Полное посмертное издание. Компиляция. Книги 1-28 - Вадим Владимирович Денисов

Выкуси!

Сам давай!

В небе над ними высоко кружила стая местных ворон, кормились, поди, в пригородах… Эти дикари выживут. А домашние голубки да гусочки – вымрут, просто потому, что они домашние, сожрут их вскоре голодные коты. Поздно быть домашним, пора быть диким по-честному, не в эрзаце.

Если уж грека решил сунуть в реку руку, то в сильной волосатой лапе должен быть зажат старинный окопный нож с развитой шипастой дужкой, надёжно защищающей пальцы, а движения греки быстры и уверенны, дабы сразу подколоть речную гадину. Вот тогда он настоящий грек! Тот ещё, былинный, с квадратиками на прессе и гордым носом. А не дрозд позорный.

– Пошли, – спокойно сказал я, подхватывая прислонённый к борту карабин. – Бери своё, а мне скинь рюкзак, будь ласка.

– Зачем тебе рюкзак, диспетчерская рядом?

– К избе пойдём, откуда стреляли. Там и лопаты возьмём.

– Го-ош… Ты меня пугаешь! – крикнула она из салона. – Может, ещё коньячку?

– Неохота больше. У этого чёрта есть автомат, надо забрать, – сказал я просто, краем сознания отметив, что не слышу в своих мыслях и миллиграмма пафоса. – Дальше по земле пока поедем, а это дело такое, сложное.

– Да постой ты, куда разогнался!

Я что, уже иду? Точно, в движении.

И это нормально.

Табличка была достаточно информативна, на четырёх языках.

– Тут есть пещера, – тихо сказала Ани. – Местная достопримечательность.

Я кивнул и огляделся вокруг. ВПП отсюда не видно, хотя расстояние плёвое, меньше двух километров, если по кратчайшему пути. Мы двигались полем, напрямик. Правда, я немного ошибся, так что вышли чуть правее.

– Так… Пещера Орлова Чука, найдена местным чабаном, пасшим неподалеку овец, в 1941 году. Переводится как «Орлиная вершина». Одна из интереснейших природных достопримечательностей, вторая по протяжённости в Болгарии. До города Русе сорок километров к северу, до посёлка Две Могилы – десять. Безумное имечко, как там только люди живут!

– И мы бы жили.

– Что сказал? – не поняла подруга.

– Говорю, в этой Могиле тоже ВПП есть, правда, грунтовая, а не бетонка. А я не стал.

– Что не стал? Гош, не говори загадками!

– Светлане не стал говорить, названия испугался. Сели бы в Могилах, и девочка была бы жива.

Анька еле слышно всхлипнула, а я мысленно обругал себя матом.

Что ты делаешь, Санин, зачем нагнетать?

Поблизости вроде бы никого, ваше счастье.

Замеченной сверху усадьбы, в сторону которой мы и направлялись, тоже не видно. Рядом с ней – дом этой сволочи.

Пещера, ёлки! Вот же Европа-страна, куда ни приткнись – достопримечательность, заповедник или исторически значимый объект. Инфраструктура везде нормальная, практически в каждой деревушке края найдется пансионат или отель, таверны и интернет-кафе. На лесных или горных дорогах и тропах никогда не заблудишься, достаточно хорошо развита торговля местной сувениркой. И в то же время – природа. Почти нетронутая.

Подошёл к табличке и дочитал сам:

«Туристы могут посетить только три километра пещеры, которые освещены и подготовлены для путешествия. Вход исключительно с экскурсоводом и в составе группы до пятнадцати человек. Экскурсии проходят каждый час с девяти до семнадцати, с первого апреля по тридцать первое октября без выходных. В Орлова Чука запрещается осматривать не приспособленные для туристов галереи, разводить костры и пугать животных. Фото– и видеосъёмка разрешена. Здесь, а также в здании арт-виллы «Орлова Чука» вы можете купить информационные брошюры и памятные сувениры».

– Этот гад из бывшей обслуги отеля, – решил я.

– Скорее всего… Ой! Там ещё одна такая же табличка стоит! Заботились.

Пусть полюбуется, я не тороплюсь. Почему-то уверен – никуда он от меня не денется.

Странно, место явно популярное, но не убитое толпами посетителей, даже мусора нет. Верхушки старых невысоких скал покрыты заповедным лесом, у основания – причудливые россыпи валунов. Многие камни, как и деревья, покрыты цветастыми пятнами лишайника. Россыпи вокруг такие, словно когда-то были придавлены, расплющены. Будто по ним пробежал сказочный великан в гигантских берцах, растоптав нормальные некогда скалы в каменные обломки.

Ветер продолжал шевелить кроны, вокруг шелестели листья и поскрипывали друг о друга ветки. Это хорошо, природный белый шум скрывает охотника.

– Тихо идём.

– В пещере могли остаться туристы.

– С чего бы? Нет там никого, разве что инопланетяне облюбовали, вполне подходящее место для всякой чертовщины.

Осторожно пробираясь меж каменюк, мы вышли к дороге, идущей вдоль лесистого склона. Вот и заезд к той самой арт-вилле. Где нет студий, там всегда есть арт-виллы, примета такая.

Хозяйство убийцы стояло совсем рядом с дорогой. Грунтовка неухоженная, с довольно глубокой колеёй, не для всех машин. Небольшой туристический автобус ещё пройдёт, а вот на пузотёрке, да после хорошего осеннего дождичка, тут проехать проблематично.

Надо признать: красивое место. Наверное, хорошо людям отдыхалось в таком заповедном месте, среди сосен и диковатых скал. Приехать с семьёй, балду погонять с недельку, насладиться окружающей природой… Только мы не за этим.

Анька тоже оценила пейзаж.

– Слушай, а вилла-то артистическая сто пудов пустая! Внутри всё есть, оборудование, запасы всякие, – жарко зашептала она. – Занять и жить, пока план не обдумаем и не разживёмся всем нужным, схема знакомая!

Посмотрев на её азартно округлившиеся глаза, хмыкнул: судьбу обитателей хозяйства армянка уже решила. Я, впрочем, тоже.

– Нет, посиделок не будет, мы теперь всегда в движении.

Ани спорить не стала, видит, в каком я состоянии.

Нормальное у меня состояние! Сука, почти не психую!

Сидеть нельзя, не приводит к добру такая практика. Не знаю почему и разбираться не желаю – просто вижу результат.

До забора невеликого хозяйства было метров семьдесят, вполне моя дистанция, учитывая то самое психическое состояние.

– Ждём…

Двор как двор. Единственное, что бросалось в глаза, так это раскрашенные в яркие краски скульптуры, стоящие у дорожек, такие продают в тех самых студиях возле дорог для украшения веранд и садов частных домов. Здесь были гномики.

У самых ворот росло большое удивительное дерево, «слоновье ухо». Листья такие, размером с женский зонтик. Весной, когда листва ещё не появилась, «слоновье ухо» покрывается большими лиловыми цветами. Больше деревьев не было, всё деловое-огородное. Дальний конец двора сплошь увит виноградной лозой. Жаль, что плодов ещё нет, поели бы. Длинный сарай с высокой крышей и барбекюшница под навесом, они тут есть практически у каждого.

Слева боком к выезду стоял бордовый джип, далеко не новая «Опель-Фронтера» с открытым капотом.

В доме раздавались громкие голоса, кто-то ругался.

Наконец, на крыльце появился высокий и крепкий дяхон с гротескно большим носом. Остальная деталировка соответствовала первому впечатлению – переизбыток во всём. Ядовито-красная рубашка навыпуск, прилизанные чёрные волосы,