Эра скорпиона. Том 2 - Егор Серебрянский

***

Наши действительно стали нередко покидать академию. Руперт и Кей уже выяснили, где в столице продают зелья для лечения и восстановления резерва, уже скоро придумают и как добыть на их покупку деньги. Я отговаривалась тем, что мне нужно тренироваться или отдыхать, поэтому меня оставляли под присмотром Татьи. Однако ни единого нападения со стороны банды Лодушки и Имиля не случилось — они вообще начали вести себя примерно: на уроках занимались, других шахтеров не задирали и новеньких не набирали, в ставках на предстоящую дуэль не участвовали — просто многозначительно улыбались, как какие-нибудь культурные господа и благородная дама. Кажется, Лодушка оказалась куда умнее Аша — она начала вести более перспективную и долгосрочную игру, чем «всех запугать».

Только нас с Имилем освободили от выступления на турнире. Мы даже не знали, как наши себя показали. Хотя если судить по истошным крикам Хорька-Гельта на улице, далеко не все еще идеально выполняли боевые движения. До слаженности, демонстрируемой студентами второго курса, нам еще слишком далеко, однако в сравнении с первым все должно быть не так уж и плохо.

А нас двоих повели в административный корпус для итогового инструктажа. Пожилой тренер без лишних эмоций шел по каждому пункту:

— Курсантка Мина, курсант Имиль, вы полностью осознаете всю опасность поединка с боевым оружием? Дуэли нередко заканчиваются серьезными травмами или даже гибелью.

Мы подтвердили, и тогда он продолжил:

— Сейчас еще есть возможность принести искренние извинения за нанесенную обиду и достигнуть перемирия.

Я косилась на Имиля, когда он яростно возражал — дескать, не простит и не отступится, даже если я в ногах у него буду валяться. А мне-то зачем валяться? Его отца я точно никак не могла убить, но Имиль накручен в правильном направлении. В его репликах звучало явное намерение меня сегодня именно прикончить, а не остановиться на первой крови. Заодно стало понятно, что он абсолютно уверен в своих силах — или же в них уверена Лодушка. Не может же быть такого, чтобы и он получил второй ранг в магии? Это было бы удивительно, но мы с Кеем готовились и к подобному варианту — в конце концов в их банде нет ни одного человека выше первого ранга, поэтому и подготовить его было некому. Однако Имиль выглядел так, словно припас безапелляционный козырь в рукаве.

Тренер и не думал уговаривать — вероятно, за много лет уже по лицам мог распознать тех, кого невозможно вразумить:

— Тогда к выбору оружия. На магических поединках допускается применение разного оружия, но такая комбинация — молот и кнут — выглядит серьезным преимуществом для одной из сторон. Протокол обязывает уточнить: курсантка Мина, ты подтверждаешь свое решение?

Я кивнула, хотя уверенность таяла на глазах. Что у Имиля за козырь? Точно ли Кей подготовил меня к любому сюрпризу? А менять выбор было уже поздно — мечом я махать так и не научилась, да и рука устает от него за несколько минут. Метательные ножи хороши — особенно против бойца ближнего боя. Но со своим чудесным хлыстом я практически сроднилась — уверена, он будет самостоятельно двигаться и в случае, если я потеряю контроль над ситуацией. В косу вплетен гибкий прут, но это всего лишь небольшая подстраховка со спины, причем работающая со сбоями. Яда Кей и Руперт пока не нашли, чтобы изготовить специально для меня подобие жала. Вернее, добыть-то его можно, но в столичных аптекарских лавках по-настоящему опасных веществ не продают, а обычной крысиной отравой мне пришлось бы колоть Имиля семь часов кряду, чтобы он хотя бы слабость ощутил. Да и суть в том, что я отчаянно не хотела его убивать: все-таки мы спиной к спине прошли тяжелое испытание, и пусть наш конфликт сегодня закончится без серьезных потерь.

Выступления завершились, и нас отправили на арену. Только там под веселый шум и крики у меня начала кружиться голова. Я осмотрела трибуны, нашла Лиама. Но он пока даже не глядел в нашу сторону — болтал о чем-то с Эрманом. А ведь если бы он прикоснулся к моей руке, то я уложила бы здоровяка на лопатки за секунды! Но Лиам не предлагал, а я не просила. Вернее, боялась, что он сразу почувствует посторонние элементы в моей крови. Перевела взгляд на своих друзей. Напряжение Татьи ощущалось даже отсюда, Руперту было будто все равно, а Кей расслабленно помахал мне рукой — брат то ли скрывал тревогу, то ли действительно даже не сомневался в моей победе.

После сигнала Имиль взревел и полетел в мою сторону. Молот со свистом пролетел мимо моей головы, и я забыла о зрителях. Шаг в сторону, наклон, пропустить бугая мимо, подпрыгнуть и разворота залепить ему ногой в спину, придавая инерции. Отдышаться, пока тупая гора мяса пашет носом землю, но не расслабляться. По сути мы еще даже не начинали, но уже понятно — я гораздо быстрее и гибче. И лучше больше не рисоваться, то есть не подпускать Имиля слишком близко. Пожилой тренер верно говорил про преимущество его оружия — достаточно меня один раз зацепить, как бой можно будет считать законченным. Я отпрыгнула назад, развернула кнут и уверенным движением завела волну. Растопырила пятерню свободной руки, расправляя легкий магический щит и на всякий случай прикрываясь: Имиль уже ревет от безысходности — длина его руки никак не может соперничать с хлыстом, в итоге громила может и просто бросить молот в мою сторону. Но пока он на подобное не решался, то есть моя задача оставалась в том, чтобы избегать близкого боя.

Я двигалась по окружности. Удачно подсекла противнику ноги, но он все еще не упал. Через несколько мгновений кнут начал творить свои немыслимые трюки и завихрился бесконечным кругом, а затем метнулся острым углом на Имиля, подобно кобре в броске. Я уж было подумала, что артефакт доберется до мощной шеи, задушит или сломает позвонки, поэтому дернула запястьем, предотвращая смертельный удар. Вокруг царила тишина — как и в случае дуэли Кея с Лиамом зрители были потрясены — хотелось бы верить, тем, как превосходно у меня развит контроль. Следующий маневр привел к тому, что хлыст обвился вокруг правой руки Имиля, что-то хрустнуло, и молот просто полетел в сторону, с глухим звуком упав на песок в двух метрах от нас. Здоровяк заорал — и его крик не был похож на болезненный, скорее это было воплощенное неистовство. Даже