Фантастика 2026-158 - Максим Арх

Покрасневший до корней волос юноша покачал головой:

— Этот недостойный рад получить прозвище от юной госпожи Ли. Если моему отцу пришлось это по нраву, то и мне не стоит отказываться.

Сами Небеса говорят мне остановиться. Хорошо, что сын Хо не столь щепетилен, но вдруг я скажу глупость при очередном приказчике? Вдруг он решит, что эту глупость надо выполнить, несмотря ни на что?

В этой жизни я еще никогда так не уставала, хотя все это время просидела на диванчике, пила чай, слушала и говорила. Вот уж поистине: пока сама не возьмешься вести хозяйство, не узнаешь, сколько стоят дрова и рис. Каково же тогда отцу на собраниях у императора? Неудивительно, что он возвращается домой таким усталым и измотанным.

— Дин Ган, Тан У, отправляйтесь в гильдию наемников. Количество воинов примерно понятно, пусть даже мы поговорили не со всеми приказчиками. Завтра они должны прибыть к боковому входу в поместье. Во двор их не пускать! Подпишем контракт и сразу отправим всех по местам.

— Да, юная госпожа Ли, только с одним изменением! — сказал Дин Ган.

Я устало посмотрела на него, ожидая продолжения.

— Сначала мы проводим госпожу Ли в поместье. Я не могу позволить юной госпоже Ли ехать через весь Линьцзин без моей защиты.

— Хорошо.

Нет смысла спорить с ним. Я слишком устала и хотела домой, хотела смыть липкий пот, что не раз проступал из-за страха и переживаний, хотела переодеться во что-то более легкомысленное, погулять с Ми-Ми по саду и послушать успокаивающее журчание ручья.

Писари решили, что вернутся позже, сначала закончат с бумагами, подготовят контракты для наемников и договора с приказчиками.

* * *

Утром я встала посвежевшей и выспавшейся: ни одна мысль, ни один сон не потревожили меня за ночь. После первого сражения я ощутила уверенность в себе и своих силах. А еще поняла, что нашей семье нужен человек, который будет присматривать за приказчиками, знать все дела и обладать правом принимать решения, в том числе и убыточные. Каким дядя Хо ни был опытным и верным, он не являлся членом семьи Ли, потому мог лишь поддерживать торговлю на том же уровне. Принцип разделения внутреннего и внешнего: Хо Дасюн мог быть руками семьи, но не ее головой и волей. Он не мог вкладывать деньги во что-то новое, заключать договора с непроверенными поставщиками, выкупать лавки — на всё это ему нужно дозволение отца. А у отца, чья голова и воля были заняты делами всей Поднебесной, не оставалось сил на наши внутренние хозяйственные вопросы.

Я уважала своих старших братьев за их амбиции и стремления, но одному из них стоило подумать о родителях и остаться в Линьцзин. Впрочем, у братьев росли сыновья, возможно, кто-то из них захочет поехать к бабушке с дедушкой и взять часть проблем семьи на себя. У Ли Вейяна старший сын через год будет проходить ритуал сплетения душ, а значит станет совсем взрослым.

После плотного завтрака я сходила к маме, узнала, что та вчера отправила гонцов с письмами к братьям и начальник Столичного управления принял наш запрос весьма учтиво и пообещал отыскать виновных. Вечером к нам заглянули его помощники и забрали мальчишку, который ранил управляющего Чжоу. Участь его, скорее всего, будет печальной: его ждут пытки и допросы. И я несказанно рада, что этим будут заниматься другие люди и в другом месте.

Часть вины за его преступление лежит на чиновниках, которые не сумели придумать такие законы, чтобы даже нищие в Поднебесной могли прокормить себя. Часть вины — на нас, на богатых людях, которые никогда не заглядывали в Крысиный угол и не думали об умирающих с голоду детях. Не все могут быть такими упорными, как Тан У. А если вспомнить, каким он стал в моей прошлой жизни, то становится понятно, что и Тан У не устоял. Может, я что-то смогу сделать для тех детей? Для их родителей? Уверена, многие там готовы трудиться с утра до ночи за горстку риса, но их попросту никуда не берут.

Когда я подошла к воротам, всё уже было готово к моей поездке: повозка с лошадьми, Дин Ган с охраной, Ши Хэ, писари и, конечно, Тан У со своим зверем. Целый выезд, а не прогулка юной девицы по городу.

— Наемники уже подошли, контракт подписали, — отчитался Дин Ган. — Часть мы уже отправили по местам, остальные ждут распоряжений юной госпожи Ли.

— Благодарю, — кивнула я. — Нужно объехать те заведения, чьи приказчики вчера не приходили в дом управляющего Хо. Начнем с винокурни!

Прибыль от винокурни составляла немалую долю доходов семьи Ли. Если закроется несколько лавок или ресторан, мы этого почти не заметим, а вот проблемы на винокурне могут серьезно подорвать наш бюджет.

Приказчика мы застали на самом пороге: он как раз намеревался отправиться к Хо Дасюну.

— Юная госпожа Ли? — растерялся худой мужчина с широко расставленными и слегка косящими глазами, от чего его взгляд невозможно было поймать. — Чем обязан такой чести?

Дин Ган прикрикнул:

— Чего стоишь, разинув рот? Ворота открывай. Сама юная госпожа Ли приехала посмотреть, как тут дела!

Судя по всему, тут что-то случилось неприятное, но приказчик не особо надеялся на девицу, что едва прошла через ритуал сплетения душ. Он велел открыть ворота, чтобы повозка заехала во двор винокурни, дождался, пока я и моя свита выйдем, а затем с поклоном сказал:

— Этот ничтожный не смеет докучать своими незначительными бедами юной госпоже Ли.

— С каких пор беды на винокурне стали твоими? — рявкнул Дин Ган. — Она принадлежит семье Ли. Кому, как не семье Ли, нужно знать о бедах, настигших их винокурню?

Дин Ган все верно говорил, хоть и грубовато, поэтому я терпеливо ждала и осматривала двор. Запах тут стоял такой сильный, что ощущался даже на языке — сладковато-кислый, хлебный, смешанный с ароматом дыма и забродивших ягод. Во дворе было несколько крупных построек, у одной торчала труба, из которой валили светлые клубы то ли дыма, то ли пара.

— Этот ничтожный не хотел оскорбить юную госпожу Ли, просто…

— Говори как есть. Управляющий Хо приболел и не сможет тебя принять, — сказала я. — До меня дошли сведения, что сюда приходили люди из Цзянху. Твои беды связаны с ними?

Приказчик с облегчением выдохнул, наверное, обрадовался, что я хоть что-то знаю о здешних