Ведьма. Треугольник судьбы - Любовь Фомина

— Вставай! — Звучит уже с другой стороны, и я натягиваю одеяло повыше.

— Я же говорил, что ты не Арина, а Соня. — Не успокаивается Кристиан, используя все безобидные методы.

— Женщина, вставай! Когда такой мужчина пришел в комнату лично! — Свербит в ухе голос «ожившей» Ванессы, которая слишком долго молчала, подарив мне передышку.

— Почему нельзя просто выспаться?! — Сонно, но с раздражением отвечаю я, даже сама не знаю кому. И всем жаворонкам, и никому в целом. Бубню себе под нос, сетуя на несправедливость этого мира, на который никак повлиять не могу. А как было бы здорово! Обещали же, что магия упрощает жизнь…

Я лениво перекатываюсь по кровати, останавливаясь на спине, потягиваюсь и нехотя открываю глаза. Яркое солнце освещает всю комнату, не позволяя мне продолжить ночное дело.

— У нас много дел, — активно говорит Кристиан и выходит из комнаты. С каждым днем, которых прошло не так много, он кажется все более живым. И секрет его настроения так и остается загадкой, причем не только для меня, но и для Ванессы.

Всю невыносимую дорогу до зала, куда я была приглашена на завтрак, ведьма мне читает нотации о том, что я неправильно себя веду, порчу Кристиана, меняю его правильную жизнь.

Вдруг я повлияю на его ценности и жизненные интересы? — Волнуется Ванесса. Но я молча слушаю все, не желая этого делать. Мысленно настраиваю себя, что голос ведьмы — вовсе и не голос, а странно собранная мелодия, под которую доспать в принципе можно.

— А почему на нас не нападают? — Задаю я неожиданный вопрос Кристиану, отрывая кусок булки и закидывая его в рот.

— Хочешь, чтобы напали? Соскучилась по погоням и изуродованным мордам из потустороннего мира? — С усмешкой отвечает Кристиан, но я в этом не нахожу ничего смешного. С каменным лицом уставляюсь на него, молча требуя ответ на свой вопрос. Кристиан, понимая, что я не готова вести диалог, сразу же переменяется в лице, копируя мое выражение и отвечает со всей серьезностью. — Мой дом — крепость. Во всех смыслах. Сюда невозможно подобраться магическим существам. А обычные, обделенные магией, мало того, что не останутся незамеченными, они в целом боятся сюда ходить. Я ответил на твой вопрос?

— Да. Спасибо. Премного благодарна, — язвительно отвечаю я на манер Кристиана. — Какие планы на сегодня? — Буднично продолжаю я утренний разговор.

— Сначала начнем изучать азы практической магии, потом перекусим и съездим в город.

— Что-то еще надо купить? — Без интереса спрашиваю я. В моем вопросе скорее сквозит настроение, что просто надо задать этот вопрос.

— Нет. Навестить старого друга. Возможно, он сможет нам помочь. — Ровно с таким же настроением отвечает Кристиан, с каким я задала вопрос. А ведь все честно, но интонация какая-то неприятная.

— Не надо никаких друзей! — Тут же тревожится Ванесса. — Отговори его!

Но я игнорирую ее. Еще не хватало общаться с помощью суфлера.

— У тебя есть друзья? Вот так неожиданность! — Иронизирую я, переходя к живительному кофе. Источая умопомрачительный аромат, он приятно скользит по горлу, ласково согревая изнутри.

— Мы немного в других … взаимоотношениях.

— А, так не друзья? — Приподнимаю я одну бровь, но по-прежнему в голосе интереса не проявляю.

— Мы знакомы давно. Вдаваться в детали бессмысленно, во всяком случае для тебя.

На том и мы сходимся. Я в принципе сейчас готова к любому исходу, лишь бы меня не трогали. Восход солнца, проснулись только петухи, а я почему-то уже на ногах.

Кристиан заставляет меня выйти на улицу. Сразу же начинает показывать какие-то приемы и спрашивать их повторение с меня. А я ничего не понимаю! Какая рука? Откуда энергия? Зачем опускать кончик пальца на долю секунды между этими действиями? Да и вообще… право или лево? Спросонья, я даже этого понять не могу.

Вот не понимают иногда люди, что некоторые с утра даже своего имени вспомнить не могут, не то, что движения пальцев и заклинания изучать. А я ведь именно из таких! Чем раньше разбудишь — тем дольше будет длиться акклиматизация. И на это, ну никак, не повлиять.

Однако Кристиан упорно пытается от меня чего-то добиться. Он разными словами объясняет одни и те же действия, встает то рядом со мной, то напротив. Хватает меня за руку и наглядно показывает. Но все безуспешно. Я всего-навсего просто не понимаю, что от меня хотят.

Кристиан злится, но пытается не показывать этого. С каждой неудачной попыткой дышит все громче, его взмахи руками становятся более резкими, слова четкими и громкими. Ванесса в голос ему пытается вдолбить в меня эту информацию. Она тоже бесится, обзывая меня всеми словами, которые хоть немного можно применить для описания помоев, свалок и утренних ведер.

Они оба в упор не видят того, что мне их старания (а может, и страдания, что будет вернее) не приносят никаких результатов. Не было магии — щелк — и в один момент учи заклинания.

Кристиан от бессилия падает на землю. Он делает длинные вдохи и резкие выдохи. А я только сочувствую. Его бы в мою шкуру засунуть!

— Сделай взмах, отодвинь, направь и зафиксируй, — после некоторой передышки Кристиан возвращается к своему учительству. Я справляюсь только с первой частью, потому что все остальное для меня темный лес. А иначе, более понятными словоизъяснениями, он выражаться не может. Ему кажется все простым и понятным.

Вот сказала бы я ему так же, например: собери фокус-группу из тридцати респондентов, подготовь стади-кейс по такому-то вопросу и сделай стенограмму. Понял бы, что я от него хочу? А ведь это был только дополнительный курс моего обучения, направленный больше на развитие кругозора и базовых знаний.

Солнце поднимается все выше. Кристиан вновь падает на землю и закрывает глаза. Ванесса не справляется с гневом, посылая меня на дальние планеты. А я, как глупая овечка, хлопаю широко раскрытыми глазами и поглядываю на свежепосаженные цветы.

Глава 17

К счастью, цветы оказываются невредимыми. От Кристиана я могла ожидать чего угодно, поэтому переживала за своих стебельковых больше, чем за все происходящее сейчас.

Разочарованный Кристиан поднимается с земли и осматривается. Он всматривается в солнце, прикрывая глаза рукой и о чем-то напряженно думает.

— Займемся другими делами, — сдается охотник.

Он уходит в замок, больше не говоря ни слова. И не успеваю я опомниться и последовать за ним, как Кристиан вновь появляется передо мной, держа в руках набитые сумки. Одну он протягивает мне, а другую вешает на плечо.

— Это что? — Спрашиваю