"Фантастика 2026-129". Компиляция. Книги 1-27 - Влад Радин

а затем отвела взгляд. Видимо, чувствовала себя неловко. Тем не менее такое отношение культистов к чужим не самым качественным умениям было даже ожидаемым. Все-таки, когда ты представитель Всемогущей Бойни, спесь по отношению к другим неизбежна.

Более того, Зефир и Леопольд являлись скорее исключением из правил. У них было отличное основание из-за мутаций, а воинские техники и, конечно же, Эден, попросту поставили товарищей выше остальных искателей и авантюристов.

— Значит, надо проверять, — заключил парень, решив больше не смущать блондинку.

— Кстати, что дальше делаем? — спросила Лада, поглядев на Зефира.

— Ждем, — пожал он плечами. — Чует мое сердце, скоро все завертится.

— У меня тоже плохие предчувствия, — поделилась Мила. — Будто что-то вот-вот должно произойти.

Они немного помолчали, а тишину прервал Брут. Мохнатый поблагодарил за еду, а затем тявкнул не совсем вразумительно.

— Какая еще встреча с почитателями? — удивленно поинтересовался Леопольд у енота.

Тот спрыгнул со стула и развел лапами в стороны, будто сам не особо понимал, откуда такие взялись. Собравшиеся за столом странно переглянулись, а Зефир строго посмотрел на Брута и предупредил:

— Только не чуди, чтобы нам потом отсюда ноги уносить. Хорошо?

Вновь раздалось тявканье, в котором енот заверил командира, что будет паинькой, и через миг мохнатый испарился.

— Что-то я теперь тоже волноваться начинаю… — протянул Леопольд.

* * *

Брут преодолел Храмовую площадь и передвигался по крышам на запад города. Вскоре енот оказался напротив большого комплекса довольно нарядных трех-четырёхэтажных зданий, огороженных высоким каменным забором, посреди которого был разбит небольшой красивый сад.

Называлось место то ли «Гостиная нора», то ли «Гостиная дыра»; зверь, честно говоря, не помнил. Да и неважно это было с точки зрения одного енота — сюда его пригласил подручный, показать и похвастаться успехами, которых тот достиг.

Оказавшись на стене, Брут огляделся. По каменным дорожкам, облагороженным цветами, внутри прогуливались сотни самцов, одетых в фиолетовые плащи с капюшонами. Они смеялись, выпивали и сбивались в стаи, о чем-то живо переговариваясь.

Впереди, прямо напротив наглухо закрытых центральных ворот, стояло главное здание, возвышавшееся над остальными, с огромными окнами и покатой черепичной крышей.

На его крыльцо тем временем вышел представительный седовласый самец и ударил несколько раз палкой по металлическому блюдцу. Видимо, призывая всех внутрь.

Человеки начали подтягиваться ко входу. Не стал отставать и Брут. Зверь исчез со стены и оказался по ту сторону стекла в гигантской комнате с высокими потолками и колоннами. Он переместился прямо на портьеру, оказавшись повыше, и принялся изучать обстановку.

По бокам помещения расположились столы с аппетитной жратвой и пахучей водой, а в нишах между колоннами стояли каменные фигуры — те самые, с трусиками в вытянутых руках. Не меньше дюжины.

Посреди залы находились гости в фиолетовых плащах. Их оказалось так много, что они напоминали еноту кильки, засоленные в бочке. Толпа громко общалась и шумела, создавая равномерный гул, который не могла заглушить даже живая музыка.

Однако стоило на деревянной сцене у противоположной стены появиться короткостриженому блондину сорока лет в такой же фиолетовой накидке — все разговоры как отрезало, а шум стих.

Человеки повернулись в сторону нового действующего лица и стали молча и уважительно ожидать продолжения.

— Братья мои! — внезапно воздел руки тот. — Когда-то я был такой же, как вы: потерянный и пристыженный. Даже дома в кругу друзей и семьи я находился в полном одиночестве! Я просто не мог никому рассказать о своих увлечениях, боясь порицания, осуждения и злобы. Но разве я заслужил этого? Разве я не имею право на счастье⁈

— Имеешь! — раздались сотни громких и праведно возмущенных возгласов.

— Конечно, имеешь! — рьяно орали другие, а Брут поковырял коготком в ухе, так сильно оглушили его эти вопли.

Господин Торговец терпеливо дождался, пока самцы немного успокоятся, и проговорил:

— Вот и я думал, что имею. Но весь мир был против меня одного! Мне просто не хватало духу встать наперекор всем и гордо держать поднятой голову!

Блондин внимательно оглядел слушателей. Те кивали, соглашаясь с ним: речь Дражена задела их за живое.

— Но однажды, — продолжил мужчина тихим голосом, который, тем не менее, достигал всех уголков гигантского зала. — Ко мне явился он… Спаситель! Он не порицал, не укорял. Он принял меня таким, какой я есть! Господин Глава подобрал меня, словно брошенного котенка, заключил в свои мохнатые объятия и разделил со мной мою страсть, которую я сейчас делю со всеми вами! Такими же бездомными и гонимыми!

Дражен прервался на мгновение, и затем его голос приобрел торжественные нотки:

— Господин Глава! Прошу! Покажитесь перед вашими преданными сторонниками!

На морде Брута, вцепившегося в портьеру, сама собой расцвела надменная улыбка. Миг — и он уже стоял на сцене, как они заранее договорились с его подручным. Правда, повернут он оказался ко всем меховым задом, потому сразу же развернулся.

Зал молчал. Сотни людей ошарашено рассматривали зверя.

— И вправду мохнатый… — прозвучал чей-то крайне удивленный голос.

— Господин Глава, позвольте, — проговорил господин Торговец и накинул на плечи енота детский плащ фиолетового цвета с капюшоном.

Брут на такую реакцию толпы несколько обиделся. Он скрестил лапы на груди и задрал подбородок, начав усиленно важничать.

А на помощь ему, как и подобает хорошему подручному, пришел Дражен.

— Вы находитесь на приеме культа Ценителей, устроенного в честь его основателя — господина мохнатого Главы, — и ведете себя так неуважительно⁈ А ну живо поприветствуете его! — взбешенно рыкнул мужчина.

Раздались жидкие хлопки. Сначала это было несколько человек, а затем остальные подхватили первых энтузиастов. Вскоре рукоплескал весь зал, хотя по лицам этих людей было видно, что делали они это из-под палки, лишь бы с позором не вылететь из членов нового культа.

Через полминуты аплодисменты стихли, и на помещение опустилось неловкое молчание.

Енот покосился на блондина и сделал разочарованную мордочку, ведь это господин Торговец затеял и организовал мероприятие, а также попросил Брута присутствовать.

Дражен выглядел виновато. Он бросил извиняющийся взгляд на зверя и тихо проговорил:

— Я сейчас все исправлю, Глава.

Следом мужчина быстро метнулся к стене позади и вернулся с сундучком, который открыл и поставил перед мохнатым.

— Завоюйте их, Глава, — одними губами прошептал блондин и встал позади енота.

Брут в этот момент смотрел на богатства, лежащие перед ним. План подручного стал понятен, и зверь одобрительно проворчал.

Он наклонился, выцепил кружевную