Фантастика 2025-129 - Денис Старый

— Хорошо, Эитиро-сан, сейчас подойду, — кивнул я.

— Не переживайте, Кацураги-сан, я терпеливо подожду вас здесь, — ответил Нидзияма.

— А скучать вам не придётся, — сказал я. — Огава-сан, выпишете пациенту полный перечень анализов для госпитализации в эндокринологию. И пожалуйста, проводите его во все кабинеты.

— Да я и сам справлюсь! — воспротивился мужчина.

— Нет, — твёрдо сказал я. — С вашей болезнью лучше не рисковать. Моя медсестра присмотрит за вами.

Я поднялся на четвёртый этаж в кабинет Эитиро Кагами. Там, кроме самого заведующего, меня встретил Ясуда Кенши.

— Ясуда-сан! — обрадовался я. — Неужто вы снова в строю?

— Не без вашей помощи, Кацураги-сан, — улыбнулся заведующий хирургией. — Мне сказали, что именно вы оперировали мою язву. Не стану лгать, я уже на второй день после операции чувствовал себя превосходно. Но Рэйсэй-сан упёрся и не хотел меня выписывать. Ещё и Тачибана-сан — гастроэнтеролог — написала такой осмотр, что мне запретили покидать отделение на целую неделю!

— Но вас это, как я вижу, не остановило, — подметил я.

— Конечно! Тут Россия хочет, чтобы вы рассказали их хирургу, как японцы удаляют дивертикулы кишки, — сказал Ясуда Кенши.

— Именно поэтому я вас и позвал, Кацураги-сан, — перебил хирурга Эитиро. — Сможете ассистировать русского коллегу дистанционно? Операция пройдёт завтра вечером.

— Никаких проблем, буду рад поделиться своим опытом, — кивнул я.

Около двадцати минут мы с заведующими обсуждали будущую операцию, но меня отвлёк очередной звонок на мобильник.

В кармане завибрировал телефон. Я увидел на экране имя «Огава Хана» и решил, что моя медсестра в очередной раз не знает, как правильно выписать анализы эндокринологическому больному. Всё-таки такому пациенту, как Нидзияма, требуется очень широкий перечень обследований.

— Мы подождём, Кацураги-сан, — закивал Эитиро. — Можете ответить.

— Благодарю, — кивнул я и ответил на звонок. — Да, Огава-сан, что случилось?

Прежде, чем Огава Хана заговорила, я услышал громкий надрывный плач.

— Кацураги-сан… — простонала она.

— Огава-сан? Что случилось⁈ — воскликнул я.

— Я пыталась сделать всё, как вы велели, правда… — бормотала она.

— К делу, Огава-сан, к делу! Что произошло?

— Меня отвлекли. Я пыталась объяснить старшей медсестре, что занята, но та даже слушать меня не стала. В итоге я не смогла проводить Нидзияму Харуки на анализы…

— И? — напрягся я.

Огава Хана громко всхлипнула.

— Он потерял сознание, упал с лестницы… — проскулила она. — И, кажется, сломал позвоночник!

Глава 14

— Прошу прощения, Эитиро-сан, мне срочно нужно отлучиться! — воскликнул я и бегом покинул кабинет заведующего. За долю секунды я добрался до лестничного пролёта между третьим и вторым этажом. Там уже собралась толпа — пациенты, медсёстры, врачи. Среди них был терапевт шестого ранга Куренай Цукаса.

— Кацураги-сан, ваш пациент? — спросил он, увидев меня.

— Да, Нидзияма Харкуи, — кивнул я, присев рядом с мужчиной.

Нидзияма сильно пострадал. Об этом сигнализировал мой «анализ». Только не все его показатели совпадали с клинической картиной перелома позвоночника.

Нидзияма был в сознании, но, прежде чем приступать к лечению, я задал Огаве Хане главный вопрос:

— При каких обстоятельствах он упал? На приёме с ним всё было хорошо!

— К-Кацураги-сан, — заикалась она, — я, правда, понятия не имею, что случилось с Нидзиямой-сан! Он пошёл сдавать анализы, никаких проблем не было. Клянусь вам, я не знаю, что могло…

— Голова закружилась… — прошептал Нидзияма Харуки, взяв свою речь под контроль. — Такая слабость нахлынула… Это я виноват, Кацураги-сан. Не рассчитал свои силы.

К этому моменту на лестничную площадку уже прибыли фельдшеры скорой помощи. Видимо, кто-то из медицинского персонала уже успел запросить поддержку.

— Где бы вы ни были, Кацураги-сан, всегда рядом случается какая-то беда, — вместо приветствия сказал фельдшер Нода Такео.

— Скорее наоборот, это меня к бедам притягивает, — ответил я. — Подождите, не кладите его на носилки. Дайте осмотреть пациента.

Огава Хана сказала, что Нидзияма сломал позвоночник. Нужно убедиться, действительно ли это так.

Я быстро активировал «анализ» и внимательно осмотрел все органы пациента. Хоть меня и интересовал только позвоночный столб со спинным мозгом, в его теле оказалось куда больше деталей, на которые стоит обратить внимание.

Давление резко упало, дыхание было учащённое, у пациента нарастала одышка. Мышечные волокна желудочно-кишечного тракта вели себя неадекватно.

В любой момент Нидзияму Харуки может настигнуть рвота или диарея — предсказать трудно.

Вряд ли это происходит из-за травмы позвоночника. Всё совсем наоборот — эта клиническая картина отражает причину, по которой он вообще упал на этой лестнице. Какое-то острое состояние. И это не может оказаться простым совпадением. Судя по клинической картине и анамнезу это…

— Что думаете, Кацураги-сан? — спросил Куренай Цукаса.

— Аддисонический криз, — заключил я. — У Нидзямы-сан бронзовая болезнь. Скорее всего, полчаса назад его надпочечники совсем перестали вырабатывать гормоны. Из-за этого упало давление, начались другие нарушения в организме, и он потерял сознание.

— Тогда мы уже можем его госпитализировать? — нетерпеливо спросил Нода Такео.

— Нет, подождите же! — перебил его я. — Ещё одну минуту. А вы, Нидзияма-сан, кроме слабости, тошноты и одышки, что ещё чувствуете сейчас?

— Жутко болит спина… — прошептал он. — Из-за этого дышать больно. Я попытался на живот перевернуться, но у меня ничего не получилось. Боли усилились.

Плохой признак.

— Руками или ногами пошевелить можете? — уточнил я.

Нидзияма Харуки попробовал поднять ноги. Его колени задрожали и вновь опустились на пол. То же самое произошло и с его руками, хотя их пациенту поднять было несколько проще.

— Не получается, Кацураги-сан, — простонал он. — Что со мной такое? Ещё и сердце болит… Жжёт!

Уже по описанным им симптомам мне всё стало ясно, но я всё же на всякий случай пробежался взглядом по его позвоночному столбу.

Перелом в области четвёртого грудного позвонка. Огава Хана не ошиблась. Сломаны костные дуги с обеих сторон, и само тело позвонка повреждено. Небольшая трещина, но, к счастью, сам перелом не осложнён. Спинной мозг не пострадал. Все нарушения связаны с его пережатием и смещением нервов и их корешков в области повреждённого отдела.

— Так, коллеги, слушайте меня внимательно, — начал я. — У пациента перелом грудного отдела позвоночника. На носилки кладём аккуратно, строго следуя моим командам.