"Фантастика 2026-196". Компиляция. Книги 1-46 - Елена Ивановна Литвиненко

сказать о внешности Ники, и без того, по преобладающему мнению придворных, числящейся одной из первых красавиц. И только её высокий статус моей учительницы препятствовал родителям столичных мажоров засылать сватов к ранее позабытому князю Шаликову.

Удивительно, но устоявшийся взгляд, что подруг себе надо выбирать если не из дурнушек, то менее красивых девушек, никак не подтверждался применительно к Ханне. Супруга искренне восхищалась Никой и всегда предпочитала появляться с ней на публике или заниматься совместным воспитанием Олимпиады, да и просто скоротать время за беседой. Если бы я не был так занят контролем обучения гвардии, то, возможно, и заревновал. А что? В моей голове, по мнению некоторых, глупые мысли всегда в изобилии.

Результаты муштры меня обнадёживали. Солдаты с каждым месяцем показывали всё лучшие результаты как по владению огнестрельным оружием, так и по общей выучке. Одно время я просто разрывался над двумя противоположными концепциями ведения боя: наступательная тактика с линейной стрельбой или позиционная, чуть ли не окопная война. И та, и другая вполне подходили в будущих сражения с булгарами, которые, конечно же, не станут сидеть на месте. Но вот, атаковать ли кочевников на незнакомой нам местности или изматывать глубокоэшелонированной обороной, — так и не решил.

Все генералы высказывались за победоносную войну на чужой территории, что традиционно и понятно. Потери их, как обычно, интересовали мало: «Бабы ещё нарожают!» Они делали вид или на самом деле не понимали, что терять хорошо обученного солдата, — это значительный убыток по всем пунктам. Да, толпу новобранцев, вооружённых копьями, послать можно и на погибель. Это не та сила, за которую следует держаться. Но мушкетёров?! Хм…

В Европе ситуация схожая, только там многие короли вообще не заботятся об армиях. Это дело вассалов — принцев, герцогов и графов с баронами, — которые уже сами финансируют роты и даже полки, хоть из своих крестьян, хоть из наёмников. Вот сказал король: «Через три месяца начинаю войну!», и всё завертелось. Каким образом будет достигаться победа, чем вооружить армию, какова её выучка, — монарха такие мелочи не касаются.

Абстрактному графу или герцогу эти вопросы ближе, но и они частенько думают лишь о том, как заплатить меньше, а получить больше. Погибнет ли нанятая рота в бою или нет, — да какая разница, если деньги уже уплачены?! Даже лучше, чтобы никого не осталось, ибо тогда можно часть денег вернуть обратно из никем не охраняемой ротной кассы. Почему не охраняемой? Так мёртвые сторожа уже ничего не расскажут, — победителей не судят, а проигравших отпускают за выкуп.

Абстрактный граф, герцог и, тем более, принц, мало чем рискуют на войне. Только шальная стрела, — а не атака с последующей кровавой сечей, — может быть опасной, потому что пуле всё равно в кого попасть. Солдаты же вражеского рыцаря в отличных доспехах никогда убивать не будут, он их дополнительный доход. Кочевники-булгары, конечно, имеют другой взгляд на войну, но и они от возможности потребовать выкуп не откажутся. Правда, воспользуются в таком случае услугами посредников.

Вот и мои генералы, и всякие там полковники не слишком разборчивы в тактике. Ввязаться в битву, навалиться всей толпой, а там пусть боги разбираются, кому благоволить больше — это они умеют! А мне уже второй год приходится с трудом ломать это мышление. Поначалу робко, но с каждым разом всё настойчивее и настойчивее. Кое-кого из задубевших пришлось даже отправить на принудительный пенсион, но новые идеи людьми, привыкшими мыслить прежними категориями, всё равно принимаются с большим трудом.

Приходится в который раз объяснять, что если копейщика можно слегка натаскать за десяток дней и послать на передовую, то мушкетёра и за двадцать дней не выучить попадать даже куда-то рядом с целью. А действовать слажено в линии, и за пару месяцев тренировок не получится. Только продолжительная муштра, доводящая все приёмы до автоматизма! Очень продолжительная муштра!.. Очень!

— Мы твою «Замарашку» на бумагу переложили и в типографию отдали. Первое издание будет обычным, а уже второе иллюстрированным, — неожиданно обрадовала меня Ханна, когда мне приспичило зайти в её комнату. Довольная такая стоит, аж светится.

— Могла бы и показать вначале, — чуть недовольным голосом произнёс я. — Вдруг, ошибки какие… И кто эти «мы»?

— Мы?

— Я и Ника. И ошибок там нет. Ника проверяла, так что всё правильно. Даже твой стишок туда добавили.

— Какой?

— «Тех душа счастливее, кто живёт красивее».

— А… Тот, который учит правильному ударению. Пусть будет. А что фрейлины, манкируют?

— Да ну их, — отмахнулась супруга. — Только сплетничать и умеют.

— Jedem das Seine.

— Не поняла.

— Это германский перевод латинской фразы: suum cuique.

— А… Каждому своё. Ну да, — кивнула Ханна. — А сейчас мы взялись за «Ассоль».

— Надеюсь, «Алые паруса» не получатся в вашей версии через чур слезливыми?

— Чем тебе не нравится название «Ассоль»? — нахмурилась супруга, проигнорировав мой вопрос.

— Оно ни о чём не скажет будущему читателю. Да и в рассказе девушка, как мне кажется, не самый главный персонаж.

— Самый главный — это почти тавтология.

— Как скажешь, — не стал спорить я. — Но, может, сойдёмся на компромиссном варианте: «Алые паруса или Ассоль»?

— «Ассоль или Алые паруса»!

— Хорошо, согласен.

Интересно, что Ханна всё больше и больше выходит из образа закрепощённой женщины Востока, превращаясь в некую эмансипированную европейскую принцессу, если таковые бывают сейчас. И это не самый худший вариант, как по мне. Опять «почти тавтология»? Да и пусть…

Ника с улыбкой слушает наш спор и, чуть склонившись над бумагой, старательно выводит своим идеальным почерком какой-то текст.

— Не горбись! — мягко и одновременно властно напоминает девушке Ханна, и та выпрямляется.

— Вижу, что у вас сложился хороший творческий коллектив, — решаюсь пошутить я.

— Иначе и быть не могло, — наконец-то вставила своё слово Ника.

«Две училки собрались!» — пронеслась в голове мысль, но произнести не решился, а лишь улыбнулся:

— Вы так и до «Гордости и предубеждения» доберётесь.

— Да, после празднования Нового года, — в ответ улыбнулась Ханна. — Если только подготовка к речи и последующие празднества много времени не займут.

— Может, речь записать и не надо тогда заучивать? Народ в любом случае воспримет твоё участие на ура.

— Может быть. Это снимет почти все проблемы. Только давай не сегодня… Завтра или послезавтра.