Бастард рода Неллеров. Книга 11 - Серг Усов

сейчас здесь. Вот ведь удача какая. Очередная. Сейчас Юлиана вернётся, и я всё ей расскажу. Одна голова хорошо — две лучше. У меня сознание опытного человека, у кузины знание и понимание характеров родственников, она ж рядом с ними выросла. И девчонка очень наблюдательная.

— Степ, привет! — вошёл в гостиную милорд Монский и посмотрел на насторожившуюся Котьку. — Да уж. Они у тебя до размеров быка не вымахают?

— Вроде не должны, — с сомнением посмотрел на вырвавшуюся из моих рук кошку. Она с важным видом направилась к распахнутому окну. — Ты-то как? Собрался в дорогу?

— Да, всё сложил, переложил, упаковал. — он взял мой кубок, сделал глоток, обнаружил, что там морс, поморщился, будто лимон съел, и быстро вернул мой напиток на место. — Завтра утром отправимся. Знаешь, я вот думаю, может мне одного только Леона взять с собой? Если вдруг где-то в лесу придётся за ночевать, подежурим по очереди.

— Никаких одного только, Карл. Уж сто раз об этом говорили. У тебя сколько вьючных лошадей с подарками родителям и родственникам? Три? Отличная добыча для разбойников, а у них почти в каждом придорожном трактире и в деревнях есть глаза и уши. Поэтому берёшь с собой полный десяток, и не какой-нибудь, а сержанта Торела, лучший. Когда с тобой рядом будут Николай и его парни, мне как-то спокойней. Всё. Не обсуждается. Ты чего тренировочный меч с собой притащил?

— А мы не идём?

— На тренировку? Нет. Сегодня вечерняя отменяется. Слышишь, виконтесса Дитонская со свитой идёт? Мне с ней кое о чём нужно пошептаться. Составишь пока компанию миледи Эйты и невесте нашего боевого товарища? Потом вместе все поужинаем.

Разумеется, этот ловелас от компании девушек не отказался. Я же утащил Юлиану к себе в кабинет, где усадил в своё кресло, это самое удобное место в моей рабочей комнате.

— Ты чего такой загадочный? — смеётся кузина, смотря на меня, чуть склонив голову к плечу.

Я же, плотно закрыв за собой дверь, сажусь на ближайший к ней боковой стул, тут недавно сидел глуховатый библиотекарь, и снизив голос прошу:

— Поклянись, что пока никому не расскажешь то, что я тебе сейчас сообщу.

— Степ, братик, ты не шутишь, ты серьёзно? — уточнила она, перестав подхихикивать, но всё ещё улыбаясь.

— Серьёзней некуда. — подтверждаю. — Так что, обещаешь?

— Когда я тебе в чём-нибудь отказывала? Ради тебя стану немой. Обещаю.

— Я тут одну информацию узнал. Она никому из наших родственников не известна. В общем, про Берту.

— Она тебе нравится, Степ. Очень нравится. Ты хоть мне не признаёшься, от ответов уходил, но я это поняла. И я сдержу своё слово. Никому об этом не скажу. Только тебе лучше забыть про неё. Вам не позволят никогда быть вместе.

— Да? Ты в этом уверена? — переспрашиваю. — Впрочем, сейчас не об этом разговор. Она, оказывается, дочь прелата Курта! Наша с тобой кузина!

И без того удлинённое книзу лицо Юлианы вытянулось ещё больше.

— Вот это да, — изумлённо прошептала она. — А это точно?

Глава 7

— Сергий, а где символ жезла? — спрашиваю у секретаря, заходя в приёмную из коридора. — Ты сам чего ещё не в облачении? Нам уже пора выдвигаться. Не заставлять же прекрасную виконтессу Дитонскую ждать?

— Он у вас на груди висит, — не изменившись лицом отвечает брат Сергий. — А я уже всё подготовил. Всё, осталось только сутану надеть, — что он и делает, снимая её со спинки своего стула и накидывая через голову поверх рубахи.

Я же машинально прикладываю ладонь к груди и в самом деле обнаруживаю, что жезл Создателя, который я искал в спальне минут пять, уже висит у меня на шее. Ужас просто. Неужели возвращаются закидоны из моей прошлой жизни? Тогда мне тоже случалось порой искать шапку, давно надетую, барсетку, которую держал в руке, или ключи от машины, уже положенные в карман.

Юлька уволена, Ангелину послал к кузине уточнить, готова ли та к выходу, а сам, получается, как без рук стал. Даже собраться толком не могу. Правда, меня пушистики отвлекали, поиграть им захотелось, так что, ладно, буду считать, оправдание себе нашёл. Вот такой уж я рассеянный с улицы Бассейной.

Смотрю на Серёгу, не насмехается ли он надо мной? Нет, не насмехается, как говорится, морда кирпичом. Молодец, ценю его за чувство такта и за понимание, что такие великие боевые маги, легендарные целители, гениальные учёные, философы, сказители и лучшие руководители — всё в одном — как аббат Степ Готлинский, он же милорд Неллерский, имеют полное право на некоторые слабости и чудачества.

— Письма когда отправишь? — киваю на два свитка, лежащие на столе секретаря.

Кузина меня вчера аргументировано убедила в том, что наш троюродный дядюшка должен обязательно узнать о Берте. Она его дочь, и хранить это в секрете от него нельзя ни в коем случае. Он наш родственник, и лучше всего, если эту важную и радостную информацию прелат Курт узнает от меня. В том, что известие его обрадует Юлиана не сомневается. И, конечно же, нельзя такое скрывать и от главы нашего рода. В общем, вчера мы вместе от моего имени составили два кратких послания дядюшке и герцогу Джею.

— Прямо сейчас, — ответил Сергий. — Вот-вот отправится караван, я передам оба свитка через Парфёна Сомера, виргийского торговца. Купец надёжный, ездит часто мимо нас. Да ему и выгодно послужить посланником. Через неделю получит герцог, через месяц или даже раньше его преподобие прелат Курт.

Секретарь прав. Доставлять известия сильным мира сего, таким как правитель Неллера или настоятель главного столичного храма, не просто почётно. Торговец может рассчитывать за свою услугу на толику покровительства. Уж чем-чем, а неблагодарностью наш род никогда не славился. Так что, возникни у этого Парфёна Сомера проблемы с гильдией, городскими властями или стражей, как минимум, покровительства от Неллеров он дождётся. В том смысле, что поступить с ним противозаконно, бесчестно или несправедливо мы не допустим. В общем, письмо дойдёт. А что не быстро, ну так такова уж жизнь. С идеей телеграфа вылезать не собираюсь. Слишком уж это опередило бы время, на века.

Сергий при мне быстро вложил послания в тубусы, опечатал моей малой печатью с вензелями С и Н, понятно, что означающие,