"Современная зарубежная фантастика-2". Компиляция. Книги 1-24 - Дженн Лайонс

Растим сказал Маскелль, что его труппа не только будет участвовать в официальных церемониях на следующий день, но и приглашена вечером дать представление в Доме начальника порта Телаи, который прибыл в столицу на празднества и устраивал прием для сотни своих самых близких друзей. Через несколько недель в представлениях сможет принять участие и кукла Гизар, очищенная от проклятия благотворной силой Марай.

— Это неудачная мысль, — в сотый раз сказал Риан.

Маскелль сидела на полу, закрыв глаза и положив руки на колени ладонями вверх, как и положено при медитации. Ее сознание раздваивалось: часть ее личности оставалась в этой комнате, часть — скользила над ночным городом. Маскелль чувствовала кожей дуновение влажного ветерка из окна и одновременно — порывы гораздо более сильного ветра, овевавшие нематериальное телексе духа.

Посланник Небес дал им в сопровождающие нескольких молодых кошанских монахов: они должны были послужить свидетелями, а также, возможно, охладить пыл слуг императора, если те начнут причинять беспокойство. Монахи расположились на площадке лестницы и сейчас предавались медитации; Маскелль слышала тихое эхо их голосов в Бесконечности.

Вместе с Маскелль и Рианом во дворец явилась и старая Мали: она, очевидно, считала, что в столь торжественных обстоятельствах Маскелль требуется свита. Чувства Маскелль по этому поводу были двойственными: ей не хотелось подвергать старуху опасности, но, с другой стороны, присутствие старой Мали оказало ей услугу — старуха распугала слуг, которые под различными предлогами все время появлялись в комнате. Большинство из них, несомненно, были шпионами Мирака, Дизары и других старых недругов Маскелль, но увидеть им все равно ничего не удалось бы. Риан выбросил из помещения все предметы, которые, по его мнению, могли бы быть отравлены; их набралось так много, что Маскелль подумала: если дела в Синтане обстоят подобным образом, как хоть кому-то из жителей удается остаться в живых?

Маскелль слышала, как Риан расхаживает по комнате, и понимала, что он делает это намеренно: чтобы не дать ей сосредоточиться. Не выходя из транса, она сказала:

— Было бы лучше, находись мы в Илсат Сидаре.

Шаги смолкли.

— Почему?

— Там я нашла бы помощников, которые знали бы, что делать, и держали язык за зубами.

Маскелль — или по крайней мере ее тело — была привязана к дворцу данным императору обещанием. После того как она рассказала Вигару о Мараде и о большой вероятности того, что второе Колесо находится где-то в ее доме, они вместе составили план действий. День Маскелль провела в Марай, занимаясь трудным и тонким делом: по крупинке убирая черный песок, в то время как остальные Голоса продолжали завершать Колесо. Символы, которые они с Вигаром обнаруживали под черным песком, внушали им все больше опасений: незнакомые рисунки, казалось, говорили о бурях и землетрясениях, а те кошанские жрецы, которые искали их объяснения в библиотеках, не находили ничего.

Маскелль и Вигар также заметили, что пятно черного песка растет. Оно распространялось вдоль Западного хребта, и если бы ему удалось захватить эту ось целиком, все полушарие оказалось бы под ударом. Уничтожив второе Колесо, жрецы Кошана никогда не узнают, какова была цель их противников, но Маскелль была готова пожертвовать знанием ради безопасности.

Сейчас остальные Голоса должны заканчивать Колесо. Если они поторопятся, им удастся успеть как раз к кульминации — завтрашнему равноденствию, и Обряд завершится так, как завещано Предками. Маскелль решила позаботиться о том, чтобы Голоса получили время, которое им требуется. Посланник Небес находился с остальными Голосами в зале, все жрецы более низких рангов получили распоряжение принять специальные меры против одержимости духами — меры, которые обычно бывали необходимыми только за пределами кушоритских городов и деревень, когда жрецы Кошана путешествовали по диким джунглям или бурным рекам, где опасность повстречаться с темными духами была особенно велика.

Шаги Риана зазвучали снова.

— Прости меня. Я хотел сказать, что это чрезвычайно глупая мысль.

— И только присущая тебе деликатность не позволяла сказать об этом раньше.

— Да говорил я раньше!

Маскелль вспомнила, что Риан никогда не упоминал о том, как умер старый владетель Марканда. Теперь у нее возникло сильное подозрение, что умер он от постоянного раздражения.

— От чего умер владетель?

Риан поколебался, но ответил:

— От припадка, а что?

— Да так, я просто искала подтверждения догадке. Если ты не можешь вести себя тихо, пойди посиди со старой Мали.

— Если эта старуха еще раз шлепнет меня по заднице!..

— Риан. — Маскелль резко втянула воздух и открыла глаза. — Подойди сюда.

Он остановился в дальнем конце комнаты, настороженно глядя на Маскелль.

— В чем дело?

— Просто подойди ко мне.

Риан неохотно приблизился и опустился на подушку.

— В чем дело? — повторил он.

— Я собираюсь показать тебе, чем занимаюсь. Дай руки.

Сжав мозолистые ладони Риана, Маскелль снова закрыла глаза и сказала:

— Прислушивайся к шуму ветра в деревьях и не думай ни о чем, кроме него.

Она расширила окно в Бесконечность так, чтобы оно захватило и Риана, понимая, что из ее затеи может ничего не выйти. Некоторые люди просто не видели Бесконечности. Однако через мгновение она ощутила, как расслабились мышцы Риана. Маскелль переместила сознание туда, где ее дух висел над Марай, объятый тьмой и резким ветром. Она чувствовала дух Риана рядом, но тут он вырвал у нее руки.

Когда Маскелль открыла глаза, Риан возмущенно смотрел на нее.

— Могла бы и предупредить.

— Мы были в сумеречном мире, соединяющем наш мир с Бесконечностью. Каждый видит его по-своему. Ну так хочешь ты последовать за мной или нет?

— Хорошо, хорошо! — Риан снова протянул Маскелль руки.

Они вознеслись высоко над Марай. Здесь дул сильный ветер, овевавший их призрачные тела. Улицы города казались темными ущельями, здания — тенями, люди — всего лишь цветными точками на фоне тьмы. Сегодня главные улицы и площади по случаю праздника освещались факелами, но они выглядели тусклыми красными пятнами, как угли прогоревшего костра. Только храмы, святилища и каналы были видны отчетливо. Они сияли мягким внутренним светом, а украшающая стены резьба сделалась такой выпуклой, что ее детали почти можно было различить с высоты. Лица на башнях Баран Дира стали живыми и теплыми, небольшие храмы и святилища светились, как упавшие на землю звезды. Единственным исключением оказался Марай. Источаемый им свет не был мягким, каждый камень отчетливо выделялся в ярких лучах. Внутри храма пульсировала растущая сила Обряда. Мост через ров казался сплошной сияющей красным полосой: это в Марай для начальных ритуалов входила процессия кошанских жрецов.

Маскелль чувствовала, что Риан наблюдает за всем этим.

— Вон дом Марады, — сказала она, направляя