Фантастика 2026-158 - Максим Арх

— Может, на самом деле…

Тан У перебил меня:

— Не хочешь говорить, так сиди голодным. Завтра вернусь и спрошу еще раз! Пойдем, госпожа, не стоит тратить на него время.

Он даже махнул рукой, чтобы поторопить меня. Я не стала возражать, потому что смотреть на голодного оборвыша в клетке было неприятно. Вопли мальчишки преследовали меня даже за пределами двора. Лишь когда они стихли, я осмелилась спросить:

— Ты не мог ошибиться, Тан У? Как такой бедолага мог осмелиться напасть на управляющего Чжоу? Там ведь еще и охранники были.

— Этот недостойный ошибся, — спокойно ответил Тан У. — Не стоило юной госпоже Ли приходить до того, как он заговорит. Юная госпожа Ли не жила в Крысином углу и не видела, на что способны его обитатели.

— И на что они способны?

— На всё. На любое преступление. На попрошайничество, на обман, на воровство и даже убийство. Юной госпоже не стоит верить его клятвам, потому что он сам в них не верит. Большинство подростков Крысиного угла так или иначе работают на Цзянху. За горсть риса, за несколько цянь они готовы на всё.

— Ты тоже работал на Цзянху?

— Нет.

— Почему? Ты ведь тоже из Крысиного угла. Ты тоже хотел есть. И сестренку И надо было кормить.

— Я бы пошел, — честно признался Тан У. — Но сначала меня не брали — слишком уж мал и слаб был. Потом позвали, но я отказался. Как раз из-за сестренки И. Если бы пошел, она бы только им мешала. Ее убили бы или продали в бордель.

— Она же такая малышка! — ужаснулась я.

— Ну, не сразу же в постель… — Тан У спохватился, кому и что он говорит, потому быстро исправился: — нет, ее бы сделали прислугой: мыть полы, стирать, подавать. А дальше смотря какой она бы стала: красивой или не очень. Не мог я ее бросить, потому постоянно перепрятывал. И сам ходил в оглядку. Один раз меня всё же поймали, оттуда и шрам.

Я украдкой глянула на своего воина. Он все еще выглядел младше своих лет, по-прежнему был худ и невысок ростом, но связь с душевным зверем сильно изменила его в лучшую сторону. Тан У даже двигался теперь иначе — мягко и плавно, появилась уверенность и какая-то надежность.

Потом я сообразила, что иду с ним по темному саду наедине, и вспыхнула румянцем. Это были неправильные мысли, ненужные. Просто Тан У сейчас единственный человек, на кого я могу опереться.

Я прибавила шаг, коротко попрощалась и скрылась в своем дворике.

* * *

Всю ночь я проворочалась на постели, лишь изредка погружаясь в спасительную дрему, но и там меня преследовали кошмары. Ужасы прошлой жизни перемешались с настоящими событиями. Я видела то гибель отца, то раны на теле матери, то посиневшего от яда Чжоу…

Так что рассвет для меня стал облегчением. Правда, Лили с Ши Хэ ужаснулись от моего вида и потратили немало времени, чтобы скрыть припухлости вокруг глаз. Я велела уложить волосы в самую простую прическу: никаких легкомысленных пучков, шпилек-бабочек и колокольчиков. Пусть украшения будут дорогими, но сдержанными, и платье подобрать под стать этому образу. Чтобы люди воспринимали меня серьезно, они должны видеть не милую девчушку, а молодую госпожу.

Несколько свитков я засунула к себе в рукав, хотя не знала, пригодятся они сегодня или нет, а потом направилась к маме. Мы встретились с ней в саду и вместе пошли проведать управляющего Чжоу.

Дядя Чжоу уже не спал. Он сидел в постели, опираясь о подушки, уже одетый, умытый и с убранными волосами, видимо, жена приходила помочь. Пусть бледность еще не сошла с его лица, а раненая рука время от времени подергивалась, но выглядел управляющий вполне здоровым.

— Управляющий Чжоу, счастлива видеть тебя в таком хорошем здравии! — улыбнулась мама.

Заслышав гостей, из внутренних покоев выглянул лекарь Е, поклонился и сказал:

— Госпожа Ли, прошу не верить его цветущему виду. Немного яда все еще осталось в крови. За это утро управляющего Чжоу трижды рвало, и он дважды терял сознание. Ему определенно нельзя вставать и заниматься делами. Покой, легкая жидкая пища, сон и мое лечение!

Дядя Чжоу замахал здоровой рукой:

— Госпоже Ли не стоит слушать этого бесполезного человека. Он только и знает, что запрещать! Я сегодня же займусь делами.

Мы переглянулись с мамой.

— Я поверю всему, что скажет управляющий Чжоу, — сказала мама, — кроме вопросов, касающихся здоровья. Управляющий Чжоу должен оставаться в кровати и слушать лекаря Е! Надеюсь, лекарь Е не возражает, если я буду заглядывать к управляющему Чжоу за советом?

— Этот недостойный не смеет препятствовать госпоже Ли, только умоляет больше думать о благополучии управляющего Чжоу!

Лекарь Е скрылся за дверью, но почти сразу вышел вместе с сумкой. Он собирался поехать к управляющему Хо.

— Скажи, что мы навестим его позже, — кивнула мама, отпуская лекаря.

Она села на стул возле окна, я же осталась стоять. И мы втроем замолчали, не зная, с чего начать.

— Я прошу прощения, что не уберегся, — спустя какое-то время заговорил дядя Чжоу. — Это всё моя вина. Мне не стоило ходить пешком по Линьцзин в такое время. Я не смог предугадать столь жестокого хода.

Никто не мог. Даже зная Сюэ, я полагала, что он остановится на наших заведениях и не станет нападать на людей семьи Ли. Возможно, Сюэ изначально не планировал это делать, но когда узнал об отъезде отца, решил вывести из строя всех наших управляющих. Это сильно облегчило бы ему задачу. Нас с мамой он в расчет не брал, привык, что женщины ни на что не годны за стенами поместья.

— Мама, управляющий Чжоу, — заговорила я. — Как долго отец пробудет на жалованных землях? Примерные сроки?

— Не меньше недели, но, скорее всего, поездка займет недели две-три, — ответил дядя Чжоу.

— Значит, нам нужно продержаться всего две недели, — твердо сказала я. — Отец много лет выстраивал свои торговые дела, и они не рухнут в одночасье даже без управляющих. И если какая-то лавка или мастерская закроется, дом Ли не обеднеет.

Я это говорила больше для мамы. Она настолько растерялась, что не знала, за что хвататься и что делать. Если у нее будет цель