Браконьер 6 - Макс Вальтер

— Не хочется, — хмыкнул я. — К тому же я сыт. Ты сам как?

— Да нормально, — пожал плечами он. — Браконьерство забросил. Сбережений у меня хватает, да и нет-нет, кто-то вот так же, как ты, из старых знакомых за помощью в реализации приезжает. Кстати, на будущее тебе. — Фил растянул губы в довольной ухмылке. — Прежде чем свою цену называть, дождись вначале предложения. Сейчас сердца один к трём по весу идут.

— Шутишь? — округлил глаза я.

— Э нет, ха-ха-ха, — расхохотался он. — Всё уже, поезд ушёл — сделка состоялась.

— Да я и не собирался заднюю включать, — заверил приятеля я. — Просто ну… Всего за месяц цена выросла.

— А как ты хотел? Это теперь капец какой дефицит. Я их вообще засушить собираюсь и придержать. Один знакомый сказал, что к концу года этот товар уже икс десять стоить будет. Вот и прикинь. Так что если ещё чего намутишь, приезжай.

— Ну на хрен, — покачал головой я. — К вам в крепость пока пробьёшься…

— А, ну да, точно, — поморщился он. — Ты же теперь из этих… Офигеть можно: сам Брак теперь на стороне выродков.

— Я на стороне людей, — покачал головой я.

— Ой, не цепляйся, ты же понял о чём я. Чай будешь?

— Нет, пойду, — отказался я. — Время поджимает.

Мы распрощались, и я выбрался обратно на улицу. Несмотря на ранний час, солнце уже знатно припекало. Похоже, сегодня снова будет невыносимая жара. Поскорее бы разобраться с делами и спрятаться от неё в машине с работающим кондиционером.

В качестве гостинцы для таких, как мы, здесь было отведено отдельное место. Располагалось оно в подвале одной из монастырских построек. Тёмное, влажное, но хотя бы прохладное. Естественно, ни о каких отдельных комнатах здесь речь не велась. Можно сказать, я впервые воочию увидел настоящее гнездо. Может, из-за того, что я стал одним из альф, у меня не было тяги к коллективизму. А точнее к тому, что я сейчас лицезрел.

Те семь выродков, которые вошли в крепость вместе с нами, сейчас мирно спали, сплетясь телами в единый непонятный клубок. Нет, я, конечно, и прежде видел подобное, особенно во время дневной охоты, но тогда у меня не было времени, чтобы внимательно осмотреть всю эту химеру. Сейчас я мог сделать это без опаски.

Мои друзья в вертепе не участвовали. Они заняли дальний угол, где Полина кашеварила на походной плите, работающей от маленьких газовых баллончиков.

— Ну как? — спросила она, когда я подошёл.

— Нормально, — кивнул я. — Серебром разжились. Ещё бы трофеи сбагрить — и будет совсем хорошо. На, кстати. — Я кинул Ворону один пучок на сто прутков. — Постарайся без очереди проскочить. И скажи, что отряд в Дзержинске нужен был ещё вчера. Пусть пошевелятся.

— Сделаю, — кивнул он.

— Я всё про сектантов этих думала, — вернулась к старой теме Полина. — Хуже нет, чем с фанатиками бороться.

— Тихо, — шикнул на подругу я и кивнул в сторону спящей химеры, намекая на лишние уши.

Девушка всё поняла и изобразила движение, имитирующее закрытую молнию на губах. На самом деле мне было что рассказать своим спутникам, но пока я эту информацию придержал. Не потому, что боялся утечки, просто ещё не был уверен в её правдивости.

Дело в том, что, как в любом другом религиозном движении, у наших сангвиниристов случился раскол. Образовалась эдакая ветвь несогласных с основным учением. И что-то мне подсказывало: без участия Лиги в этом деле не обошлось. Не знаю почему, но мой обновлённый мозг выдал именно эту теорию. За что-то такое зацепилось внимание, раз анализ привёл в Лигу.

В своём дневнике последователь веры Габриелы очень нелестно отзывался об одном из таких ответвлений. А как известно, враг моего врага — мне друг.

Но как это обыграть? Как сделать так, чтобы они сами вцепились друг другу в глотку? Это был бы идеальный вариант. Вот только я не умею плести интриги. Скорее, привык действовать прямо и в лоб, как топор. А здесь требовался скальпель.

Из размышлений меня вырвал внезапный оклик.

— Эй, ты! — рявкнул дружинник, который застыл на лестнице. — Да, да, ты — в шапке. Поднимайся, с тобой поговорить хотят.

— Кто? — неподдельно удивился я, хотя моего лица всё равно не было видно.

— На выход, ёпт, там сейчас сам всё узнаешь, — бесцеремонно заявил он и скрылся на улице.

Клубок из тел недовольно заворочался. Один из выродков даже поднялся и осмотрел подвал невидящим сонным взглядом, после чего снова вплёлся в общую кучу, от которой исходил тяжёлый сладковатый запах: смесь пота, застарелой крови и чего-то ещё животного, отчего ноздри непроизвольно сжимались. Меня аж передёрнуло. Пришлось приложить немало усилий, чтобы отключить обострившееся обоняние и не вникать в тот самый посторонний запах.

— Может, мне с тобой сходить? — подхватилась с пола Полина.

— Нет, ждите здесь, — отказался я. — Не думаю, что там какие-то проблемы. Как только крепость зашевелится, дуй к лавочникам, попробуй сбыть трофеи и пикап.

— Может лучше «мерин»? — блеснул остроумием Ворон.

— Ты где-то сохранился, что ли? — нахмурился я. — Или на жизнь насрал? Твоя задача не меняется: свяжись с Лигой, предупреди об отряде в Дзержинске и намекни, что выродки всё ещё способны устроить шухер в Володарске.

Я выбрался из подвала, и дружинник, что дожидался у двери, сопроводил меня к зданию администрации. Раньше здесь располагались монашеские кельи, а теперь заседало управление крепости.

Мы прошли по узкому коридору до конца, где сопровождающий постучал в дверь. Из-за створки раздался знакомый голос:

— Войдите.

Я прошмыгнул внутрь и уставился на того самого толстяка, который устраивал нам бюрократическую пытку.

— Присаживайся. — Он повелительно указал на стул у своего стола. — Есть разговор.

Я молча опустился на стул и уставился на собеседника. Впрочем, не уверен, что он мог видеть мои глаза.

— Хитро́, — усмехнулся он, рассматривая мою шапку. — И много вас, таких умников?

— Ты меня позвал, чтоб о поголовье нашем пообщаться? — огрызнулся я.

— А ты дерзкий, — впрочем, без каких-либо эмоций произнёс он.

Однако своим обострившемся чутьём я очень точно чуял, что сейчас происходит в его организме, а потому доподлинно знал, что