Фантастика 2026-80 - Мария Фир

и вывернуто под жутким углом. Серебристые волны магии одна за другой пробегали по дрожащему телу, и Лиза поняла, что он пытается вернуть себе человеческое обличье. Забыв о собственной боли, она кое-как подползла к учителю и припала к его голове:

– Нет, не может быть! Магистр, мы должны бежать! – в страхе закричала она, ощупывая его тело и пачкаясь в горячей крови.

Ему не хватало сил, но Лизабет знала заклинание, позволяющее делиться энергией. Сжав в здоровой ладони когтистую лапу оборотня, она хотела влить в него порцию собственной магии, но её тут же отрезвил серебристый блеск наручников. Дар некромантки находился в недосягаемости, а преодолевать миралитовое влияние она не умела. Она ничем не сможет помочь учителю, как бы ни старалась.

– Пожалуйста, не умирайте! – в отчаянии она гладила жёсткие глянцевые перья, зарывалась пальцами в тёплый пух на шее Тэрона.

Он смотрел на неё внимательными умными глазами, клацал большим клювом и силился обернуться вновь и вновь. И в конце концов ему это удалось – крылья бесследно исчезли, страшноватые когтистые лапы стали человеческими руками, а широкий хвост превратился в ноги в чёрных брюках и коротких сапогах. Лишь только арбалетные стрелы никуда не делись, теперь они торчали из груди бывшего ректора, и кровь струилась из ран и его полураскрытых бледных губ.

– Мало времени, Лиза, слишком мало, – прошептал он, притягивая её к себе. – Это очень важно… Дорога мёртвых – единственное спасение для таких, как мы.

Он перевёл дыхание, едва справляясь со спазмами, и продолжил:

– Гаэлас устроил так, что Дорога держится на силе нескольких магов, живых магов, Лиза. Мы проводники на ту сторону, когда нас не станет, исчезнет и сумрачный путь. Долгое время нас оставалось только трое. Твой отец, отец Велиора и я. Три – это минимум. Ты должна будешь занять моё место. Два мага не удержат это творение в равновесии, обязательно нужен третий… Ты должна найти Гаэласа. Всё ему расскажешь… и займёшь моё место, поняла? У тебя хватит сил.

– Магистр, я не брошу вас одного, ни за что! – сжимая его прохладные пальцы, воскликнула девушка.

– Скоро они будут здесь, – тяжело выдохнул оборотень. Только остатки магии позволяли ему говорить, удерживая хрупкую границу между жизнью и агонией. – Беги и не оборачивайся!

– Нет, – упрямо сказала Лиза. – Я слушалась вас, магистр, почти целый год, редко перечила вашим словам. Но сейчас вы не заставите меня уйти, что бы ни случилось.

– Тогда я не стану тебя задерживать, – Тэрон улыбнулся и из последних сил стиснул её руку. – Обещай мне, что сделаешь всё, чтобы выжить. Ради нашего дела, ради Велиора и ради меня, обещай.

Она судорожно вздохнула, изо всех сил стараясь не разрыдаться прямо сейчас:

– Я постараюсь, магистр.

– Вы были созданы друг для друга, ты и Велиор. А я, старый дурак, пытался помешать вашему счастью. Рад, что вы всё-таки успели хоть немного испробовать любовь на вкус, – его улыбка на миг стала мечтательной, а всегда строгое лицо просветлело. – Иди на восток. В месте, где мир теней связан узами заклинания с миром живых, увидишь синие огни. Однажды ты уже ходила по Дороге мёртвых, значит, найдёшь её снова. Она будет стабильна какое-то время после того, как я… уйду. Ничего не бойся, Лиза, ты ведь бесстрашная девочка, правда?

– Нет, неправда, – утирая слёзы, прошептала она. – Теперь уже нет.

– Не плачь, – уже совсем тихо сказал Тэрон. – Не бывает войны без потерь, но мы пока не проиграли. У нас ещё есть надежда. Беги, Лизабет.

Его руки ослабли, и он облегчённо выдохнул, когда последние искры магии в бегущей из ран крови истаяли и обратились в сероватую дымку. Лиза продолжала гладить сухие пальцы учителя и неотрывно смотрела в его угасающие тёмные глаза до тех пор, пока жизнь не покинула изувеченное тело. Тогда девушка, как в зыбком наваждении, осторожно укутала Тэрона разметавшейся по земле мантией, бережно поправила его волосы и прикрыла ещё теплые веки.

Слёзы застилали глаза и разъедали противную рану на щеке, когда Лиза ревностно собрала разбросанные вокруг пёрышки оборотня, все до одного. Казалось невыносимым, что их может кто-нибудь найти и продать алхимикам для приготовления эликсира левитации. Она спрятала их за воротом платья у груди и прислушалась: где-то вдалеке уже были слышны звуки погони. Влажный моховой лес отражал их гулким эхом, и было непонятно, в какой стороне находится Трир и погоня, а в какой – восток. В последний раз оглянувшись на неподвижного магистра Тэрона, Лиза задрала голову и попыталась вспомнить, как они падали. И тут совсем неподалёку раздался громкий свист и последовавший за ним собачий лай.

Вздрогнув от нахлынувшего страха, девушка сорвалась с места и побежала. Когда-то она была бесстрашной, давным-давно, в прошлой жизни, где были светлая башенка в академии, любимый эльф-алхимик и их полные нежной страсти ночи, стопочки книг и шкатулка с письмами из Фоллинге. Ещё раньше, в жизни до Велиора и Академии, были бесконечные зелёные луга и озёра, рыжие младшие сестрёнки, весёлый самоуверенный Фред и мама с папой. Сколько же жизней полагается некромантам? И что наступило теперь? Ещё одна полная страха и боли жизнь, посланная ей в наказание за незаслуженное счастье, или долгий переход туда, где самое место полукровкам с проклятой кровью – в самые отдалённые и жуткие закоулки сумрачного междумирья?

Сломанная рука разгоралась пульсирующей болью, наручник на ней казался неподъёмным, и Лизе пришлось сделать короткую остановку и кое-как оторвать от подола платья полосу ткани, чтобы подвязать руку. Рана от стрелы на ноге, к счастью, была неглубокой и не мешала двигаться, но кровь залила чулок, и вскоре подсохшая корка начала раздражать края пореза. Щека и магические ожоги вздулись, и казалось, будто кожа пылает самым настоящим огнём. И всё же какая-то сила толкала и толкала девушку вперёд, заставляла перебираться через упавшие деревья и продираться сквозь колючие кусты.

Несколько раз она останавливалась, чтобы отдышаться, но чуткий слух полуэльфийки тут же выхватывал из обычного лесного шума звуки отдалённой погони. Страх настигал Лизу и вместе с ним душу заливала непроглядная тьма. Стоило привалиться к дереву или присесть на обросший поганками пень, как мысль о том, что Велиора больше нет, пронзала её с такой силой, что невозможно было вздохнуть. Следом она вспоминала, что нет уже и магистра Тэрона, и тогда стоять на