку в кружке — простите, ребята, сегодня никто из вас не угадал.

Елизавета с охранником сейчас в управлении, дают показания. Если начнут выгораживать Казимира — он выйдет через эту дверь, и тогда все довольно просто. Если нет — сидеть колдуну в заключении. Вот тогда задача сильно усложнится…

Нужно ждать.

Отец Георгий порылся в карманах, вздохнул над мелкими монетками и поднялся — спросить еще компота.

По утреннему времени здесь было почти пусто. Ладная девчонка — подавальщица, протирая соседний столик, жалостливо посмотрела на него:

— Дедушка, не майся, к чему тебе хромать. Давай принесу, чего скажешь.

— Ох, спасибо, доченька, — благодарно вздохнул отец Георгий. — Счастья тебе и жениха хорошего. А мне компотика бы, вкусный он у вас… Держи грошик.

С крыльца управы быстрым шагом спустились стражник Виктор (еще одна проблема на седую охранительскую голову…) и охранник Елизаветы, имени которого отец Георгий пока не знал. Они зашли в харчевню, спросили несколько кружек кофе и облокотились на стойку — подождать, пока сварят.

Судя по радостно-кокетливой улыбке подавальщицы и ее томным взглядам на Виктора, жениха она себе давно присмотрела. Тот, правда, не спешил замечать интерес к своей персоне. Ох, молодежь… Поди разберись в хитросплетениях ваших любовей!

— М-да, командир, — покачал головой охранник, когда девчонка ушла на кухню. — Прекрасно ты тут устроился. Непыльная работа, хорошая карьера, в харчевне встречают, как родного… Благодать.

— Сарказм поумерь, вершитель судеб, — добродушно усмехнулся Виктор. — Хочешь, в городовые устрою?

Охранник фыркнул.

— Не, ваша светлость, многовато чести для сержанта егерей, — с подчеркнутым сожалением протянул он. — Такое только для прославленных героев, полководцев, кто императора по полюшку валял, да недовалял. Мы люди простые, мы все больше по ночам, по-тихому…

— Ага, по-тихому, — хохотнул Виктор. — Штабным Александра до сих пор небось икается.

— Наговариваете вы на меня, барин, — обиженно пробурчал охранник. — Не было меня там, хучь кого спросите…

Подавальщица выпорхнула из кухни с подносом. Отец Георгий даже со своего места учуял упоительный кофейный запах. Непроизвольно сглотнул слюну и снова уткнулся в компот.

«Понятно, кто у нас тут кофейком лакомится, — хмыкнул про себя отец Георгий. — Виктор фон Берген, князь Бельский, Кентавр Гарца, родственник императора, воскресший герой войны принцев — теперь следователь местной стражи. Видимо, под Орловом мальчишку качественно башкой приложили, о большем он и не задумывается. Или это уничижение паче гордыни? С Благословением Мстислава буйных магов арестовывать и зомби крошить — это, конечно, успе-е-е-ех! И не годится он на роль претендента на престол, туза в рукаве Владыки, хоть с Благословением, хоть без. Зато второй… Неужели Стрелец?»

* * *

Городишко у Орловой Горы никогда не был ничем знаменит. Полторы улицы, пара десятков жалких лачуг и покосившаяся церквушка. Его городом-то назвали по недоразумению да по неуемной жадности местного барона до пускания пыли в глаза.

Зато после Войны принцев «Орловская битва» прочно вошла в историю как первый оглушительный провал Константина. Там, как считали до недавнего времени, погиб юный гений кавалерийских маневров Виктор фон Берген, князь Бельский. Там тяжелая конница Александра прорвалась-таки к артиллерийским расчетам и раскатала пушкарей в тонкий блин. Там наспех вымуштрованные крестьяне с аркебузами из старых арсеналов сумели выдать четыре выстрела в минуту вместо привычных всем трех…

Константин спешно отступил. На рассвете армия Александра должна была начать преследование.

Отец Георгий был в лазарете, как и всегда. Помогал ментальному магу-медику госпоже Бельской. Раненых несли и после заката, не было ни времени, ни возможности присесть. Запах крови, спирта, нечистот, лауданума и пота настолько пропитал все вокруг, что уже почти не чувствовался. Стоны, крики, молитвы и рассказы: «Ну тут он, тля, мечом у-ух, а я, тля, его копьем, в пузо…» звучали со всех сторон.

Потом отец Георгий будет вспоминать войну принцев, как ад на земле. Тогда он просто делал свою работу.

Перевязка, вправление сустава, снова перевязка; утихомирить солдата с развороченной пулей ступней, верещащего на Бельскую: «Изыди, ведьма!»; прочитать заупокойную молитву; скрепя сердце, напоить умирающего от множества ран лейтенанта ядреной смесью лауданума с водкой и велеть положить его в стороне — тут не поможет даже маг.

Бельская походила на бледную тень, она выкладывалась до донышка, вытаскивая с того света очередного покалеченного.

На вопли в отдалении они обратили внимание не сразу. Только когда ночной ветер принес запах гари, отец Георгий вышел посмотреть, что случилось.

Его чуть не затоптали кони, несущиеся во весь опор. Еле отпрыгнул. Одна из лошадей споткнулась о торчащий корень, с визгом покатилась кубарем, всадник улетел куда-то в кусты, но остальная кавалькада не остановилась. Потом выяснили, что их всего два