Фантастика 2026-7 - Алекс Келин

За перелеском горели шатры. Кто-то орал, кто-то бестолково собирался в погоню, кто-то метался, пытаясь потушить пламя.

Отец Георгий перехватил Бельскую — колдунья собиралась кинуться к пожарищу.

— Там же штаб! Император…

— Сударыня, — устало вздохнул охранитель, — не лезьте в драку. Мало ли…

Земля дрогнула от мощного взрыва.

Отец Георгий зашвырнул Бельскую в госпитальную палатку, и только через несколько долгих секунд сообразил, что это рванул пороховой склад в другой части лагеря.

Порядок восстановили быстро. К утру о ночном переполохе напоминали только горелые проплешины на месте штабных шатров. Император и будущий канцлер Воронцов не пострадали. Где носило Александра — никто не знал, а предполагать не решились. Зато про Воронцова ходили слухи, что тот пересидел нападение в нужнике, маясь животом от несвежей говядины.

Ни о какой погоне за отступающими войсками Константина не было и речи. Небольшой отряд егерей-диверсантов сумел навести такого шороху, что стало не до того.

Позже выяснилось, что нахальную самоубийственную атаку спланировал и организовал сержант Второго Егерского Федот Стрелец.

Тело Федота не нашли.

После войны, когда Александр объявил амнистию, Стрельца вроде попытались разыскать, но не вышло. Видимо, он все-таки сложил голову, не под Орловом, так под Гетенхельмом. Или уехал из империи от греха подальше.

Или осторожные слухи о том, что Федот захватил в ставке нечто важное и секретное, были не просто слухами? И теперь хитрый сержант попросту скрывается от виселицы?

Как рассказал отцу Георгию приятель, преподаватель военной академии, этот налет вошел в новую редакцию учебника по логистике и организации военных лагерей, как пример вопиющего раздолбайства и бардака в ставке, расслабившейся после победы.

Отец Георгий глотнул еще компота. Сидеть ссутулившись было неудобно, побаливала спина, но ради образа побитого жизнью вояки приходилось терпеть.

В голове крутилась старая, заезженная мысль: «Сколько таких, как эти двое, молодых — талантливых, перемолола та война? И добро бы за новые земли воевали, или свое защищали… Нет уж. Хватит. Александр не самый плохой император, а Благословение… и без него справляется».

Охранник Елизаветы Луниной забрал свою кружку с подноса, подмигнул подавальщице и повернулся к Виктору:

— Командир, ты это, скажи барыне, пусть меня дождется, одна не выходит. Я ненадолго.

Стражник пожал плечами, забрал оставшиеся две кружки (вторую, очевидно, для Елизаветы, галантность на высоте) и пошел обратно в управление.

К разочарованию подавальщицы, охранник не стал с ней знакомиться и приглашать поужинать. Он подошел к столу у окна, где сгорбился отец Георгий. Поставил кружку, плюхнулся на стул напротив охранителя и поинтересовался:

— В нищенствующий орден вступили, Ваше Преосвященство? Или просто поиздержались?

— Не поможет богатство в день гнева (Притч.11:4), - процитировал охранитель, распрямляя спину.

— Правда непорочного уравнивает путь его, а нечестивый падет от нечестия своего, (Притч.11:5), - как ни в чем не бывало, продолжил цитату охранник. — Большой сволочью был школьный дьяк, — пояснил он на удивленный взгляд охранителя. — За невыученные притчи лишал, гад, обеда.

— Тебя как называть, образованный юноша? — приподнял бровь отец Георгий.

— Эрик я. Кузнецов. И оченно мне интересно, с какой это радости глава гетенхельмских охранителей пренебрегает своими обязанностями ради табуна блох и слежки за моей работодательницей.

Отец Георгий с хрустом потянулся. Укатали Сивку крутые горки, раньше и спина не болела, и неделя на одной сухой корочке легко пролетала, зато сейчас… Эх, старость — не радость.

Спасибо, хоть голова работает, как надо.

Послать Федота-Стрельца куда подальше? Запросто. Только больше ты, охранитель, ничего не узнаешь. Попробуешь продолжить наблюдение — этот шустрый юноша, не поморщившись, организует тебе «убийство при ограблении». И доказывай потом с того света, что ничего плохого не хотел. Даже если и не организует — толку то? Задача останется нерешенной.

К тому же нужны союзники. В одиночку ты уже сделал все, что мог. А Федот будет получше и местных инквизиторов (глаза б на них не смотрели!) и крестьянского семейства, спасенного от костра много лет назад. Крестьяне, конечно, помогут всеми силами, но много ль тех сил? Крышу над головой и маскировку обеспечили — уже хорошо.

Можно Федота и обойти, обратится напрямую к хозяйке. Но охраннику она доверяет явно больше, чем охранителю (ишь ты! Хоть в пьесу вставляй фразочку) — не выйдет откровенного разговора.

Охранитель еще раз смерил взглядом Федота … Простите, Эрика. Охранника милой девушки, то ли принцессы, то ли нет.

— У нас с твоей Елизаветой общая проблема, — сообщил Эрику отец Георгий. — И зовут эту проблему Казимир Штутгарт. Устрой мне встречу с госпожой Луниной-Румянцевой, нужно многое обсудить.

Эрик отставил в сторону кружку и улыбнулся охранителю — светло, радостно, как-то даже по-детски. Настолько открыто, что это было похоже на издевательство.

— Нет уж, твоё преосвященство. Сначала ты все расскажешь мне. А потом я решу, что делать дальше.

Отец Георгий, чуть помедлив, кивнул.

— Красавица! — громко позвал Эрик подавальщицу. — Принеси нам с другом чего-нибудь пожрать. Видишь, совсем дедуля осунулся, надо бы подкормить посытнее.

— Ты не торопишься? — поинтересовался отец Георгий.

— Не-а, — тряхнул головой Эрик. — Пусть барыня приятной беседой развлечется. Хотя бы на это Берген должен сгодиться.

Отец Георгий не стал уточнять причины такого пренебрежительного отношения к бывшему командиру.

— Хорошо, — кивнул охранитель. Тогда начну издалека… Императрице Изольде сильно не повезло с детьми. Старший пытался переворот устроить, закончилось все печально. Младший… С Ульрихом вышло еще хуже. Он оказался магом. Скорее всего, императрица не была верной супругой, но это сейчас не важно. Важно то, что вместо отречения и пострига младшенький получил полную свободу действий, новую личность и немалые деньги. Материнское сердце не камень. Она уже потеряла одного сына и хотела, наверное, чтобы второй был если не принцем, то хотя бы просто счастливым человеком. И он стал исследователем болот, знаменитым магом-путешественником Казимиром Штутгартом.

Эрик с интересом кивал, не забывая грызть фигурный гнездовский медовый пряник.

— Помогала принцу скрыться фрейлина императрицы Елизавета Лунина. Примерно через девять месяцев после его отречения она умерла в родах, оставив младенца на попечении брата. Дочку назвали Елизаветой.

— Ого, — восхитился Эрик, — так мою барыню, оказывается, принцессой считают? Хорошая карьера для такого простого парня, как я.

— Лучше не бывает, — кивнул отец Георгий. — Но не спеши радоваться. И Ульрих, и его возможная дочь нужны… скажем так, неким нехорошим людям для организации государственного переворота. Если отец императора — маг, значит, Император не имеет прав на священный престол Гетской империи. Даже если Александр благословлен — это неважно. Всему миру Благословение не покажешь, а если по городам и весям