Фантастика 2026-92 - Роман Валерьевич Злотников

Глава 2

Пятьсот семнадцать кораблей.

Именно столько насчитывалось в списке Администрации, который «Шестая луна» украла у Администрации и опубликовала в свободном доступе. Пятьсот семнадцать кораблей разных классов, тоннажей, разных назначений, конструкций и степеней вооружённости. Пропавших в разное время, на разных маршрутах, при выполнении разных миссий и заданий.

И сейчас все эти корабли висели прямо перед нами. По одному выплывали из космической тьмы, освещённые корабельными прожекторами, чтобы через секунду снова окунуться в неё, и уступить место следующему экземпляру.

Один за одним, один за одним. Большие, маленькие и крошечные. Вытянутые в длину, в ширину, или вовсе одинаковые с какой стороны на них ни взгляни. Белые, серые и разноцветные. Совершенно целые, слегка побитые и прямо откровенно дышащие на ладан, хотя таких, честно говоря, было всего ничего — считанные единицы.

Все пропавшие за время существования хардспейса корабли предстали перед нами, как на параде. На беззвёздном черном бархате хардспейса они лежали как сверхдетализированные масштабные модели в коллекции педанта, и слегка переливались в свете корабельных прожекторов, когда Вики переводила свет с корабля на корабль.

— Вики… — тихо позвал я. — Сколько до них?

— Пять километров четыреста двенадцать метров, — любезно ответила Вики. — Если, конечно, расстояние в этом месте измеряется так же, как в метрическом пространстве и дальномеры не врут.

Я сглотнул, рассматривая сокровища хардспейса, которые сейчас были близки как никогда — по космическим меркам буквально рукой дотянуться можно. Не больше минуты полёта на маршевых двигателях…

Если, конечно, расстояние тут действительно имеет какое-то значение — Вики правильно подметила.

Сходство с коллекцией игрушек усугублялось ещё и тем, что корабли по какой-то причине скучились так плотно, словно замерзали и пытались согреться друг о друга — другой аналогии и в голову-то не приходит. Кое-где между ними было так мало расстояния, что лучи наших прожекторов даже не соскальзывали в беззвёздную тьму, а просто переползали с фюзеляжа на фюзеляж, подсвечивая один корабль за другим.

И это было особенно странно. У меня, конечно, это первый опыт попадания в хардспейс, но что-то мне подсказывает, что на месте экипажей всех этих пропавших кораблей я бы пытался найти выход из пузыря до последнего. Хоть даже просто лететь в случайном направлении, пока не кончится топливо в реакторе или еда в кладовках — по-любому лучше, чем просто сложить лапки и признать, что выхода нет.

А тут получается, что все пропавшие экипажи именно это и сделали — сложили лапки и отдали концы, не попытавшись сделать вообще ничего. Только предварительно подогнали свои корабли поближе ко всем остальным, чтобы, значит, нам сейчас было удобнее рассматривать их скопом.

Нет, так не бывает. Я скорее поверю в то, что в хардспейсе пространство всё же сломано на фундаментальном уровне, и тут просто нет возможности куда-то лететь — куда ни лети, всё время будешь оставаться на одном и том же месте. На том самом, на котором появился, когда сюда попал.

Хотя нет, если бы это было так, то мы бы тоже сейчас висели впритирку к какому-то из кораблей, без возможности сдвинуться с места. А мы не висим, и двигаться можем тоже — как минимум вокруг своей оси Вики вполне исправно крутит корабль, когда подвесам прожекторов не хватает степеней свободы.

Кстати, о прожекторах…

Тут даже свет распространялся как-то странно. Как только лучи прожекторов перескакивали на следующий корабль, предыдущий моментально тонул в полной тьме, как будто коллекционер заворачивал его в чёрный бархат, не позволяя агрессивной внешней среде контактировать с его прелестью даже лишней секунды.

В чёрный-чёрный бархат, сплошной и непроницаемый, без единой дырочки, через которую мог бы пробиться свет затерянных звёзд.

— Вики… — снова позвал я, постепенно привыкая к вкусу собственного голоса. — Что у нас вообще вокруг, кроме кораблей? В смысле… Источники света есть? Звёзды?

— Нет, Кар, звёзд рядом нет, — спокойно ответила Вики. — Ни единого фотона не попадает на нашу обшивку, если ты об этом. Мы — единственные источники света здесь.

— Бред какой-то… — прохрипела Кори голосом со вкусом свежевыжатого лайма. — Как может не быть… звёзд⁈

Она, как и все остальные, не отрывала взгляда от лобовика, за которым продолжали один за другим появляться в лучах света пропавшие корабли.

— Как может не быть источников света? — продолжала недоумевать Кори.

— Они, возможно, и есть, просто для нас их не существует, — попыталась объяснить Вики. — Мы — трёхмерные существа, которые попали в пространство с неизвестным количеством измерений, да ещё и закапсулированное. И, если опустить то, что нам крупно повезло, что мы вообще не утратили стабильность и не превратились в волну излучения, то получится, что мы способны воспринять лишь то, что укладывается в три измерения наших органов восприятия. Так что свет, и его источники, тут, возможно, есть, просто они находятся в других измерениях, которые мы не способны воспринимать в силу ограниченности наших органов чувств. Даже моих.

— Эту теорию можно как-то проверить? — спросил я, не отрывая взгляды от кораблей.

— Нет, — ответила Вики, и мне почему-то представилось, как она пожимает плечами. — Да и зачем?

Действительно, зачем… Мы же всё равно не способны его воспринимать, даже если этот свет объективно существует где-то в четвёртом или пятом измерении. Поэтому что есть он, что нет его — никакой разницы. Видимо, просто мой мозг, сходящий с ума от полного отсутствия опорных точек, от которых он строил деятельность, пытается сейчас наладить новые точки. Хотя бы такие простые и привычные, как свет.

Вообще хоть что-то. Прояснить хотя бы один момент в надежде, что это станет основой для прояснения всего остального.

— Смотрите! — внезапно прошептал Кайто. — Смотрите, это… Это же «Рамиил»! Точно, это «Рамиил»!

Прожектора как раз выхватили из черноты хардспейса очередной корабль — длинный, необычной формы, с ярким расширением в передней части, навевающим ассоциации с рыбой-молотом.

И да, это действительно был «Рамиил» — космическая ремонтная база, первая и единственная в своём необычном исполнении. Корпорация «Омега», которая его произвела в единственном, тестовом, экземпляре, делала ставку на то, что к этим «рогам» смогут пристыковываться сразу два крупных корабля — каждый размером даже больше, чем сам «Рамиил». При этом он обладал несколькими мощными реакторами, способными обеспечить работу обоих этих кораблей, даже если их собственные реакторы полностью выведены из строя, и, конечно же, целой кучей технических