Фантастика 2026-154 - Луций Корнелий

этого условия продажи участка не будет. Да и что вы так напряглись? Сами же сказали, что на участке ничего нет, а геологоразведка — полная фикция. И если ничего там нет, то и вы мне ничего не должны.

— А с чего вы взяли, что мы волнуемся? — хмыкнул я. — Смущает, что вы диктуете странные условия. Я лично не люблю такого, да и Николай Александрович, — кивнул я в сторону нотариуса, — тоже не в восторге.

— Да, Ефим Петрович, это очень странное решение, если честно, — закивал Войничев. — Будто вы пытаетесь поймать нас на лжи. Если это сделка честная, то и поступать давайте честно и с уважением друг к другу.

— А я разве говорил, что не уважаю вас? — Рогов удивлённо изогнул брови, затем постучал пальцем, больше смахивающим на сосиску по тугой папке бумаг. — Всё здесь. И моё условие — не такая уж и проблема. Просто я всегда люблю перестраховываться.

— Хорошо, представим чисто гипотетически, что залежи есть, — Внезапно ожил Войничев и подвинулся к столу. — Какую долю вы хотите зарегистрировать?

— Пятьдесят процентов, — сообщил Рогов.

— А почему не все девяносто? — рассмеялся я, наблюдая за каменным лицом директора банка. — Даже если там что-то и есть, просто допустим, что есть, десять процентов будет вполне справедливо.

— Ну что вы комедию ломаете, — заканючил Рогов, кривя свою физиономию. — Алексей Михайлович, вы же взрослый человек, аристократ, имеете свой бизнес. Вы же понимаете, что такое выгода. Хорошо, я могу уступить, и согласен на тридцать процентов.

— Больше пятнадцати поднять не могу, уж извините, — ухмыльнулся я, заметив, как лицо Рогова начинает краснеть.

— Соглашайтесь, Ефим Петрович, это очень приличные условия, — закивал мой юрист.

— Ну хорошо, — вздохнул Рогов и протянул через стол руку для рукопожатия. — Двадцать процентов. Это финальное условие.

— Ну хорошо, пусть будет так, — я пожал ему руку. — Тем более там мы ничего не обнаружим.

— А вот посмотрите, — улыбнулся Рогов.

Конечно, я не собирался тратить время на утомительные торги. Тем самым показывая, что не особо верю в какие-то мифические залежи.

Рогов самоуверен и не понимает, что место силы на участке обнаружено не будет. Я уж приложу все силы, чтобы этому жадному толстячку не досталось ни гроша. Ну а Карыч и так найдёт способ подпитаться.

Мы подписали документы, я тут же перевёл тридцать тысяч рублей на счёт Ефима Петровича, и мы вышли из здания «Империала».

В руке своей я держал папку с бумагами, ценность которой переоценить трудно.

— Не думал, что он настолько жадный упырь, — широко улыбнулся Войничев. — И он с такой уверенностью говорил о каких-то залежах…

— Ничего там не найдут, поверьте, — успокоил я нотариуса.

— Ну если вы так уверены, считаем сделку довольно успешной, — широко улыбнулся Войничев. — Остался последний штрих. Теперь поедем в мой офис, заверим нотариально все бумаги.

Я заметил на обочине престижный белый седан вроде кадиллака. «Лада — престиж» — прочёл я на багажнике, хохотнув про себя.

В прошлом мире такое название модели общество высмеивало бы очень долго, а здесь это стиль, престиж, комфорт и соответствующая цена, равная цене Роллс-Ройса.

Я уселся в удобное кресло на заднее пассажирское сиденье. Войничев махнул водителю, и тот тихо тронулся с места.

— Сегодня управимся? — спросил я, в надежде в ближайшее время пройти на новую территорию и осмотреться.

— Конечно, Алексей Михайлович, — хохотнул нотариус. — Всего полчаса, не больше. Договорюсь с кадастровым отделом канцелярии и поставлю свою печать. После этого вы становитесь полноправным владельцем этой земли.

— Просто шикарно, — признался я, заметив блеск в глазах Войничева.

А к чему он должен печалиться? Можно сказать, сделка завершена, и скоро он получит остаток в пять тысяч рублей. К тому же ещё сверху доплачу две тысячи, я ведь помню свои обещания.

Семь штук — очень даже нехилая сумма для одной сделки. Уверен, что он не каждый день такое проворачивает.

Хотя мне не жалко денег. Их всегда можно заработать. А вот доверие таких спецов, как Войничев — бесценно. После этой сделки я для него автоматически становлюсь ВИП-клиентом, сомнений в этом нет.

Мы ехали по проспекту, но я даже не ощущал этого. Подтверждали, что мы всё ещё в дороге, лишь мелькающие в окне вереницы прохожих, автомобили, а также витрины магазинов и торговых центров.

— Хорошая машина, — оценил я.

— Ручная сборка, — улыбнулся Войничев. — Таких если наберётся двадцать моделей в нашей Империи, уже хорошо.

Мы добрались до офиса, и Войничев провёл меня в одну из комнат. Удобный диван, несколько кресел возле больших горшков с цветами, напоминающими декоративные пальмы, большой телевизионный экран на стене.

— Сюда я иногда приглашаю влиятельных клиентов скоротать время, — сообщил нотариус и ещё добавил, на всякий случай. — Полчаса, не больше.

Я кивнул, оставшись один и уставившись на картинку на экране. Татуированный парень заикался, выкрикивая слова, кривя рожу и растопыривая перед собой пальцы, а на его фоне дрыгались, будто в эпилептическом припадке две девушки. О дивный новый мир. Я, видимо, не смогу привыкнуть к такому трешу, и никогда не пойму его.

Меня умилила цветная блямба в углу экрана, утверждающая, что это хитяра и находится он в ТОП-чарте текущего года. Мозг плавится от таких хитов.

Нашёл я пульт на столе, переключил на новости, где миловидная репортёрша рассказывала о фермерстве в Подмосковье. На фоне мычащая в стойле корова, к вымени которой присобачен доильный аппарат в виде парящей в воздухе изогнутой сферы. Но никаких отходящих шлангов я не заметил. Лишь в стороне — полупрозрачная ёмкость, которая наполнялась молоком.

— Новый инновационный аппарат уже ввели в работу многие фермерские хозяйства… — продолжала репортёрша.

Я переключил на документалку, где велось расследование, кто же обесточивает подстанции и места силы и ухмыльнулся, слышав версии. Один лохматый учёный утверждал, что связь происшествий с инопланетной цивилизацией очевидна. Второй, с бугристым от