"Фантастика 2026-94". Компиляция. Книги 1-22 - Николай Владленович Басов

– Прекрасно! Отныне вы Мастер, моя дорогая.

Почувствовав, что приём закончен, поднялась.

– Пожалуй, я пойду.

– Конечно, конечно! – он тоже встал, ослепительно улыбаясь.

Она нерешительно застыла у портала.

– Мой блокнот. Он мне нужен.

– О, пожалуйста, – Ризандил оторвал лист с пророчеством. – И не расстраивайся из-за предсказания, это очередное обычное видение. Ничего серьёзного. Я возьму на расшифровку, может, увижу что интересное…

– Ладно. До встречи, – улыбнулась Амелия, пытаясь казаться спокойной, и исчезла в алом пламени.

Но как только очутилась дома, взволнованно опустилась на голый пол с вырезанной пентаграммой, кладя перед собой блокнот. На пустом листе виднелись вдавленные буквы. Нашарив в уме нужное заклятье, волшебница провела по бумаге ладонью. Медленно, будто стекаясь из ниоткуда, появились слова отданного пророчества. Что-то подсказывало – оно отнюдь не простое, еще пригодится и может даже не только ей.

А в это время в просторном кабинете Ризандил, сдвинув брови, склонился над бесценным листиком исписанного пергамента. Пока он понял одно – грядут тяжёлые дни, возможна угроза престолу. И в этом повинен еще не родившийся ребёнок. Сын Света. Может, Герцога Света? Так называли только одного человека в королевстве, за рассвет, изображённый на гербе его рода. Кастин Эварт. И его жена Элен вот-вот должна была родить. Он хорошо их знал, одно время оба учились у него.

Ризандил подскочил, не веря собственной догадке. Нервно теребя короткую бороду, сделал пару кругов по комнате и резко остановился.

Об этом ли младенце говорит пророчество? В любом случае – рисковать не стоит.

Их ребёнок не должен родиться живым.

Конец интерлюдии

– Нет, ну ты представляешь?! Это просто издевательство какое-то! – Сайена бросила договор на стол и присела в кресло, раздосадовано наблюдая за домовым. – Он не освободил меня от ночного патруля. Лишь приставил ко мне Зарему. Зачем такие сложности? Пусть бы сама и ошивалась по лесу.

Топатыч копошился в разноцветном ворохе одежды, стараясь отобрать подходящий ей размер. То и дело на кровать отлетали какие-то вещи, формируя вторую гору из разномастных тканей.

Сложно сказать, откуда в комнате все это взялось: когда Сайена вернулась со встречи с ректором, домовой уже задумчиво разглядывал кучу из платьев, юбок, мантий и прочих прелестей женского гардероба.

– А что ты хотела? Я бы удивился, если б он поступил как-то иначе. Хозяин редко идет навстречу, особенно, когда его прямо о чем-то просят. Такой уж он человек – любит говорить «нет».

Если б знала об этом раньше! Не полезла с просьбами. Стоило намеками ограничиться в первый раз.

– А тебе многое о нем известно?

– Только исходя из собственных наблюдений. Он и с профессорами-то редко общается, не говоря уже о всяких духах, мне подобных. Поговори с Элен. Она все видит и слышит.

Еще бы о ней самой чего-нибудь разузнать. Помощница Артана Эварта не выходила из головы. Странная особа, а у Сайены нюх на разного рода ненормальности. И он подсказывал – эта леди способна удивить.

– Придется… – она встала, прошла к кровати. – Тут есть что-нибудь теплое, но не платье? Нужно прогуляться.

– Элен не покидает замка.

– Мне не к ней.

Топатыч пожал плечами. Пару минут копошился, а затем встряхнул какими-то черными кожаными штанами и чем-то наподобие толстой туники.

– Сойдет, – кивнула, отвлекаясь на содержимое своего чемодана.

Она привезла из дома несколько вещей, подаренных бабулей, и среди них находилась старая книга с описаниями и чертежами различных ритуалов. Взять ее с собой, наверное, самый умный поступок из всех, что успела сделать за последние месяцы. Для человека, лишенного магии, это словно спасательный круг. Какой бы сильный и опасный ни был – ритуал черпает силы не с внешней стороны, а внутренней. Опасной, всепоглощающей тьмы Нави, куда одной ногой ступает чародей, осмелившийся на столь опрометчивый шаг. Но выбора у Сайены не было. Ей нужно хоть откуда-нибудь позаимствовать силы.

Полистав оглавление, девушка остановила взгляд на коротком названии: «Roboris alveus». Открыла нужную страницу и пробежала глазами по строчкам.

– Мне еще нужны Кое-какие ингредиенты… Сможешь раздобыть?

– А какие именно?

– Бычья кровь, кора можжевельника, костная мука, соль. Еще три красные толстые свечи, четыре черные и спички. Остальное в лесу сама найду.

Домовой некоторое время просто смотрел на нее, сосредоточенно наматывая длинную косичку бороды на палец.

– Зачем тебе все это? Нечистым попахивает… Чем-то не из этого мира. Неужто за Грань решила наведаться?

– Ты поможешь или нет? – стало как-то неуютно под пытливым взглядом голубых глаз.

Он ничего не ответил. Постоял пару секунд, переминаясь с ноги на ногу, затем щелкнул пальцами, да исчез. Оставалось надеяться, что отправился за перечисленным.

Сайена собиралась обратиться к особой магии, нарушить границы здешней энергии. Не той, что владеют люди, населяющие Витморт, а той, которая витает в воздухе, спит в воде, движется в каждом дереве, растущем на этой земле. Она принадлежит миру духов и редко отзывается на зов живых. Но попытаться стоило. Ведь только так можно вернуть себе часть силы.

Хотя нет, не вернуть.

Взять взаймы.

Интерлюдия

29 лет назад. Тир-Линн

Полупустые комнаты лазарета вновь наполнились женским криком. Бледный от бессонных ночей темноволосый мужчина подскочил уже в сотый раз, бросаясь к закрытым дверям палаты.

– Нет, Кастин! – перехватили его сильные руки. – Ты же знаешь, что ничем ей не поможешь…

Печальные карие глаза Мара немного успокоили, но крик Элен по – прежнему сжимал сердце в колючие тиски.

– Она уже четвертые сутки мучается! Я не могу этого выдерживать!

– Успокойся, друг. Ритуал и так передает часть боли тебе.

– Боги, но, если она так кричит, какая же чудовищная боль осталась ей… – он устало уронил руки вдоль тела, прислонившись к стене прямо напротив двери, гипнотизируя её глазами стального цвета в темных, от бессонных ночей, кругах.

– Как вы всё-таки решили назвать его? На каком имени остановились? – попытался отвлечь его Мар.

– Артан… – голос дрогнул, и лицо мужчины немного просветлело, – мы долго спорили…

Мар улыбнулся.

– Элен, так я понимаю, настаивала на Тароне?

– Ну, естественно… Женщины никогда не забывают свою первую любовь.

В голосе Кастина просквозил отголосок старой ревности.

– Брось! Неужели до сих пор не успокоился с тех давних школьных дней?

– Я даже не знаю где он сейчас… Не видел с выпускного бала Харбоны, – продолжал развивать тему, неотрывно глядя перед собой.

– В конце концов! Элен – твоя жена, а не его, оставь давнюю вражду в покое. Мы все были детьми.

Кастин хмыкнул, взглянув на друга.

– И, тем не менее, она рьяно желала назвать сына его именем.

Они немного помолчали, вспоминая каждый свое.