Фантастика 2026-100 - Вадим Фарг

Значит, полицейский Янис существует.

Я откинулась назад на стуле и сложила руки на груди:

— Обещаю ответить на все вопросы, выдать все схемы врага. Но говорить готова только с Янисом.

— С Янисом… как ты сказала, его фамилия?

— Отр.

Мужчина засмеялся, тряся вторым подбородком:

— Неужто за стеной все настолько плохо с добычей информации? Отр, надо же… в полиции только один Янис, и его фамилия Морландер. Альтьер Морландер. Боюсь, он вряд ли снизойдет до какой-то грязной девки.

— Тогда никаких вражеских схем.

Дознаватель улыбнулся, встал, обошел меня и положил руки на плечи. Весьма неприятное ощущение, я дернулась, но была прижата к стулу, да так, что не рыпнуться. Удерживая меня на месте одной рукой, другой сжал шею, толстые пальцы мерзко впились в кожу, на глазах выступили слезы из-за сильного давления. Этого ему показалось мало, он схватил меня за волосы и ткнул носом в железный стол, прошипев:

— Вздумала мне условия ставить, сука? У тебя все только начинается. Пройдет пара дней, и ты забудешь, кто такая, будешь скулить о пощаде. Брошу тебя своим людям на растерзание, будешь молить о встрече с Судьями, но тебе она не светит в ближайшее время. Пока не запоешь, как миленькая.

Он говорил что-то еще, но я мало слышала. В голове шумело от ярости, я тяжело дышала, упираясь щекой в этот ржавый стол. Кожу царапало, волосы лезли в глаза, а я… не знаю, что произошло дальше. В какой-то момент я просто двинула стул назад, ослабляя хватку, выкрутилась из чужих рук и схватила толстяка за плечо. Громко хрустнула кость, раздался животный крик… мое тело действовало само по себе, я повалила дознавателя на пол и сдавила его жирную шею цепями, что сковывали мои ноги. Мужчина страшно захрипел, его лицо приобрело багровый оттенок, затем начало синеть. Примерно тогда я и пришла в себя, перестав сжимать цепь так сильно.

Распахнулась дверь, забежала стража. Мне выкрутили руки и оттащили от толстяка. Он стоял на коленях, держась за горло, все еще багровый от напряжения.

— Тебе конец, тварь. Теперь конец…

Меня вывели в коридор, толкнули в сырую камеру и сковали ноги.

За спиной громко хлопнула дверь, я осталась в темноте.

Кажется, это ненадолго. Этот толстяк за мной придет, обязательно придет… надо было добивать или вообще не нападать. Почему я не сдержалась? Терпела же пощечины, молчала. А сейчас… меня невыносимо бесили его липкие прикосновения, я к такому не привыкла… выжить теперь будет сложнее. Если оглянуться назад, рассмотреть мои злоключения, то сразу понятно: есть у меня привычка все для себя усложнять.

Я уселась на грязный влажный пол. Тело чесалось то ли от отвращения к чужим прикосновениям, то ли из-за грязи. Платье давно превратилось в тряпку, на ногах разводы, на лице… боюсь даже представить, что там. Волосы все влажно-спутанные. Кажется, если этот полицейский Янис и впрямь альтьер, то мой вид станет для него испытанием. Даже если он придет, то увидит ли в «грязной девке с улицы» ту, что знал когда-то давно? Я уже в это не верила. Грязный комок из сомнений — вот, чем я была.

За дверью пока тишина, но за мной придут.

Нападение никто мне с рук не спустит… как бы прикосновения одного толстяка не показались мне блаженством. Все познается в сравнении. При мысли об этом я схватилась за цепь двумя руками и потянула на себя. Бесполезно, как и в прошлые попытки. Как оказалось, цепи толщиной в руку этими самыми руками не рвутся. А замок на кандалах не поддавался, я попросту не нашла, чем его можно открыть, в моей камере не было острых предметов, а на мне осталось лишь платье. И бежать потом некуда, ведь в двери с внутренней стороны отсутствовал замок. Но со свободными ногами все равно легче, хотя бы отбиваться можно.

Оставив в покое цепь, я обняла себя за плечи и уставилась в пол.

Сбежала бы я, зная, что из теплого дворца с пушистой периной на кровати попаду на грязный пол какой-то камеры? Забавно, но да, все равно бы сбежала. В глубине души я понимала, что просто не будет. И Дарлан… вдруг вспомнилось, как он напивался, пока я бродила по темному дому, как сидел в театре, глядя в одну точку, как хохмил без остановки и каким взглядом меня провожал. Он тоже знал, что меня ждет. Догадывался, но все равно отправил. Сволочь, как ни крути.

Меня словно забыли.

Я напряженно ждала, когда за мной придут, когда все случится. Мышцы стали каменными, руки задеревенели, так сильно я цеплялась за свои же плечи. Но за дверью звенела тишина, приговор откладывался. Время от времени я возвращалась к попыткам выдернуть цепь, но это так, паника утопающего. Чтобы выдернуть такое из камня на полу, надо быть… не знаю, мертвой Армией?

Сидеть и ждать приговора было невыносимо. Я дернула ногой еще сильнее, цепь противно звякнула и врезалась в кость. Этак и без ноги можно остаться. У меня распухла щиколотка, на пол стекала теплая кровь. Или грязь — все смешалось, полагалась я только на ощущения. Острой боли не было, возможно, ее заглушали другие эмоции. Но на ощупь нога чувствовалась так себе, перестаралась я с цепью.

Вдруг за дверью раздались шаги, затем приглушенные голоса:

— Что здесь случилось? Коротко и быстро.

— Ваше величество! В прошлый раз вы велели докладывать о необычных случаях, так что вот… мы поймали шпионку. У северной стены. Она пряталась в Виливе, но все время ходила на север. Мы следили за ее перемещениями, но ничего особенного не углядели, было решено ее допросить.

— Шпионку? Женщину?

— Она очень сильная! Сломала руку альтьеру Ламу! Едва его не задушила, и вообще, почти сбежала… пришлось ее заковать. Говорить поначалу отказывалась, затем затребовала не кого-то, а самого альтьера Яниса! Она работает на мертвый дворец, ваше величество, без сомнений. Альтьер Лам запретил сообщать о ней, хотел сам разобраться, выведать побольше информации, но… лучше вам знать. Альтьер Лам из полиции, а приказ сообщать о необычных происшествиях был для стражи.

— Я хочу взглянуть.

— Конечно, только… оставайтесь у двери.

Предупреждение вызвало усмешку: неплохо я напугала стражу. Вышло само собой, кажется, когда-то меня учили сражаться, вот и получилось, как получилось… обидно только, что даже остатки былых навыков вылезли вперед воспоминаний.

Я заставила