Весь Роберт Джордан в одном томе - Роберт Джордан

Просто ей нужно как следует все обдумать и решить, действительно ли она хочет бежать. И если да, то куда? К Ранду в Кэймлин? К Эгвейн в Кайриэн? А Илэйн, поедет ли она с нею? Ну, ежели в Кэймлин, то, конечно, поедет. И почему у Найнив вообще возникла мысль о побеге? Вызвана она желанием что-то сделать или просто-напросто страхом – вдруг кто– нибудь прознает про Могидин?.. Так и не успев прийти ни какому заключению, Найнив обогнула угол и между двумя каменными домами с соломенными крышами, на пустыре, образовавшемся на месте разобранного третьего дома, увидела группу собравшихся на урок послушниц. Занятия с ними вела Илэйн.

Более двух десятков одетых в белое девушек, сидя на низеньких табуретах, наблюдали за тем, как две послушницы под руководством Илэйн выполняли упражнение. Всех трех, и учениц, и наставницу, окружало свечение саидар. Табия, зеленоглазая веснушчатая девчушка лет шестнадцати, и Николь, стройная черноглазая молодая женщина примерно тех же лет, что и Найнив, неуверенно перебрасывали туда-сюда маленький язычок пламени. Язычок трепетал, а порой, когда одна из учениц проявляла медлительность и не успевала поддержать его, на миг затухал. В нынешнем своем состоянии Найнив без труда могла видеть сплетенные ими потоки.

Восемнадцать послушниц, среди них и Табию, Шириам и прочие прихватили с собой во время своего бегства, но Николь относилась к набранным недавно, когда Айз Седай уже обосновались в Салидаре. Николь была много старше, чем это считалось обычным для послушницы, но здесь, в Салидаре, таких учениц насчитывалась добрая половина. Когда в Башню прибыли Найнив и Илэйн, Айз Седай редко брали в обучение девиц старше Табии – Найнив являла собой исключение и по возрасту, и по буйному нраву. Однако, оказавшись здесь, сестры, может быть от отчаяния, стали испытывать женщин, бывших даже года на два старше Найнив. Результат оказался потрясающим – в Салидаре собралось больше послушниц, чем бывало в Белой Башне годами. Достигнутый успех подвиг Айз Седай к дальнейшим поискам – сестры без устали обшаривали всю Алтару, деревню за деревней.

— Ты хотела бы сама их учить?

Неожиданно прозвучавший сзади голос заставил Найнив вздрогнуть. Надо же, дважды за один день! Она пожалела, что не захватила с собой гусиной мяты. Нельзя допускать, чтобы тебя все время заставали врасплох, добром это не кончится. Придется-таки переписывать бумаги для Коричневой сестры.

Теодрин, стройная Доманийка со щеками как наливные яблоки, не была Айз Седай. Там, в Башне, в прежние времена ее уже удостоили бы шали, но здесь она занимала среднее положение между Принятой и полноправной сестрой. Кольцо Великого Змея красовалось у нее не на левой, а на правой руке, она носила зеленое платье, прекрасно оттенявшее ее бронзовую кожу, но права на шаль и выбор Айя пока не получила.

— У меня есть дела поважнее, чем обучать кучку тупоголовых послушниц.

В ответ на прозвучавшее в голосе Найнив раздражение Теодрин лишь улыбнулась:

— А кому обучать тупоголовых послушниц, как не тупоголовой Принятой? – До чего же она мила и любезна, эта Теодрин. – Как только ты сможешь направлять Силу, не испытывая желание расшибить всем им головы, тебе тоже доверят обучение. И я не удивлюсь, если вскоре после этого ты получишь право претендовать на шаль. Тебе удалось открыть столько нового. Кстати, ты мне так и не сказала, в чем заключался твой фокус.

Почти все дикарки обнаруживали способность направлять Силу при особых обстоятельствах – это и называлось фокусом. Помимо того, всех их роднило наличие блока, который каждая непроизвольно выстраивала в своем сознании, пытаясь скрыть свою способность даже от себя самой.

Найнив потребовалось немало усилий, чтобы сохранить на лице невозмутимость. Обрести способность направлять Силу когда угодно. Возвыситься до Айз Седай – все это, конечно, прекрасно. Правда, проблему Могидин ни то, ни другое не решит, зато она получит возможность ехать куда угодно, изучать что хочет, и никто не станет указывать ей, какие хвори можно Исцелить, а какие нет.

— Фокус состоял в том, что люди поправлялись, когда вроде бы и не должны были. Я так злилась, если кого-то одолевал смертельный недуг и всех моих познаний в травах не хватало, чтобы… – Она пожала плечами. – И они поправлялись.

— Это гораздо лучше, чем было со мной, – вздохнула Теодрин. – А я… я могла вызвать у молодого человека желание поцеловать меня или… наоборот. Моим блоком был не гнев, а мужчины. – Найнив недоверчиво взглянула на нее, и Теодрин рассмеялась: – Ну, это ведь тоже чувство, разве нет? Если поблизости находился мужчина, который либо очень нравился мне, либо, напротив, очень не нравился, я могла направлять Силу. Когда же мужчины рядом не было или был, но такой, к которому я вовсе никаких чувств не испытывала, ничего не получалось. В отношении саидар я оставалась бревно бревном.

— Как же ты с этим справилась? – с любопытством спросила Найнив.

Илэйн построила своих учениц парами, и те принялись перебрасывать маленький язычок пламени одна другой.

Улыбка Теодрин стала шире, но щеки ее окрасил румянец.

— Один юноша, по имени Чарел, служивший в Башне конюхом, начал строить мне глазки. Мне было пятнадцать лет, а он так обворожительно улыбался. Ну и вот, Айз Седай разрешили ему присутствовать на моих уроках – сидеть тихонько в уголке, чтобы я могла направлять. Я и не знала, что даже саму нашу встречу подстроила Шириам. – Румянец на щеках Теодрин сделался еще ярче. – И я слыхом не слыхивала про его сестрицу. Они были двойняшки. Через несколько дней вместо Чарела в уголке стала посиживать переодетая Марел, а мне и невдомек. Ну а когда однажды прямо посреди урока она скинула кафтан и стянула рубаху, я была так ошарашена, что упала в обморок. Зато с тех пор могу направлять Силу, когда захочу.

Найнив не сдержала смеха, да и Теодрин, несмотря на явное смущение, рассмеялась вместе с ней.

— Хотелось бы мне, Теодрин, и самой разрешить все так просто.

— Просто ли, нет ли, – отозвалась Теодрин, еще не отсмеявшись, однако уже довольно серьезным тоном, – но твой блок мы сломаем. Сегодня пополудни…

— Сегодня днем я работаю с Суан, – поспешно вставила Найнив, и Теодрин поджала губы:

— Ты избегаешь меня, Найнив. В прошлом месяце мне удалось встретиться с тобой только три раза, потому как ты всякий раз уклонялась. Конечно, неудачные попытки – вещь неприятная, но ведь ты даже пробовать боишься.

— И вовсе я не… – негодующе начала Найнив, в то время как