Львира. Земли Солмира. Том I - Татьяна Левицкая

Когти сами вытянулись словно кинжалы и свирепо залязгали по железным прутьям. Львира билась о свою тюрьму всем телом. Она рычала и рвалась на волю, чувствуя навязчивый запах крови, которой налились ее карие глаза. Крови, которую она еще готова пролить. Свою и чужую. Ощутить на языке, упиться до беспамятства, пока жажда отмщения не будет утолена.

Из гудящей толпы раздался взволнованный крик, и Каиса увидела, как на солнце блеснул флагрум. Свинцовые шипы, словно черные змеи, вгрызлись в спину друида, проделав глубокие раны и заставив того выгнуться от боли. Дернувшись, он издал лишь сдавленный хрип, которого толпе показалось недостаточно. Вновь со всех сторон послышались активные возгласы, издевки и рев. Еще удар, затем другой, и вот уже несколько стражников дружно вонзают оружие в друида, чья спина стала полем кровавой битвы, поддерживаемые озверевшими эльфами, которые потеряли всякое милосердие.

Каиса едва могла дышать глядя на происходящее. Каждый удар, приходящийся на Нивертона, она чувствовала как собственный, и ее сердце с каждым замахом флагрума обливалось кровью. Львира изо всех сил пыталась сломать несчастный замок, грызла его зубами, но толстое железо все никак не хотело поддаваться — на нем лишь оставались толстые царапины. Крылья, занявшие большую часть камеры, мешали, давили сверху и топорщились сквозь решетку, сковывая движения.

— Пророчество пало! — раздался торжественный крик Авэрэила и Каиса с ужасом посмотрела вниз. — Да омоет кровь врага таинство его злодеяний! Я — последний король, и я смог предотвратить крах Эвенгилла! Львиры никогда не были и не будут свободны, не во время моего отца, меня, и уж точно не после! — новые удары сотрясли Нивертона. Он больше не уворачивался от боли, повиснув на столбе, в котором были закованы его кисти и шея. Шипы окончательно разорвали на спине одежду и оставили кровавые борозды на последнем уцелевшем участке тела. Камень на площади багровел от крови невинного, которую попирали ногами стражники, размазывая сапогами в широкую лужу.

В исступлении Каиса забилась в клетке, разрывая рыком шум толпы. Ее дикий рев пробрал каждого, кто находился на площади, но эльфы затихли лишь на миг, а затем вновь продолжили начатое, но с еще большим рвением. Мысль, что где-то в замке заперта настоящая львира, сводила их с ума вплоть до опьянения. Каиса рычала до хрипоты, рвала железо на мелкую стружку, но ее агония стала лишь пиршеством для скопища.

— А теперь нарекший львиру умрет! Его рыжая черепушка станет диковинным экземпляром в ряду обезглавленных нечестивцев! — король занес меч и направился к друиду под оглушительное ликование эльфов. Каиса затаила дыхание, не в силах впустить воздух в легкие. Она дернулась в последний раз, но решетка не поддавалась. У нее не хватило времени и сил, чтобы успеть выбраться.

Меч со свистом рассек воздух. Что-то вспыхнуло и заискрилось. Согнутое тесной камерой крыло проскользнуло сквозь решетку и зацепило горящий факел. Перо вспыхнуло прежде, чем львира поняла, что произошло. Замахав крыльями, она попыталась потушить пламя, но оно лишь сильнее разгорелось, пробираясь все глубже к основанию и оставляя после себя хрупкий черный пепел. Обугленная часть оплавилась и скрутилась, а в нос ударил сильный запах жженых волос. Прямо на глазах произошло то, о чем ее предупреждали тысячу раз: «Львиры проиграли, потому что эльфы сожгли их крылья…»

Мир погрузился в звенящую тишину. Толпа больше не кричала и не улюлюкала. Может быть, упилась сполна казнью, а может Каиса и вовсе оглохла. Смерть, боль и рок вонзились в сердце трезубцем, заставив забиться в клетке, словно бабочку, попавшую в паутину. Решетка дернулась и с оглушающим грохотом упала на каменный пол. Львира полетела следом, кубарем врезавшись в массивную стену башни. Взгляд скользнул по площади и глаза расширились от увиденного.

Мир замер. Эльфы не шевелились, остановившись, словно по команде. Меч Авэрэила коснулся шеи Нивертона, не достигнув плоти. Даже птицы, что кружили над растерзанным телом, застыли в небе, как рыбы во льду. Не теряя ни секунды, львира пролезла через окно на крышу и расправила крылья. Резко спикировав, она обхватила лапами позорный столб, к которому был прикован друид, и сильно оттолкнувшись крыльями, воспарила в бездвижное небо.

Перо потухло от резкого порыва, и Солмир ожил. Изумленные крики сотрясли воздух, стрелы