Правила волшебной кухни 6 - Олег Сапфир

— Конан, — улыбнулся я. — Ты бредишь. Иди мой вытяжку.

— Но я ведь уже мыл вчера!

— Ещё помой. Чтобы дурные мысли в голову не лезли. А как помоешь, проведи инвентарку в подвале.

— Хорошо, синьор Маринари…

Уточнять бородатые ли его феминистки или нет я не стал. Вместо этого набрал синьору Бачокки и спросил, что на этот счёт думает старая гвардия.

— Как удачно! — вскрикнула бабушка Джулии. — У меня как раз три подружки на пенсии сидят без дела. Бодрые, весёлые, со знанием профессии. Правда у одной артрит, а другая чуть глуховата…

Я вежливо поблагодарил и сказал, что внимательно подумаю над этим вариантом. Полистал телефонную книжку, тяжко вздохнул и пошёл кормить Андрюху.

— Бр-р-рууу!

Получив свою стандартную пайку из подгулявших круассанов, водоворот вдруг закрутился сильнее обычного, а потом вдруг взял и выплюнул из себя… нечто мокрое, блондинистое и в бюстгальтере из ракушек.

— Здрасьте, — вырвалось у меня.

— Это вы синьор Маринари? — отплёвываясь тиной спросила русалка.

— Я.

— Ужас Глубин сказал, что вам нужны работники.

— Допустим, — кивнул я. — А вы, прелестное создание, тут причём?

— Я не знаю! — опасливо поглядывая на Андрюху крикнула русалка, а водоворот за это «прикрикнул» на неё:

— Бр-р-ру!

— Ужас Глубин сказал, значит надо исполнять… ну так что?

— Боюсь, работа заключается в том, чтобы очень много ходить, а у вас… нет ножек.

— Ножки будут, — тяжело вздохнул русалка. — Правда ради этого мне придётся отдать голос, но ради Ужаса Глубин я готова.

Немая официантка… просто сказка. Жаль, нельзя Андрея отправить к Конану, чтобы тоже подумал над своим поведением.

— Прошу прощения, но вынужден отказать.

— Отлично! — радостно крикнула русалка, нырнула под воду и больше я её не видел.

Что ж… до самого вечера я гонял в голове мысли насчёт того, кого же всё-таки выбрать. Студенты пока что были самым вменяемым вариантом, но окончательно решать я всё равно буду завтра. Ну а пока. Пока ассоциативный ряд выстроился хитрым образом. Я понял, что официанты мне нужны, чтобы зарабатывать ещё больше, а зарабатывать ещё больше мне нужно для того, чтобы наконец-то рассчитаться с маркизом и…

— Грёбаный маркиз.

После закрытия я решил, что ночь — самое время для подвигов. И заодно для того, чтобы хорошенько проветрить голову. А потому дождался, пока Джулия ляжет спать и тихонечко выбрался на улицу.

Добрался до подвала Бачокки, залез в выбитое окошко и огляделся вокруг. С момента последнего моего визита не изменилось ровным счётом ничего. Поэтому я нашёл относительно сухой угол, сел на пол в лотос, и закрыл глаза. Медитация — штука полезная. Она помогает сконцентрироваться ровно настолько, чтобы услышать и почувствовать эманации места. Понять, с чем конкретно ты имеешь дело.

А дело я имел с чем-то нехорошим. Подо мной, на нижних этажах клубилась сама Тьма. А хотя… не только подо мной. Нечто зловещее и бесформенное отделилось от стены и рвануло в мою сторону. Я уже мысленно приготовился отражать атаку, но тут…

— Ко мне! — из темноты вынырнул бледный парнишка.

Тот самый, с которым мы как-то раз поиграли в мяч. Тощий и с огромными глазами, которые от осознания ситуации стали ещё больше.

— Ты дур-р-рак что ли⁈ — прорычал парнишка на монстра и шлёпнул его по щупальцу. — Ну-ка пошли отсюда. Пошли быстрее, — и утянул тварь за собой, как будто за поводок.

Чудище при этом жалобно заскулило.

— Простите-извините! — повернулся в мою сторону парнишка. — Он не со зла! Просто голодный, а тут вы! Не смеем более докучать! — и исчез в темноте подвала.

Странная парочка ушла, а я продолжил медитировать. И чем глубже я погружался в транс, тем отчётливее понимал, что на нижних этажах притаилось нечто действительно монструозное. Не аномалия в привычном смысле этого слова, не сгусток эманаций, и даже не заблудший дух. Это было что-то кардинально другое. Такое, с чем я раньше не сталкивался.

Признаюсь честно — пробрало. Впервые за долгое время я почувствовал что-то похожее на неуверенность. Ведь если я правильно всё чувствую, то перед тварью снизу спасовал бы даже князь Демидов со своими друганами. Страшно, очень страшно. Если бы мы знали, что это такое, но…

Но тут мир вокруг меня поплыл. Темнота закрытых глаз вспыхнула радужными переливами, звуки исчезли, и я воспарил где-то между сном и явью. Где-то, где до сих пор никогда не бывал. А дальше передо мной, будто бы сплетаясь из света, нарисовалась Она. Да-да, слово «нарисовалась» здесь как нельзя уместно.

— Артуро, — улыбнулась Венецианка. Либо же девушка, точь-в-точь похожая на неё. — Ты находишься в очень опасном месте. Понимаешь ли, ты сейчас… не в Венеции.

Вступить в словесный диалог не получалось, но Венецианка, кажется, прекрасно понимала мои мысли. А потому долго не расшаркиваясь начала ликбез:

— Здесь, под этим домом, — сказала она, — поселилось то, что Венеция не звала в себя, и потому не может контролировать. Эту порчу подсадил кто-то пришлый. Сильный чёрный маг, который побывал здесь очень-очень давно. Он сделал это намерено, и с тех пор этот подвал — нарыв на теле Венеции. Ты правильно понял, что это не аномалия. Это другое.

Венецианка лукаво склонила голову набок.

— Ты же хотел поговорить с городом, верно? Ну вот. Считай, что ты общаешься с ним через меня. Венеция говорит, что верит в тебя, а ещё — что тот, кто сможет вылечить её от этой скверны может рассчитывать на награду. Однако не раньше, чем дело будет сделано…

Задавать вопросы мне, по всей видимости, было не положено, и Венецианка начала таять. Я очнулся на холодном полу подвала — ноги затекли, в голове неприятный гул и как будто бы сама душа испачкалась от пребывания в этом месте. Выбравшись наверх, я кое-как добрёл обратно до «Марины», рухнул на кровать и провалился в сон без сновидений…

А утром наступило утро. Крики чаек, звон Сан-Марко, запах свежего кофе и заготовок Петровича. А ещё самочувствие — идеальное, без намёка на вчерашнюю муть.

В кои-то веки Джулия спустилась в зал раньше меня, и даже успела приготовиться к работе. А потому вперёд — к плите. Наплыв на завтрак начался резко, стоило мне лишь прогреть плиты и разобраться в холодильниках.

Яйца, выпечка, кофе. Кофе, выпечка, яйца.