Фантастика 2026-158 - Максим Арх

— Ее подарил четвертый принц, — не удержалась служанка Сяоюй.

По ее лицу было видно, что ее просто распирает от желания посплетничать, но она не могла вмешиваться в разговор госпожи.

— Четвертый принц, — задумчиво сказала я.

— Да! Поговаривают, что она с самого начала знала все любимые занятия господина, — затараторила Сяоюй. — И в шахматы она играет, и любимые танцы танцует, и на цитре музицирует. А если чего не умеет она, так ее служанка подхватывает.

— Сяоюй, — укоризненно сказала Ченси, — вряд ли сестренку Ялань интересуют наши гаремные сплетни.

— Осмелюсь признаться сестрице Ченси, у меня совсем нет подруг. В поместье отца у меня нет сестер, подруги детства давно вышли замуж, а я дни напролет провожу в своем Павильоне, то беседуя со старым мастером Яо, то просматривая учетные книги. Поэтому я совсем не умею сплетничать. Позволь мне испытать это хотя бы здесь.

Ченси тихо рассмеялась, аккуратно прикрыв рот ладонью, и кивнула служанке. Та тут же осыпала меня ворохом слухов, среди которых я услышала тот, что меня заинтересовал больше других.

— Массаж головы?

— Да, многие девушки говорят, что наследный принц ходит к наложнице Муюнь дважды в неделю не ради любовных утех и шахмат, а ради массажа головы, который делает ее служанка. Господин часто устает после государственных дел, а массаж помогает ему расслабиться и быстрее уснуть.

— А что за масло она использует?

Однако всезнающая Сяоюй, увы, не смогла ответить на этот вопрос.

— А ты можешь достать хотя бы небольшую порцию этого масла? — попросила я. — Мой отец, господин правый министр, тоже часто мается от сильной головной боли, и я тоже хочу научиться делать такой массаж, чтобы облегчить его страдания.

Служанка задумалась и удрученно сказала:

— Достать, наверное, можно, но для этого надо будет преподнести несколько подарков…

— Разумеется, все затраты я беру на себя, — перебила я. — Это мой каприз, и платить должна я.

Я выложила все прихваченные изделия на стол и предложила Сяоюй выбрать подходящие. Она лучше знала, кому и что следует дарить.

— Не забудь и себе выбрать что-нибудь, — добавила я. — В благодарность за твою помощь.

Узенькие глазки служанки вспыхнули жадной радостью, но она сдержалась и взяла себе лишь скромную шпильку с дымчатым узором.

— Сестрицу Ченси я обязательно поблагодарю при следующем визите, — сказала я.

Среди украшений не было ничего, что подходило бы спокойному нраву госпожи Ченси. В прошлый раз наложницы выбирали яркие и броские вещицы, поэтому сегодня я взяла с собой именно такие.

Проведя с наложницей Ченси еще немного времени, я попросила разрешения удалиться, ведь день уже близился к концу, и мне не хотелось бы тревожить родителей столь поздним возвращением.

* * *

Голос госпожи Лю въедался в уши против его воли:

— Конечно, эту девицу никто не берет замуж. Поди, весь Линьцзин запутался в ее любовниках. И немудрено! Это надо же девке в полном соку позволять одной ходить по городу: то ей на торговую улицу надо, то в эту крысиную нору. Позорит доброе имя своего отца! И он тоже хорош! С утра до вечера в государственных заботах, а на репутацию дочери ему плевать. И мать только и потакает ее капризам: лучшие ткани — ей, лучшие драгоценности — тоже ей. Конечно, она не торопится замуж. А зачем? Если из дома никто не гонит, можно до старости в девках просидеть. Вот опять — где она сегодня ходила? Ушла рано утром, а вернулась почти к ночи. И хоть бы словечко ей высказали! А я тут вместо нее тружусь, как мул, скоро совсем высохну от этих хлопот.

— Избаловали ее, это верно, — поддакнул гнусавый мужской голос. — Но ты, мама, не думай, что она наивная дурочка. Я тут узнал, что тот старик, из-за которого бабушка так разгневалась, был вовсе не мастером Яо. Теперь понятно, почему он не поддался на мои посулы. Он всего лишь престарелый хрыч, негодный ни для чего, кроме обмана покупателей.

— А как же ты узнал это, сынок? Может, и это тоже обман?

— Нет, сын того жирного управляющего сказал. Сам мастер Яо работает в мастерской и в Павильоне не показывается. Я бы к нему сходил, но боюсь, что бабушка с дедушкой совсем разгневаются. Хоть я и старший внук, но не единственный.

— Ты пока не торопись. Надо подождать, пока эта несносная девчонка не сотворит какую-нибудь глупость. А лучше всего, если ты найдешь хотя бы одного ее любовника и заставишь признаться перед господином Ли. Пусть они увидят, какая их дочь на самом деле. Сможешь? Мне из поместья выходить нельзя без позволения госпожи, а ты — мужчина и наследник!

— Попробую, — неуверенно сказал юнец. — Если бы ты тогда не поскупилась и выкупила контракт Тан У, мы бы уже всё про нее знали.

— Кто же мог подумать, что этот мальчишка такой жадный? Я ему хорошие деньги предлагала.

Ли Жуй хмыкнул, но больше не стал укорять мать. Откуда ей, дочери провинциального чиновника, знать, сколько в Линьцзин платят элитным воинам с уникальными душевными зверьми? Да предложи она вдвое больше, и то было бы недостаточно.

Убедившись, что разговор закончен, Тан У медленно вытек из тени и исчез среди ровно постриженных кустов.

С тех пор, как молодому господину Ли запретили входить на женскую половину, следить за ним и его матерью стало намного легче. Не то, чтобы Тан У не мог тайно проникнуть туда, но идти против слова госпожи он не смел.

Докладывать госпоже об этом разговоре или нет? Пожалуй, не стоит. Госпожа в последнее время чем-то сильно озабочена, и тревожить ее такими незначительными вещами не стоит. Тан У решил сообщить управляющему Павильона о том, что молодой господин Ли знает, где прячется настоящий мастер Яо. Господин Кан весьма умен и придумает, что с этим делать.

А насчет поиска любовников госпожи? Ну пусть поищут. Кому, как не Тан У, знать, что госпожа Ли всегда пресекала невинные шутки и комплименты от влюбленных юнцов, отказывалась принимать подарки и не позволяла мужчинам коснуться даже ее руки.

Впрочем, Тан У с самого начала понял, что его госпожа — особенная: честная, добрая, заботливая. Благодаря госпоже его бестолковая сестра каждый день ест вдоволь, ходит в чистой опрятной одежде, учится читать и писать. Когда малышка И вырастет, Тан