Пустой II – часть 1 - Артемий Скабер

И пошёл к костру. Сел. Голова опустилась.

Он хотел, чтобы история Скальца сломала моё сопротивление? Показала, что путь неба непобедим и правильнее всего примкнуть к тому, кто уже проверен и не питает иллюзий. Он хотел, чтобы я шёл к Скальцу сам, потому что сам так решил.

Вот только я уже идут против неба с того момента как у пустого появилось зерно и останавливаться не собираюсь. Городские лучше? У них было больше времени и энергии неба. Есть семьи, техники, всё.

Для меня ничего не изменилось. Когда-то я начинал тренироваться и идти по пути неба сам. Без трактата, без наставников. Здесь же они есть и я своё возьму. Если нужно зубами вырву!

Сто одно серое ядро… Школа Равновесия.

Площадка тихо жила своей ночью, пока я ещё раз повторил план. Не потому что сомневался, просто привычка. В руинах дважды не проверишь — умрёшь. Сейчас время есть.

Выйти из Клина открыто. Скальцу сказать то, что он хочет услышать. Что сломался и иду в школу падать на колени. Как я сразу не заметил? Он и сам предлагал этот путь. Значит у него есть какие-то договорённости со школами или городом. Суть одна деревенский или в одном месте или в другом.

Ему нужны люди, но пойти против он не может, тогда бы не предлагал этот способ. Что ещё? Скажу ему: если откажут, то вернусь, потому что больше некуда, и он это знает. Он скажет «добро» и отпустит.

Потом площадь школ. Равновесие — в стороне от трёх. Сейна будет там меня ждать. Нужно это использовать и не давать ей времени на реакцию. Должно получиться…

Я встал.

Скалец открыл глаза, когда я подошёл. Поднял взгляд. В свете углей его лицо разделено: одна сторона освещена, другая в тени.

— Пойду в школу, — сказал я уверенно.

Пауза.

— Упаду на колени и попрошу взять.

Угол его рта шевельнулся.

— Сломался, значит…

Я смотрел на него прямо.

— Если откажут, то вернусь к тебе и буду работать.

Скалец молчал. Смотрел с тем выражением, что и весь вечер — оценивающим. Жёлтозубый у стены поднял голову. Ещё кто-то под навесом зашевелился.

— Вот это, — сказал Скалец наконец, — другой разговор. Думаешь дальше одного шага. Это редко для таких сопляков как ты. Учитесь парни!

Все тут же зашевелились.

— Думать… — сжал кулак Скалец. — Вот, что я прошу от вас. Голова на плечах для этого дана. Взвешивать, просчитывать. Тогда и дела наши будут идти куда лучше.

Я ждал.

— Добро, пацан, добро. — Он повернул голову. — Дин!

Из-за спины вышел не жёлтозубый, а другой, молодой. Лицо угловатое, в щеке ямка от давнего удара. Правая нога чуть подтягивалась. Он посмотрел на меня так, словно я его чем-то оскорбил.

— Проведи к выходу, — бросил Скалец.

Дин кивнул, я повернулся к главарю банды:

— Благодарю за место, еду и время.

— Если откажут… Возвращайся, работа найдётся. — хмыкнул Скалец и закрыл глаза.

Дин шёл впереди. Я держался в шаге сзади и чуть левее. Так, чтобы видеть его правый бок и не упереться носом в спину, если остановится. Он не оглядывался, вёл уверенно.

Нижний Клин ночью был тихим не потому что спал, а потому что жил по-другому. Голоса иногда, далёкие, неразборчивые. Скрип дерева откуда-то сверху. Балка или настил. Один раз мелькнула фигура в боковом проходе, поняла, что нас двое и исчезла.

Первый переулок. Второй. Запах менялся: кислый, потом дым, потом что-то гнилое от земли. Я считал повороты и сверял с тем, что запомнил. Первый налево, потом направо, ещё направо. Дин хромал. Правая нога чуть короче, шаг неровный, с подтягиванием.

Мы шли молча. Он не разговаривал. Я тоже не видел смысла. Один раз он замедлил шаг у тёмного провала между домами. На третьем повороте он остановился. Узкий проход между двумя глухими стенами. Впереди темнота — лунный свет сюда не доставал. Я тоже остановился, не доходя шага.

— Дальше сам, — указал он рукой, не обернувшись

Я смотрел в проход. До выхода из Клина ещё далеко, я помнил расстояние. Здесь ещё как минимум две улицы.

— Проход там? — спросил я.

— Там, там. — произнёс он через улыбку.

Я не двигался. Темнота в проходе… Стены вплотную, шагов пятнадцать, может, двадцать. Если кто стоит в конце, то увидит меня раньше, чем я его.

— Иди первый, — предложил я.

Пауза. Дин обернулся.

— Боишься темноты?

— Иди первый, — повторил.

Он пошёл. Я следом и три шага между нами. Темнота. Стены, вытяни руку, достанешь с обеих сторон. Сверху узкая полоса неба.

Его шаги изменились. Правая нога перестала подтягиваться. Он шёл ровно, легко и без хромоты. Значит, притворялся. Чтобы я думал, что он слабее. Хитро… Переложил копьё в правую руку, удерживая ближе к центру. Вдох ровный.

Дин остановился в середине прохода.

— Знаешь, — сказал он в темноту, — Скалец сказал проводить тебя к выходу.

Я молчал.

— Но не сказал… В каком виде.

Его плечо пошло вперёд. Зерно откликнулось раньше мысли. Щелчок слева от центра, непробиваемость. Удар пришёл в грудь. Плотный, сжатый, не такой мощный, как у Вирга, но достаточный, чтобы сбить дыхание. Знак взял его на себя, смял в тепло. Я качнулся назад, один шаг и нога подогнулась. Опустился на колено. Голову вниз, а дыхание сделал рваным.

Прикусил губу до крови и выплюнул сгусток. Всё, чтобы он видел, что я ранен. Слушал. Звук металла. Нож или что-то такое вынули из ножен. Приближающиеся шаги остановились рядом. Его рука легла мне на плечо, поворачивая.

Копьё пошло снизу, без замаха, прямо вперёд и вверх. Наконечник Ксура вошёл ниже рёбер. Дин выдохнул. Нож выпал. Я вскочил, вытащил копьё и сразу в горло. Тело осело в темноте.

Стоял и слушал. Тихо. Назад — пусто. Вперёд — пусто.

Интересно как выходит… Значит не Скалец приказал ему избавиться от меня, а он сам решил. Вот только почему? Вроде бы я ничем его не оскорбил и до того как его позвали, даже не видел. Решил меня обмануть своей хромотой, но слишком рано раскрылся, когда подумал, что я испугался. Не просчитал он свою добычу, вот охота и не удалась.

Вытер наконечник о его куртку. В висках шумело. Правая ладонь на древке стала