Фантастика 2025-168 - Сергей Леонидович Орлов

Я медленно разжал пальцы, отпуская запястье мальчишки.

— Передай: die Lehrgangsteilnehmer ищет встречи. Место — старая кожевенная мастерская за пивной «У Трех Журавлей». Время — ровно через час. — Я выдержал паузу, глядя на обоих пацанов. — Один час.

Честно говоря, использовал именно такой вариант слова «курсант» специально. Да, оно чуть сложнее, но имелось опасение насчёт преданности уличных пацанов Подкидышу или тому, кто ошивается рядом с ним. Мало ли…

Блондин потер запястье, на котором остались красные отметины от моих пальцев. Его взгляд скользнул к напарнику. Тот едва заметно кивнул.

— Старая кожевенная мастерская за «Тремя Журавлями». Час, — буркнул белобрысый воришка, как бы про себя, запоминая. — А если он не придет? Не захочет.

— Тогда это будет твоя проблема, мышонок. Потому что я точно знаю, желание у него появится. Если не придёт, это будет означать лишь одно — ты просто не донес послание, несерьезно отнесся к моей просьбе. Тогда мы поговорим еще раз. Уже без свидетелей.

Я вложил в эти слова холодную уверенность и нотки предупреждения. Вся эта уличная братия понимает только силу.

Мальчишки переглянулись еще раз. Темноволосый тронул блондина за локоть, намекая, что им пора торопится. Я обозначил слишком короткое время.

— Ладно, — блондин махнул рукой, уже отступая в толпу. — Передадим. А ты вали отсюда. Не отсвечивай.

Они растворились в рыночной сутолоке так же быстро и бесшумно, как появились, два маленьких призрака берлинского дна.

Я глубоко вздохнул, чувствуя, как колотится сердце.

«Повестка» отправлена. Теперь дело за малым — дождаться Подкидыша. Потому как без его участия я не смогу провернуть, что задумал. План слишком опасный, однако он единственно возможный. Другого выхода из сложившейся ситуации я не вижу. Слишком много людей вертятся рядом с архивом, желая его заполучить.

Я повернулся и направился к выходу с рынка, стараясь не оглядываться. Игра продолжается и ставки в ней день ото дня только растут. Сегодня — самый важный день. Сегодня я, наконец, заполучу те документы, которые Сергей Витцке спрятал от всех. По крайней мере, сильно на это надеюсь.

Глава 13

Я начинаю отсчитывать часы и минуты

Холодный ветер свистел в щелях покосившихся стен старой кожевенной мастерской. Сегодня Берлин не радовал погодой, хотя так-то должно быть наоборот. Как-никак май на носу.

Запах дубления, давно въевшийся в дерево и камень, смешивался с сыростью и пылью запустения. Я стоял в тени глубокого проема, где когда-то были ворота, и смотрел на пустынную улицу за пивной «Три Журавля». Час подходил к концу. Каждая секунда тянулась как смола. Сердце колотилось о ребра — не от страха, а от предвкушения шага, который мог все изменить. Или погубить.

Вдруг совсем рядом я заметил движение. Не со стороны улицы, а чуть в стороне, где находится полуразрушенный цех. Тихий скрип, едва слышный шорох. Я не обернулся, лишь напряг все нервы, рука сама потянулась к тяжелому холодку в кармане пальто.

Оружия у меня с собой не было, но кое-что я всё-таки приготовил для нежданных гостей, если таковые появятся.

Мальчишки не должны подвести, однако ситуация слишком серьезная, чтобы пренебрегать собственной безопасностью. Поэтому прежде, чем занять место для ожидания Подкидыша, я нашел среди хлама, лежавшего рядом со старой мастерской, весьма удобную железяку. Небольшая, но тяжелая, с прорезью в самом центре, она напоминала кастет.

Да, чисто теоретически это должен быть Подкидыш, но черт его знает. Тут уже совершенно не понятно, чего ожидать. Отправляясь в Берлин я точно не рассчитывал, к примеру, на фрау Книппер и на британцев, а они взяли, сволочи, и вылезли. Так что, как говорится, бережёного бог бережёт.

К тому же, не стоит забывать о людях Мюллера. Сегодня я уже дважды уходил от их слежки. Первый раз, когда отправился на рынок, второй раз, когда демонстративно помаячил возле парка, расположенного в самом центре, чтоб ребята сильно не расстраивались, а потом снова исчез из-под носа «топтунов», пользуясь большим количеством прохожих, которые в ранние часы снуют по центральным улицам.

— Курсант? — Голос был низким, хрипловатым, знакомым. Голос Ваньки. Фух! Сработало.

Я медленно развернулся. Он стоял в нескольких шагах, у небольшой куски практически сгнивших шкур. Судя по всему, кожевенная мастерская перестала существовать не меньше двух-трех лет назад. Наверное, принадлежала человеку с неправильной фамилией и с недопустимой наследственностью. Теперь же в Германии именно так определяют, кто достоин жить, а кто нет.

И снова это был не тот Подкидыш, которого я знаю. И даже не тот, кого видел вчера в образе едва ли не мафиозного бонзы. Сейчас на нем была поношенная, заплатанная одежда рабочего, лицо искусно запачкано сажей и грязью. В руках — ящик для чистки обуви, потрепанный, но вполне настоящий. Глаза, острые и настороженные, изучали пространство вокруг, выискивая подвох, слежку, любую фальшь.

Мне кажется, сложись наша жизнь иначе, из Подкидыша вышел бы отличный актер, вот что скажу. Удивительное дело, но он просто феерично вживается в образы, которые создаёт.

— Тень, — выдохнул я позывной Ивана, попутно вытаскивая руку из кармана.

Черт его знает, почему мы оба решили использовать именно эти имена. Думаю, Ванька, как и я, опасался подставы. Не от меня, конечно. Вернее, не конкретно от меня. Облегчение было кратким, тут же сменившись осознанием риска.

— Спасибо, что быстро среагировал. Время — штука дорогая.– Кивнул я товарищу.

— Дороже золота, Алёша, особенно здесь и сейчас, — Усмехнулся Подкидыш. Он сделал шаг ближе и поставил ящик на землю. Его взгляд скользнул по улице, продолжая оценивать обстановку.– Твои почтовые голуби чуть крылья не сломали, торопясь. Хитро придумал. Молодец. Я так понимаю, срочность и риск оправданы? Видели же только вчера. Что-то случилось?

— Не совсем… Хотя, наверное, да. Сегодня собираюсь кое-что провернуть. Но… — Я пожал плечами. — Без тебя мой план — самоубийство. С тобой — просто очень высокий риск. Так что, да. Нужна помощь.

Подкидыш ободряюще улыбнулся, не спуская с меня глаз. В его взгляде читалось понимание. Он знал, что я не стал бы так рисковать столь ненадёжным способом связи, если бы это не было критически важно.

— Говори. Что задумал? И почему именно моё участие?

Я оглянулся по сторонам, а затем сделал шаг вглубь развалин, подальше от возможных глаз. Ванька