Фантастика 2027-127 - Геннадий Борчанинов

И вдруг Макс Ветров выхватил из рюкзака колонку и врубил её на полную громкость!

БУМС! БУМС! БУМС!

Анжела подхватила ритм, развела руки в полёте, словно грёбаный лебедь, приземлилась на мысок, грациозно развернулась, сделала шаг вперёд, шаг назад, ещё один идеальный разворот, который перетёк в акробатический кульбит.

А затем и вовсе херакнула шпагат!

— Раунд! — заявила она.

— Ч-чё… — только и успел выдавить из себя Даня.

А Стефан уже забил пятками пыль в бешеной пляске, завертел руками и в конце концов завершил всё сальто назад.

— Раунд! — процедил он.

Музыка из колонки притихла.

— Чё за х!.. — ахнул Саня в воцарившейся тишине, но его возглас заглушили взорвавшиеся овации зрителей.

А их, в свою очередь, перекрыл торжествующий крик Вельцина:

— ВОТ ОНИ!

* * *

— ВОТ ОНИ! ДОИГРАЛИ… — Соломон вылетел из толпы, но тут же замер и закончил уже куда менее торжественно: — л-ли-ись…

Он будто оцепенел с указательным пальцем, направленным на ребят, бешеными округлившимися глазами и каким-то не очень нормальным свихнувшимся оскалом.

А следом за ним из толпы показались Николай Ильич и Алина Леонидовна.

— Что здесь происходит⁈ — строгим высоким голосом произнесла Прохорова.

— Ну как что? — пожал плечами Макс Ветров, делая колонку ещё тише. — Танцевальная битва, конечно!

— Че… ч… ч… Чего?!! — взвизгнул охрипшим голосом Соломон. — Какой ещё к чертям танцевальный…

БУМС! БУМС! БУМС! БУМС!

Снова загремела колонка, и Елизарова мигом принялась танцевать второй раунд.

* * *

Анжела закрутила брейк-дансовую вертушку снизу, затем медленно начала подниматься, и стиль танца плавно переходил в русскую народную пляску с прыжками, пируэтами и прочими штуками, названия которых Данила не знал.

Но он вдруг поймал себя на мысли, что заворожён движениями девушки. Она действительно круто танцевала. Даже поляки приоткрыли рты, глядя на неё.

Анжела завершила танец крутым четверным пируэтом в высоком прыжке, во время которого попутно окружала себя закрученными потоками льда. Они подхватили её в самой высокой точке прыжка и, кружа девчонку вокруг своей оси, опустили её на землю, словно какую-нибудь Снежную Барыню.

Музыка затихла, будто тоже преклонялась перед ней…

— Чем ответишь, поляк? — хмыкнула Анжела надменно, всё ещё оставаясь в поддержке собственной магии льда.

Молчание…

Тишина…

…

— ВАУ-У-У!! КЛА-А-АСС!!! КАК КРУТО-О-О-О!!! — взорвались овациями все вокруг.

Зрители окончательно поняли, что происходит, и вместо настороженности вовсю радовались, свистели, а затем кто-то выкрикнул уже Стефану:

— Давай, пацан! Покажи, покажи!

— Пока что она тебя уделывает, парень! — добавил кто-то другой.

Стефан невольно цыкнул, с вызовом глянул на свою соперницу и наконец приступил к ответному танцу.

БУМС! БУМС! БУМС! БУМС!

Данила смотрел на это всё с раскрытым ртом и слегка вытянутой вперёд рукой, между пальцами которой до сих пор держалось напряжение для мгновенной выдачи электричества.

Тут его ткнули локтем по рёбрам.

— Слышь, братан, — тихим растерянным голосом произнёс Саня. — А что происходит ваще?

— Как что? — сглотнул Данила. — Т-танцевальный батл… Не видишь, что ли?

— А-а-а… Ну тогда всё поня-я-ятно… — всё так же тихо и растерянно протянул Саня. — Спасибо, что уточнил.

— Да без проблем, — кивнул Даня. — Обращайся.

По глазам ребят было видно, что ни Саня, ни остальные ни хрена не понимали, что происходит.

Гордей, как и сам Даня, стоял в похожей позе. Но при этом морда лица у него была искривлённо-удивлённая. Парень вообще не вдуплял, какого хрена творится. Марк глазел на танцующего Стефана с дёргающимся глазом. Хотя, возможно, это ещё эффект от выступления Анжелы до сих пор не прошёл.

Да что уж там, даже Аристарх и Марк стояли с раскрытыми ртами! Хотя в их позах читалось, что они вот-вот кинутся в бой.

Тем временем Стефан закончил свой раунд эффектным шпагатом в прыжке и позаимствовал у Анжелы идею с магическими спецэффектами. Вот только у Елизаровой, кажется, это была уже подготовленная заранее форма. Причём отрепетированная, потому что слишком уж безупречно она изображала из себя Снежную Барыню. А вот Стефан явно импровизировал, выбрасывая огненные искры в ярком огненном шоу. Получилось эффектно, конечно. Даже контраст «горячего» Стефана с холодным спокойствием «ледяной» Анжелы сыграл свою роль…

А Данила поймал себя на мысли, что он реально оценивает танцы этих двух негодяев!

Почему негодяев? Да потому, что Анжела точно всё знала! Как и Стефан, как и остальные поляки, которые сейчас с насмешками наблюдали за их реакцией.

Данила встретился взглядом с Максом Ветровым и опасно сузил глаза.

А со всех сторон раздались ликования зрителей в сторону лехита. Судя по всему, в такой же мере, как были они у Анжелы.

— Что ж… — горделиво вскинула подбородок Анжела, — полагаю, мы сойдёмся на ничье.

— Думаю, так, — кивнул Стефан.

Затем он махнул рукой и сделал шаг назад, пропуская вперёд здоровяка Богдана.

— Ермаков, твой выход! — вдруг заявила Анжела и чуть ли не выпихнула Данилу перед собой.

— Ч-чего⁈ — опомнился Даня, уже стоя перед крепышом-поляком. — К-какой ещё выход?!!

— Танец, конечно, — с ехидной ухмылкой стрельнула по нему взглядом треклятая Елизарова. — Ты же не хочешь сказать, что поляки уделают нас в танце, а?

— Ну давай, мелкий! — довольно прорычал Богдан, а затем топнул ногой. Да так, что, казалось, земля немного заходила ходуном. — Ты первый!

━─━────༺༻────━─━

Соломон не верил своим глазам. Казалось, всё происходящее сейчас — лишь сон.

Кошмарный сон.

Вроде того, как в детстве снилось, что ты оказался в классе без штанов. Только сейчас всё было намного хуже.

Намного!

Он бы предпочёл остаться без штанов в реальном мире, чем созерцать вот это. И дело даже не в кривом, неуклюжем танце Данилы Ермакова, от которого возникал резкий испанский стыд.

КАТАСТРОФА!

То, что происходило сейчас, было полнейшей катастрофой.

Соломон очень хотел, чтобы всё это обернулось обычным кошмаром. Чтобы он просто сейчас проснулся в поту в своей постели и с облегчением выдохнул. Вот только сон никак не уходил.

И ещё раз, речь совсем не про ужасный, неуклюжий недотанец Ермакова. Хотя его странные кривляния и потуги как раз были очень похожи на тот бред, который обычно происходит во снах.

И ещё этот смех зевак вокруг… В глубине души, где-то в сознании, Соломон понимал, что смеются не над ним. Но сейчас казалось,