Фантастика 2026-130 - Ал Коруд

Это что касается положительного, сюда же плюсуем взлетевший до небес негласный рейтинг Эдогава-кай. Последнему пункту Мая хотя и не придавал большого значения (в политику лезть он категорически не собирался), но и не радоваться успеху Семьи было бы глупо.

Ещё один момент. При токийском департаменте полиции образуется общественный совет — как раз для того, чтоб случаев, подобных вчерашнему, больше никогда не было. Система сдержек и противовесов собственный персоной. Должность со-председателя совета, отгадайте, чья?

Правильно, Ватанабэ. Миёси-старший предусмотрительно отказался, здраво рассудив, что новый товарищ в тех водах ориентируется не в пример лучше. А после сегодняшнего противостояния на улице Кэн стал ему даже больше чем братом — они это оба поняли, взглянув друг другу в глаза. Без лишних слов.

Из отрицательного был только один пункт, но персонально для Мая достаточно неприятный. Неприкасаемого защитить с гарантией не удалось. Дочь жонглировала словами, фехтовала с порученцем премьера формулировками и в итоге напрямую обратилась к отцу:

— Всё, что можно и нужно, я лучше сделаю как его официальный адвокат. В данном случае именно это путь наименьшего сопротивление.

Ультраправый, внимательно следивший за обсуждением вопроса, коротко кивнул, подтверждая правоту ребёнка:

— Мы, конечно, можем пойти до конца, но тогда может случиться, что ради уничтожения тараканов мы весь дом сожжём к демонам. — Ватанабэ задумчиво почесал нос и продолжил. — Не то чтобы я прям так цеплялся за положение вещей, но иногда и останавливаться нужно вовремя. Всех их, — кивок в сторону чиновника, — через колено не согнём, рано или поздно с кем-то придётся договариваться. Говоря цинично, без правительства стране тоже нельзя. Сносить этих под корень прямо сейчас прямой выгоды не вижу — тот же хаос, но с другой стороны.

Мая был уже не в состоянии соображать здраво (возраст, насыщенный событиями день, одни напряженные переговоры за другими — чего стоил последний разговор с заместителем министра на улице. А порученец премьера приехал буквально через пару часов после заключения негласного перемирия с полицией).

— В принципе, неплохо сыграли, — Миёси-старший отсалютовал своему отражению в зеркале чашкой с чаем.

Общественный совет кроме совещательной функции будет иметь ещё и контролирующую. Отменить договорённости в одностороннем порядке у той стороны не выйдет — своих козырей в виде записи он не сдавал и от них отказываться не собирается. Если что, будет чем надавить по второму кругу.

Эдогава-кай, так случилось, в известном чате выступили в роли центра кристаллизации и теперь заслуженно купались в лучах славы в национальном масштабе, правда, в узком профессиональном кругу.

— Но и это далеко не мелочь, — пробормотал оябун.

А ещё Моэко окончательно стала взрослой, он это понял только сейчас.

Слегка царапала душу неопределённость с Неприкасаемым, но дочь, когда все разошлись, пояснила откровенно:

— Премьер не всесилен. Это выборная должность. А Найтё, Торговая Организация и прочие подковёрные бойцы порой по трети века в своих креслах. Многие из них готовы идти до конца, как и ты. Самый выгодный для нас расклад мы реализовали — зафиксировали все изменения в нашу пользу в видимой части айсберга, а с невидимой будем разбираться отдельно.

Ну да. Эдогава-кай сместила целый пакет чиновников за один день, как бы есть от чего расправлять плечи. Тяжело только создавать прецедент; разыгрывать его регулярно — уже дело техники. Смог один раз — сможешь и дальше, спортсмен Миёси в эту аксиому верил на уровне рефлекса.

— Твой подзащитный — тебе и радеть, — спокойно кивнул отец, подводя итоги, а про себя подумал, что почему-то не сомневается в том, что дочь сумеет своего клиента защитить эффективно.

Просто ещё не определилось будущее — не все ходы сделаны, не все игроки сыграли, не все стороны раскрылись.

По мере развития событий его взрослый уже ребёнок будет делать свои ставки и родителю почему-то казалось, что они будут лучшими.

В принципе, с порученцем премьера Моэко разобралась даже лучше, чем они бы вдвоём вместе взятые. Не будь её рядом.

* * *

— Чего хмурая? — жизнерадостный Решетников появился в бассейне, видимо, перед тем, как поехать после работы домой.

— Падай, — Хину хлопнула по соседнему шезлонгу.

Затем неожиданно для себя рассказала всю историю с дедом, с детства и до сломанной фамильной указки.

— Чувство вины? — Такидзиро, не стесняясь, впился в неё пристальным взглядом с короткой дистанции. — Жалеешь его сейчас, но и там поступить иначе не могла?

— Скажи что-нибудь, чего я не знаю, — она глядела сквозь панорамное стекло стенки на ночной город.

Стажёр неожиданно принялся расспрашивать о достаточно странных вещах. Что дед говорил, как двигался, как часто с ним это случалось раньше.

Она добросовестно отвечала, потом не удержалась:

— Ты сейчас на врача похож, который диагноз ставит.

— Стоп. Чего ещё не сказала?

— Ты в моих мозгах видишь, что ли? — вяло пошутила пловчиха.

— Можешь и так считать, если тебе проще.

— Неудобно признаваться. Во-первых, он реставратора вызвал, эту сломанную палку чинить, — Хину в двух словах пересказала, что в «семейной корпорации» расходы патриарха она отлично видит, если хочет, в общем банковском приложении.

Не удержавшись, Хьюга-младшая позвонила по телефону выставленного к оплате контракта, поскольку дед пытался заплатить наличными, но подрядчик отказался. Добросовестно отразив всё в документации.

— Что во-вторых?

— День прошёл. Мацусита ничего серьёзного не предприняли, ты заметил?

— Не мой уровень, — покачал головой светловолосой. — Но верю тебе на слово.

— Что-то готовят, — уверенно тряхнула волосами пловчиха. — А мы не можем понять, что. Такое всегда не к добру.

— Ута же говорила, два варианта? Или что-то новое всплыло?

— Пока ни к одному не приступили, это и пугает. А ты чего напрягся, когда я про контракт с реставратором рассказывала?

— Мысль одна мелькнула, точнее, вариант.

— Хороший вариант?

— Да и нет, зависит от точки отсчёта. Ты не боишься перед своим дедом выступить ещё раз в роли раздражителя?

— Зачем и что надо делать? — Хину не поленилась раскрыть глаза и повернуть голову.

— Я должен посмотреть на него поскорее своими глазами, — неожиданно упёрся Такидзиро.

— Что ты хочешь увидеть?

— Судя по твоему описанию, есть очень немаленькая вероятность, что его можно освидетельствовать как недееспособного. Ещё раз: если посмотрю лично, скажу точно.

Хину