"Фантастика 2026-139". Компиляция. Книги 1-25 - Игорь Леонидович Гринчевский

Для неё это не был просто путь к Хранилищам. Это был первый шаг в мир, который больше не принадлежал ей. Мир-труп.

— Поехали, — мой голос из-под маски прозвучал глухо.

— Почему ночью? — спросила Эвелин, ухватывая поводья удобнее.

— Мы предполагаем, что твари Разлома чувствуют пульсацию жизни, тянутся к живым. Днём, на фоне живого мира, мы для них — ледяные провалы. Ночью всё остывает, и мы становимся тенями среди теней. Скрыть одну ведьму в темноте проще, чем четверых Жнецов, которые днём торчат у них перед носом, как бельмо на глазу.

Копыта ударили по камню, сменяясь мягким топотом по сухой земле. Ворота Храма со стоном закрылись за нашими спинами, отсекая единственный источник тепла.

Эвелин вздрогнула от этого звука.

— Не оборачивайся, — бросил я ей, не поворачивая головы. — Там больше нет ничего, что могло бы тебе помочь. Теперь только дорога.

Глава 10. Эвелин

Мы ехали всю ночь. Сначала дорога вилась через холмы вокруг Храма — пологие каменистые склоны и старые тропы, по которым Жнецы ездили десятилетиями. Но чем дальше копыта наших лошадей отмеряли мили, тем сильнее менялся мир.

Когда начало светать, я впервые по-настоящему осознала масштаб катастрофы.

Сначала я заметила тишину. Она была неестественной и давящей. Дороги в Миридане никогда не были такими пустыми. В моё время между городами всегда кипела жизнь: скрипели повозки торговцев, пели паломники, крестьяне гнали скот на ярмарки. Люди всегда были в движении.

Теперь дорога была мёртвой артерией. Поутру мы встретили лишь одну телегу. Старик, завидев чёрные силуэты Жнецов издалека, судорожно дернул вожжи и съехал на обочину, уступая путь. Он даже не поднял головы, когда мы проезжали мимо, словно надеялся, что если он не посмотрит на нас, то и смерть его не заметит.

Я проводила его долгим взглядом.

— Он боится вас, — сорвалось у меня с губ.

Люциан, ехавший чуть впереди, издал короткий сухой звук, который под маской заменял ему смешок.

— Большинство людей боится.

— Но вы их защищаете.

— Одно другому не мешает, Ведьма.

Я посмотрела на остальных. Рэйгар был спокоен, его плечи были расслаблены, казалось, для него пустые поля вокруг были самым привычным пейзажем в мире. Селена держалась чуть в стороне, её голова постоянно поворачивалась, сканируя кромку леса.

Каин возглавлял отряд. Он ни разу не оглянулся, но я чувствовала его. От него исходило ледяное спокойствие и тяжелая, как гранит, сосредоточенность. Для него этот распад был нормой. Для меня — агонией моей родины.

Мой мерин шёл неохотно, то и дело встряхивая головой, чтобы отогнать сонную одурь; под моими коленями перекатывались его уставшие мышцы. Жнецы же сидели в седлах неподвижно, а их кони, мощные и угрюмые, мерно вбивали копыта в дорожную пыль, не выказывая ни капли усталости — пугающее отражение своих хозяев.

К полудню мы проехали первую деревню. Или то, что от неё осталось. Поля вокруг заросли сорной травой, заборы покосились, а крыши домов провалились внутрь, обнажая чёрные рёбра стропил. Двери болтались на петлях, жалобно поскрипывая на ветру. Окна скалились выбитыми стёклами.

Я невольно придержала поводья, замедляя коня.

— Что здесь случилось?

— Всё. — Люциан даже не повернул головы в сторону руин.

— Это не ответ.

— Демоны, — в его голосе прозвучало скучающее безразличие. — Одержимые. Иногда просто голод. Когда люди бегут, деревни умирают быстро.

Я смотрела на пустые пороги и на мгновение серая реальность подёрнулась дымкой.

— Эй, осторожнее, егоза! — со смехом крикнул мне смуглый булочник, когда я, ещё совсем девчонка, едва не снесла его лоток с горячими калачами.

Воздух в тот полдень в предгорьях Мирадана был таким густым от запахов, что его, казалось, можно было пить: печёное тесто, сушёная мята и мокрая земля. На площади визжала скрипка, а босоногие мальчишки с хохотом проносились мимо, сжимая в кулаках ворованные яблоки. Я помнила, как солнце припекало макушку, как звенел в ушах детский смех и как пахли руки матери, когда она протягивала мне ломоть горячего хлеба, густо намазанный мёдом.

— Ешь, пока теплое, — улыбнулась она, поправляя мой выбившийся локон.

Я зажмурилась от этого, чувствуя на губах сладость и вкус безмятежного, бесконечного лета...

Резкий порыв ледяного ветра ударил в лицо, вырывая меня из видения. Золотой свет погас, оставив лишь мрак.

— Вы не пытаетесь вернуть такие места? — спросила я, в горле встал ком.

— Сначала нужно удержать те города, что ещё живы. Сил на пепелища у нас нет, — ответил на этот раз Рэйгар.

Я замолчала. Таких деревень становилось всё больше. Одни были сожжены дотла, другие просто брошены. В одном месте я увидела колодец, вокруг которого стояли три аккуратных деревянных домика. Двери были распахнуты настежь, а во дворе валялись перевёрнутые ведра. Будто люди бросили всё и бежали в ту же секунду, как увидели нечто на горизонте.

По спине пробежал могильный холод.

Конь подо мной внезапно всхрапнул и попятился, отказываясь идти мимо распахнутых дверей ближайшего дома. Его уши плотно прижались к черепу, а по шее прошла мелкая дрожь. Каин, заметив это, коротким, жестким движением перехватил поводья своей занервничавшей лошади, но даже не замедлился. Для него страх животного был лишь помехой в пути, которую следовало игнорировать.

— Здесь ведь кто-то жил совсем недавно.

Селена коротко кивнула. Её маска была повернута к дороге.

— И где они?

— Скорее всего, в ближайшем городе.

Я посмотрела на широкую спину Каина. Он не сбавлял темп. Ему было плевать на брошенные ведра и пустые дома. Он вел нас к скалам, и этот путь пролегал через кладбище моих воспоминаний.

К вечеру на горизонте выросли стены. Мы все чертовски устали, тела ныли от долгой скачки, а разговоры в пути окончательно затихли. Город поднимался над равниной ломаной линией, почти сливаясь с каменными предгорьями.

Стены были высокими. Массивные башни стояли через равные промежутки, и на каждой, на фоне затухающего неба, виднелись силуэты стражников. Когда мы приблизились, я разглядела стальной блеск арбалетов и длинные тени копий.

— Они ждут нападения, — тихо сказала я, глядя на суетящихся наверху людей.

— Всегда, — отозвался Каин без единой нотки тревоги.

Мы остановились перед закрытыми воротами. Несколько вооружённых людей в кожаных доспехах преградили путь. Один из них вскинул руку:

— Стоять! Кто таки... — Он замолчал на