Фантастика 2026-168 - Светлана Волкова

земля напоминала пятнистую шкуру. Пучки бурой прошлогодней травы топорщились клоками то тут, то там, словно облезлая сапожницкая щетка. Пройдя вперед, Митя приметил скудную речушку, впрочем, при обильных дождях такая могла затопить половину выселок. Поежившись от налетевшего ветерка, маг еще раз глянул на местность сквозь пенсне и, как прежде, не нашел магических следов.

Митя уже собирался уходить, когда приметил в грязи у самого берега отпечаток лапы. Однако понять, принадлежит ли он крупному псу или мелкому оборотню, возможности не было. Несолоно хлебавши, маг покинул место преступления и вновь очутился на извилистых улочках окраины.

Переменчива погода в апреле. С утра совсем по-летнему светило солнце, и вдруг наползли тучи, поднялся холодный ветер.

Не желая мерзнуть, Митя решил добраться до людных улиц, а там взять паровую машину. Давешнее поле оставило в его душе волнение. Вся эта трава да ноздреватый снег напомнили события годовой давности. Когда из-за него пострадала Катерина, да и он сам едва не погиб, спасибо Вареньке, что спасла. Впрочем, может, было б лучше, чтоб она бежала, так бы он не чувствовал свою вину за ее арест, за то, что девушка словно исчезла после ареста магическим департаментом. Где она, жива ли?

Маг поморщился. На виске затюкала венка, обещая головную боль, да и плечо заныло, реагируя на непогоду. Погруженный в свои мысли, Митя шел вдоль очередного забора, когда почувствовал удар. Несильный, но тем не менее.

Остановившись, чтобы оглядеться, он тут же получил еще пару шлепков в спину. В нос ударил неприятный запах. Посмотрев под ноги, Митя увидел на земле комья свиного навоза, которые некто кидал в него, прячась за досками.

За забором послышался приглушенный смех и шорох.

Не задумываясь, Митя развернулся и кинулся к импровизированному укрытию. На ходу он поймал отблеск от протеза и, призвав силу, послал вперед сгусток света.

Щепки брызнули во все стороны. В образовавшуюся дыру маг увидел перепуганных мальчишек, тех самых, у которых он давеча спрашивал дорогу.

Сообразив, что дело плохо, мальцы, обгоняя друг друга, стремглав бросились прочь. Митя скользнул было за ними, но, к несчастью, зацепился сюртуком за гвозди, торчащие из разбитых досок. Послышался треск, и добрый лоскут клетчатой ткани на рукаве откинулся, обнажая подкладку.

– Ах ты ж, – ругнулся Митя, останавливаясь, чтобы аккуратно отцепить материал. Когда он освободился из случайной ловушки, мальчишек и след пропал, разве что валялся поодаль оброненный перочинный ножик. Подобрав его как трофей, маг снял испорченный сюртук, перебросил его через руку и вернулся на дорогу.

Ветер дул в спину, точно прогоняя его прочь с выселок, и Митя, подчиняясь, ускорил шаг.

Первым дома мага встретил Добряк. Лохматый пес с лаем бросился к хозяину и запрыгал вокруг него словно щенок, предлагая начать игру или пойти на прогулку.

– Прости, дружище, сейчас не могу, может, вечером, – вздохнул Митя, потрепав собаку по загривку. Добряк тем временем потянулся к свернутому сюртуку и, обнюхав его, попятился назад, недовольно мотая лобастой башкой. – Полностью с тобой согласен, – ответил маг, кладя сверток на стул, – но что поделать, не заладился у меня день.

– А у кого заладился, у нас с псом, что ли? – Кухарка Лукерья Ильинична вышла в коридор, привычно вытирая руки о край передника. – У всех нонче не заладился, вон, пожалуйста, крыша потекла. Утром встала, на кухне потолок мокнет, да еще аккурат над тазом с тестом, пришлось все сызнова начинать. Позвала Еремку, пущай чинит, нам удобство, ему копеечка. – Она взяла сюртук и, развернув его, скривилась. – Господин маг, что ж у тебя все не как у людей? Такую вещь попортил да еще и воней в дом натащил, фу, где ж это ты валяться изволил?

– Мальцы хулиганили, – отозвался Митя, проходя в гостиную, – на выселках.

– Даже знать не хочу, на кой черт вы туда отправились. Ясно, что по работе. – Кухарка вздохнула. – Нет, тут уж латай не латай, все равно для главного мага такой наряд не к месту. Щи будете? Или переоденетесь да обратно в департамент пойдете?

Маг на мгновение задумался, а после кивнул:

– Подавай щи, отобедаю, а уж затем на службу.

Само собой, одними щами обед не ограничился. Лукерья расстаралась. Была тут и говядина, которую кухарка величала «Марбургской», и жаркое из рябчиков с зелеными бобами. На десерт же подала пунш из морошки да ватрушек с пылу с жару. Когда Митя, пресытившись, допивал чашку кофе, со стороны входа для прислуги зашел паренек.

Вихрастый и косоглазый, он выглядел примерно ровесником мага. Увидев, что хозяин дома, паренек, жамкая в руках шапку, поклонился.

– Ты чего тут господина мага отвлекаешь? – налетела на него Лукерья. – Я ж велела на дворе дожидаться, как все сделаешь.

– Так я сделал, – пробормотал Ерема, не поднимая головы.

– Лукерья Ильинична, будет вам, юноша старался, трудился, покормите работника да заплатите как следует, – улыбнулся Митя, вставая из-за стола, – снеди у вас на добрую армию хватит.

– Хватит тут, как же, потом еще Стешка придет, да не одна, а с Егором Поликарповичем вместе, да Добряк тоже ломоть урвать не промах, а вы говорите, армия!

– Лукавите, ой лукавите. – Маг покачал головой. – Вы ведь к ужину свежего наготовите, так что не будьте скрягой, угощайте гостя.

Парнишка впервые за весь разговор посмотрел на Митю и тут же вновь поклонился:

– Спасибо, господин маг!

– Полно тебе, вот, садитесь за стол, а мне пора. – Потрепав по холке пса, лежащего у ног, он направился к выходу и уже за спиной услышал, как Лукерья Ильинична шикает на работника:

– Куда за господский стол метишься, идем, горе луковое, на кухне тебе накрою.

По возвращении в департамент Митя обнаружил, что Стешка отлучилась. А посему выходило, что с десяток посетителей, топтавшихся у входа, принимать ему.

Пройдя в кабинет, он принялся за работу. Мужчина жаловался на соседку, обвиняя ее в полетах на метле.

– Я ж каждый день вижу, как она с той метлой домой идет! – сердился он.

– А как летает-то, видели? – не сдержался Митя.

– Разве такая покажет, – вздохнул мужик. На том и порешили, как увидит – сразу доложит, а до этого повода к аресту не имеется.

Старушка утверждала, что слышала из колодца голос покойного мужа. Дама бальзаковского возраста требовала, чтоб проверили ее зеркало, мол, она уверена, что за ней подглядывают.

– Занавес на зеркале есть? – уточнил маг.

– А зачем? – удивилась барышня. – Пусть смотрят, мне скрывать нечего, но все же неприятно, – тут же добавила просительница, – проверьте, а не то я жалобу в столицу напишу.

– Отчего ж не написать, пишите, только и я