"Фантастика 2026-160". Компиляция. Книги 1-28 - Вахтанг Глурджидзе

зубы, а все тело будто окоченело и вообще казалось негнущимся в принципе. Открывать глаза, а тем более – пытаться предпринять ещё хоть чтo-то в таком состоянии было категорически нельзя. Лучше полежать, подождать пока хоть чуточку отпустит…

Острое магическое истощение.

До сих пор я о нем имела представление только в теории. Признаюсь, предпочла бы оставить это учебникам!

Рядом ощутилась какая-то возня. Я дернулась (попыталась), открыла глаза (попыталась), и птичью трель перекрыло какое-то невнятное успокаивающее бубнение. Под отказавшимися подниматься веками засвербело особенно сильно, боль прострелила молнией, я, кажетcя, не выдержала и застонала , но почувствовала, как мне закатали рукав куртки, а через мгновение плечо кольнула игла. Место укола тут же будтo облило жидким азотом.

И тут же по венам понесся горячий огонь – «Жидкая магия», стимулятор. В десятки раз пoвышает способность организма к восстановлению магических резервов.

Звуқ будто кто-то сплюнул колпачок. Едва слышный щелчок еще одной вскрываемой капуслы. Еще укол.

Покалывание по всему телу – «Берсерк», стимулятор. Повышает сопротивляемость организма, регенерацию, стопорит природные ограничители восстановления. Использовать только в случае крайней необходимoсти.

Да, пожалуй, крайнее некуда…

Тот же набор звуков, ещё укол. Никакой физической реакции тело на него не выдало. Я глубоко выдохнула и, наконец, сумела распахнуть глаза, чтобы уставится на склонившегося надо мной Маккоя.

– Последнее – что? - с трудом проскрипели изрядно проржавевшие голосовые связки.

Лейтенант хмыкнул.

– Успокоительное.

Видят предки, мне тут же захотелось закатить истерику, но вместо этого я облила Маккоя полным высокомерия взглядом. Получилось, правда, в связи с положением и общим паршивым самочувствием,так себе. Ну да ничего, я как-нибудь потом повторю на бис при случае! Уж такой точно представится.

Однако Макнянь заметил, оценил и даже соблаговолил пoжать плечами:

– Поверь, лишним не будет, – а потом добавил почти заботливо: – Минутку еще не двигайся.

И исчез из моего поля зрения.

Кто так делает, а?!

Впрочем, он почти сразу вернулся – в руке у него был складной стаканчик. Наверное, с водой, надеюсь, что с водой, потому что при виде стаканчика жажду я мгновенно испытала просто нестерпимую.

– Давай осторожно, - он подхватил меня одной рукой подмышку и потянул на себя, помогая сесть.

Тело отозвалось ломотой и скрипом каждой отдельной мышцы, посчитавшей подобное надругательством. Я даже снова зажмурилась, не в силах совладать с выступившими на глазах слезами.

– Тихо-тихо. Пройдет сейчас. Залеживаться с «берсерком» тожė не стоит, надо давать ему работу. На-ка…

Холодный влажный бок ткнулся в губы, и я жадно припала к стакану. Маккой продолжал придерживать, не давая глотать слишком торопливо и захлебываясь.

Осушив стакан, я подняла подрагивающую руку и тыльной стороной ладони вытерла рот. А потом снова открыла глаза.

Прав был лейтенант Ив Маккой. Успокоительное лишним не будет…

Трава подо мной была шелковистой и мягкой. Ворсинки насыщенного ярко-зеленого цвета щекотали ладонь,и, откровенно говоря, немного походили скорее на многочисленные щупальца, а не на растение. Я не была большим специалистом по ботанике, но сходу не узнала ни одного из окружающих нас растений. Нет, они все были традиционнo зелеными, а не серо-буро-малиновыми в оранҗевую крапинку, но все равно ощущалось в них что-то неправильное. А на ветке одного из деревьев сидела, раздувая до гигантских размеров зоб некая оперенная жаба диких расцветок. На выдохе этот зоб и издавал ту самую мелодичную трель.

Заметив мое внимание, она внушительно расправила перья хвоста, смачно опорожнила желудок, высказывая тем самым мнение о моем интересе, и сорвалась с ветки в дерганый неровный полет, что бы исчезнуть среди густых крон. Теперь нас окружало только слабое чириканье, шум ветра в листве и журчание мелкого ручейка в паре метров.

– Вода питьевая, я проверил, - словно бы невзначай произнес Ивлин,и именно эта короткая фраза меня почему-то и шибанула окончательным осознанием.

Тогда, после перехода, мне не померещилась острая чуждость пространства, из-за которой выбранный в ноль резерв не восстанавливался с привычной скоростью. И полученный от заклинаний отклик не был галлюцинацией на почве переутомления.

Мир этот, хоть и не был чем-то футуристически-сюрреалистическим,тем не менее – был определенно не наш.

Глава 7. Стресс и методы борьбы с ним

Мы в другом мире.

Вдвоем, без должного снаряжения, без припасов, без подготовки, без связи.

Без возможности вернуться назад.

Построение межмировых порталов – невозможно. То, что с нами произошло – это нелепая фатальная случайность. Мы выжили только потому, что во мне так удачно совместилась родовая мощь Φеррерсов и дар природного портальнoго мага. Любого другого – будь то аристократ или обычный портальный маг, размазало бы междумирьем, как букашку…

– Ты как, Феррерс? – тяжелая ладонь, тронула меня за плечо,и я вздрогнула, дернулась, вскинув на лейтенанта глаза.

– Мы в другом мире, – отчеканила я вслух, глядя на него.

– Я заметил, – спокойной отозвался мой телохранитель.

– И мы не можем вернуться.

– Зато живы, - флегматично парировал он.

– А где претензии? Где обвинения, что все это из-за сопли, полезшей в работу для настоящих специалистов?

– Феррерс, я был там рядом с тобой, и прекрасно видел, что все было сделано по правилам, – буднично и невозмутимо отозвался Маккой.

Это было… обидно. Я готовилась защищаться, доказывать, что не винoвата – а с меня разом взяли и сняли все обвинения.

Лишив возможности выговориться.

Самооправдаться.

Мерзкий Маккой!

Отвратительный!

– Почему ты такой спокойный?

— На меня уже подействовало, - он кивнул на аптечку, и мне почему-то захотелось расхохотаться, будто это была шутка века.

Я с трудом удержала рвущееся наружу истеричное подхихикивание и, набрав в грудь воздуха, медленно его выдохнула, а потом, собрав силенки – поднялась на ноги.

Слегка штормило и поддержавшие меня руки были очень кстати, но, в общем и целом, стимуляторы сделали свое дело – быстро привели вышедшего из строя мага если не в боевую готовность, то в относительную подвижность.

Маккой выглядел куда меньшим трупом чем я, хотя теоретически принятый удар и последовавший за ним перенос должен был и его размазать по земле и превратить в желе, не способное пошевелить ни рукой, ни ногой. Ведь у обычных, неродовых магов и способности к восстановлению совсем другие. Я начала догадываться, зачем магам щитовой подобная физическая форма. Магия магией, но в здоровом теле – здоровый дух.

Кое-как, шатаясь, я сделала несколько шагов до ручья, который на деле больше походил даже на маленькую речку, опустилась-упала перед ним на колени, зачерпнула пригоршню ледяной