Право сильного - Игорь Витальевич Шелег

Общество аристократов умеет видеть выгоду. Если они увидят ее в Володе, тогда, сначала спадет град напряжения, а потом и вовсе, его партнеры после получения первых прибылей, начнут Володю защищать.

Володя так и сделал. Хотя Пальчевский был бы с этим сейчас не согласен. Расследование по убийству этой семьи все еще идет, а его уже пытались устранить два раза.

Один раз взорвали машину, в которой он ехал. Второй раз пять убийц пробрались на территорию поместья и взорвали комнату, в которой он был. Если бы не охрана от имперской службы безопасности и академии, его бы уже убили.

Причем один из нападавших, которого смогли захватить, принял яд и активировал гранату, чтобы его тело не смогли опознать.

Сейчас Мечник испытывал интерес к самому Евгению. Как он теперь будет относиться к скрытой угрозе? Как будет реагировать на возможных киллеров.

Володя прикидывал, что Романов сам мог спланировать эти нападения, но потом увидел, сколько всего в городе происходит нападений с участием аристократов, то понял, что тому даже не до них.

В свете последних событий Володя решил, что ему нужна поддержка. Еще летом ему казалось, что он сможет все. Преград для него нет. Он прогнет академию под себя.

Последний разговор с дедом был сложным. Дед был в расстроенных чувствах по поводу Артема.

Зол оттого, что чуть не убил его. Зол оттого, что Артем едва не убил Антонину. Зол на Володю, что тот ему ничего не рассказал сразу, как узнал. Одновременно с этим был благодарен за то, что он спас Антонину. Одним словом, деда, не привыкшего после возвращения в Астовск останавливаться, клинило.

А сам Володя, получивший серьезную травму и лишившийся сил, больше походил на наркомана в поисках дозы.

И на душевные переживания близкого человека не обращал внимания.

Так они и расстались, холодно и безразлично, с множеством мелких обид друг на друга.

По правде, Володя на него не сильно и обижался. Наоборот, за это время он был очень благодарен деду. Тот по-настоящему дал молодому человеку сепарироваться от себя. Пожить самостоятельно, как тот всегда и мечтал.

Да и вспоминая Полторашку, про него не забыли. Просто не стали сюсюкаться, как с малышом. Дали возможность самому набить шишки и оставили пусть небольшой, но пригляд.

Тем не менее Володя принял решение позвонить в приемную гильдии Мечников Астовска и попросить помощи.

Вместо этого с удивлением узнал, что и дед, и Антонина сдали дела и должность главы Гильдии — Пузырю.

Вся основная работа была сделана. Задачи поставлены, а эти старики-разбойники укатили куда-то на курорт. Причем уехали инкогнито, никого, не оповестив, куда направились.

С Наставником пообщаться тоже не вышло. Он находился в искусственной коме и как сообщили Володе был здоров, но в крови еще был яд, который медленно, но, верно, выводили.

И выводить собирались еще долго. В исцелении подобных травм главное было — не навредить. А для того чтобы сохранить каналы силы и здоровье требовалось идти медленным, но надежным путем.

Для Константина Николаевича было важно попасть на прием к Конанчукам, к тому же единственный план, который видел Володя, заключался в том, чтобы заручиться хотя частью поддержки аристократического общества, и парень решил на него идти. Обещанную неделю он выдержал и просидел, никуда не ввязываясь.

Единственный человек, который знал, о том, что Володя сегодня будет на этом приеме из академии, оказалась Марина. Выловить ее в академии не представлялось возможным, сначала она была с кем-то, потом вообще перестала появляться. Пришлось созваниваться.

От его звонка девушка была не в восторге или, по крайней мере, реагировала так.

Однако после того, как Володя сказал, что она единственная, кому он может доверять в подобном вопросе, была польщена. А вопрос был простой. Как именно Володя должен прибыть к ним на мероприятие, чтобы это было серьезно, презентабельно и уверенно. Особый вопрос возникал в том, должен он приехать один или с кем-то.

К его радости, девушка, «подумав» немного, сообщила, что он может попытаться пригласить ее и, может быть, она ответит согласием. Для Володи это было сложно, но он все же растекся мыслью по древу. Даже прочитал, какой-то стих, который остался в памяти из деревенской библиотеки. И что самое интересное именно это и растопило сердце девушки. Она милостиво согласилась пойти Володе навстречу.

Рассказала регламент, подсказала во сколько и куда нужно подойти, чтобы она его встретила и как он должен выглядеть.

Для Володи посещение такого раута, была настоящим подарком судьбы. День рождения Морозовой он не считал, там все же был подростковый праздник. А вот это будет по-настоящему первый выход в свет и оказаться на таком серьезном мероприятии в окружении представителей старших Ковенов для Володи многое стоит. Он даже не знал, чем нужно будет отплатить Марине, но пообещал, что обязательно это сделает в будущем.

Подготовкой к мероприятию занимался в основном Генрих Зигмунтович. Как бы он ни хотел уйти в сторону и заняться более денежными вопросами. Володя озадачил его проблемой, гораздо более серьезной чем казалось на первый взгляд.

Оплатив Володе дворянский патент, Пальчевский поднял волну, которую парень старался сдерживать.

Пришлось запрягать старого юриста, чтобы он нашел ему сведения о Роде Ворониных.

Мамин дневник был у Володи перед глазами, и в нем черным по белому было написано. Что его отцом был ученик академии — Николай Воронин.

Однако, что удивительно никаких упоминаний о том, что такой ученик в академии вообще был, не нашлось. Да, при Володе упоминали, что ученик с такой фамилией был, либо это был кто-то очень похожий на Володю, но на этом все.

Причем сведения о матери Володя нашел.

Не хватающая звезд с неба ученица пропала при невыясненных обстоятельствах, как и еще несколько десятков учеников, в период активизации демонопоклонников в столице.

Тогда среди них пропали несколько представителей по-настоящему старших фамилий. На неизвестную девчонку никто не обратил внимания. Просто записали в сопутствующие потери. Выполнили все необходимые алгоритмы, а не найдя подтверждения ее жизни, просто закрыли дело.

И это было странно. Записей о том, что она была беременна, тоже не было. Тогда Генрих Зигмунтович и предположил, что отец мог поступить учиться под другой фамилией и он никаким образом не относился к аристократии, а только выдавал себя за нее.

Род Ворониных и впрямь существовал, но это было давно, вряд ли их наследники, остались живы и смогли сохранить память о том, что были Родом.

Все это было странно, и Володя поставил