Дипломат. Игры компромиссов - 1 - Владимир Неровитов

том, что он не знал, насколько они хороши на самом деле. Разговор с Кузнецовым не выходил из головы. Нельзя было допустить, чтобы Ледников каким-либо образом повлиял на итоги саммита.

В кабинете его ожидал сюрприз. У окна, опершись руками на подоконник, стояла Маргарита Сергеевна. Вид у нее был подчеркнуто нарядный, даже вызывающий. Стрельцу стало не по себе. «Неужели Альбина права и меня связывают с внимательной докторшей не только служебные отношения?» — пронеслось в голове. Берсенева выглядела озабоченной.

— Маргарита Сергеевна, рад вас видеть! — он не имел понятия, как правильно вести себя с ней.

— Константин Иванович, товарищ Басов… Не стоит так легкомысленно относиться к рекомендациям врачей. Не так давно вы перенесли сердечный приступ и с тех пор ни разу не заглянули в медпункт. Надо же хотя бы давление контролировать! — докторша отчаянно флиртовала. — Я уже не говорю о необходимости корректировать назначения. Слышала, вы в Баварию ездили? Понравилось?

— Маргарита Сергеевна, не переживайте, пожалуйста, тревога оказалась ложной! Работа — лучшее лекарство, работа и отказ от сигарет, — ответил Стрелец. То, как быстро разносится информация по посольству, произвело на него впечатление. — А вы-то откуда знаете о моей поездке?

— Так все кругом говорят, — она неопределенно махнула рукой.

— Лучше бы все работали, а не языками трепали, — произнес он раздраженно.

— Раньше вы не были таким грубым, — кокетливо парировала Берсенева и направилась к выходу.

— Маргарита Сергеевна, простите, голова забита государственными вопросами, вот и сорвался. Простите!

— Костя, ну что ты! — врачиха внезапно кинулась ему на шею.

«Нет дыма без огня, — угрюмо подумал он. — Все-таки Альбина была права: с докторшей Басова связывали не только деловые отношения!»

— Прошу тебя, прекрати, мы все-таки на рабочем месте, — произнес он, мягко, но решительно отстраняясь.

— Товарищ Басов, раньше тебя это не смущало, — промурлыкала она, ослабляя узел его галстука. — В обеденное время здесь никого нет.

— Маргарита, — он не имел понятия, как обращался к любовнице настоящий Басов, но слово уже прозвучало.-

— Маргарита? Ведь мы договорились…

— О чем? — Стрелец почувствовал, что ступил на тонкий лед.

— Как о чем? Для тебя я — Марго, королева Марго! Так ты меня называл до этого чертова приступа.

— Марго… Я… не уверен, что такие нагрузки мне сейчас по плечу, — схватился он за спасительную соломинку.

— Не узнаю я тебя, Басов! — женщина откинулась назад, не снимая своих красивых рук с шеи Стрельца. — Ты же всегда так легко заводился. Стоило мне только пройти мимо твоего кабинета… А тут я рядом, а ты холоден как жаба.

— Прости, но голова, действительно, занята другим, — он обратился к Берсеневой с просьбой в глазах.

Она отступила на пару шагов, смерила его оценивающим взглядом, поправила так и не успевшую растрепаться прическу и холодно произнесла:

— Как хочешь, Котик! Но это тебе аукнется!

Стрелец почему-то подумал о том, что он на самом деле еще пожалеет о своем отказе. С виду тихая и не особенно приметная, Маргарита Сергеевна оказалась той еще «щучкой». А этот Басов, судя по тому, что только что произошло, ни в чем себе не отказывал. Он снова посмотрел на Берсеневу, невольно сравнивая ее с женой. Если уж выбирать между этими двумя женщинами, то лично он отдал бы предпочтение Альбине. Хотя прежний хозяин этого тела в свое время мог и вовсе не выбирать, просто закрутив служебный роман, как это принято у медиков из времени Стрельца. Никаких обязательств, никаких терзаний — чистая физиология и способ скоротать время.

Маргарита Сергеевна продолжала настаивать. Советник постарался абстрагироваться от такого натиска, но у него это плохо получалось. То, что сейчас исполняла симпатичная докторша, в его родной эпохе назвали бы харассментом. И это дорого обходилось всем, кого обличили. Обычно претензии предъявлялись к мужчинам: считалось, что они, пользуясь положением или превосходством в физической силе склоняют женщин к близости против их воли. Однако здесь все вышло ровно наоборот. Стрелец почувствовал себя на месте жертвы домогательств и ему стало не по себе. Ощущение было так себе. Если бы еще тело хоть как-то реагировало, но чем дальше, тем больше женщина становилась ему неприятной. Больше всего он хотел, чтобы Берсенева поскорее убралась из его кабинета.

— Маргарита Сергеевна, прошу вас! Давайте вернемся к этому… разговору позже, — не нашел он ничего лучше, как перейти на официальный тон. — У меня действительно дел невпроворот. И я бы не хотел, чтобы коллеги случайно увидели, чем мы здесь занимаемся.

— А то никто не знает? — она иронично вскинула бровь.

— В смысле?

— Ну люди же не дураки, умеют сложить два и два. Тем более наши: только и делают, что следят друг за другом, а потом тащат все эти сплетни на женсовет. А эти мымры только и ждут, кому бы перемыть кости да на кого настучать на Смоленскую площадь. А уж оргвыводы не заставят себя ждать.

— Не преувеличивай!

— Это я-то преувеличиваю! — возмутилась Берсенева. — Одна только Римма Карловна чего стоит. Вся такая бесстрастная, холодная, а сама только и ждет шанса, чтобы мне подножку подставить.

— Ты-то ей зачем? — искренне недоумевал Стрелец. — Или таблетки от головной боли не поделили?

— Костя, не включай дурака, — Маргарита Сергеевна раздражённо махнула рукой. — Эта «селедка» Римма всегда на стороне твоей Альбины.

— Она все-таки учительница нашей дочери, — рассудительно сказал он. — Конечно, ее волнует благополучие ученицы. А ты бы на ее месте как себя повела?

— Я бы в чужие дела не лезла! Вот бы как я себя повела! Люди взрослые — сами разберемся…

— Ладно, королева Марго, — усмехнулся Стрелец, — иди-ка ты на свое рабочее место! Мне нужно работать.

Маргарита Сергеевна выскочила из кабинета, на прощание громко хлопнув дверью. Она прошипела через плечо что-то явно обидное, но Стрелец не расслышал. Советник подумал, что хотя это «свидание» было ему неприятно, он узнал много нового о том, как организована подковерная жизнь в посольстве. Надо будет расспросить Альбину о ее роли в этом женсовете, о жене Ледникова, с кем она дружит, кого не любит и как себя в принципе ведет на этих дамских посиделках, которые, судя по тому, что он только что услышал, обладают реальной властью и могут действовать с особой жестокостью. Все-таки коллектив диппредставительства — это очень сложный многоуровневый организм, понять который с наскока просто невозможно.

* * *

Посол Истомин изучал справку, которую по его поручению подготовил советник Басов. Он обратил внимание на то, что