Точка - Алексей Сергеевич Жарков

губы растянулись в улыбке – капсула хранила в своём искрящемся брюшке экземпляр «многоразового биопериметра специального назначения», изготовителем которого значилась та же компания, что производила его таблетки для «трансформации внешнего и внутреннего представления». Икар еще раз облизал губы. Компания принадлежала к цивилизации Лиосияо – удивительные грибосумчатые, которым запрещалось присутствие на Хити по причине запредельной токсичности и почти стопроцентной несовместимости культурного кода – эти знали толк в трансформациях, виртуозные творцы фантастических живых материй и экстремальные маэстро бионики. Могли не только принимать различные формы, но и проникать в другие виды под видом еды, запаха и даже света. Мподы регулярно подозревали Лиосияо в том, что они все же пробираются на Хити, нарушая запрет, под видом различных других существ, и по этой причине постоянно ужесточали методы пограничного тестирования.

Сердце Икара забилось чаще, когда он добрался в документации до раздела видовой совместимости. Высокий уровень – его человеческое тело подходило. Затем он ознакомился с классом интеграции биопериметра с организмом носителя, и этот, учитывая, что биопериметр все-таки был внешним, оказался подозрительно высоким. Впрочем, не настолько, чтобы напугать. Простенькие таблетки, которые он, ради встреч с Энсемьпятьтриноля, использовал для временного преображения в другой вид, были намного более агрессивны по отношению к его внутренностям. Но ничего, со временем всё проходило бесследно.

На всякий случай Икар проверил консоль управления биопериметром. Идентификатор изделия оказался поврежден – либо украдено, либо списано, либо содержало брак. Сердце Икара забилось еще сильней, ладони вспотели. Брак или краденное… но «сбитый» номер означал, что никто никогда не сможет получить по этому экземпляру историю его использования, а вернуть сам скафандр к фабричным настройкам можно в любой момент. Во рту пересохло от предвкушения.

Икар отложил капсулу в сторону и вытер ладони о брюки. В свободном доступе таких вещей просто нет, это явная контрабанда, возможно контрафакт. В любом случае, что-то очень редкое, что нигде не купишь или купишь, но безумно дорого. Такое выпадает, возможно раз в жизни.

Икар проверил часы, осмотрелся и коснулся капсулы еще раз. Она разделилась на две части, и те покорно разъехались в стороны, обнажая перед ним своё удивительное содержимое. Икар отложил в сторону визор, вытер со лба испарину, разделся догола, и, глубоко выдохнув, положил руку на лежавший перед ним «внешний биопериметр».

Ладонь прикоснулась к чему-то прохладному, мягкому и живому, что, словно отзываясь, начало шевелиться, ворочаться и просыпаться, обволакивая его кисть, ползти по руке, растекаться по всему телу, словно огромная ленивая капля. Икар почувствовал легкое покалывание в области паха, и зажмурился, надеясь, что проникающий в тело бионик обойдет стороной его самые чувствительные места, что он будет взаимодействовать или дополнять его зрение каким-нибудь безболезненным, бесконтактным способом. Однако тот довольно грубо проникал в него все глубже и болезненней, во все его естественные отверстия: анус, мочеиспускательный канал, уши, ноздри, он прополз под его сжатые губы, в зажмуренные веки, рот обожгло огнём, а глаза наполнились чем-то едким и колючим, похожим на бурый вскипающий космос. Икар собрался закричать, разгибая скрюченные руки, падая на колени, но не успел. Бионик добрался до мозга и выключил боль. И сделалось так хорошо и спокойно, что он всё равно закричал, только не от беспомощности и боли, а от неожиданно переполнившего его счастья.

Трансформация прошла быстро. Пара ярких моментов, и человек по имени Икар превратился в совершенно непохожее на человека существо. С восторженным удивлением, наслаждаясь нахлынувшей на него эйфорией, Икар поднимал то одну руку, то другую, вертел головой, расправлял хвост и с удовольствием открывал в своём обновленном восприятии реальности новые удивительные оттенки, понимая и чувствуя, что это далеко не весь комплект его новых возможностей. В голове мелькнула подленькая мысль сбежать теперь на какую-нибудь из далёких полудиких планет и уж там оторваться как следует.

Особенно Икара порадовал хвост, который как ему показалось, тянулся не от копчика, выступая его функциональным продолжением, а был частью некого обособленного квазиорганизма, крепившегося на спине, примерно в области лопаток.

Зрение изменилось тоже, теперь оно позволяло не просто видеть окружавшие его объекты, но и как будто ощущать весь объём занимаемого ими пространства, включая материал, из которого они состоят, их массу, а также прогнозировать их возможные изменения в будущем. Последнее доставляло особенную радость, потому что все псевдо-разумные предметы мгновенно стали заметны – так, полиморфная коробка, в которой хранилась капсула с биоскафандром, хоть и не была совершенно глупой, но все же имела достаточно примитивное мышление – приняла его за Ивана. Капсула, кровать, столы, холодильник, почти все в квартире Ивана так же обладало каким-то минимальным разумом и сейчас наблюдало за ним, строя прогнозы его поведения, и разветвляя вероятностные ветки в надежде нащупать самую толстую, чтобы затем, угадав его намерения, оказать какую-нибудь полезную услугу. Икара позабавила их растерянность. Он и сам не знал, что теперь собирается делать и что хочет. Он прошелся по комнате, осмотрелся, попрыгал, отталкиваясь от стен, заглянул в окно на город, повалялся на кровати, перепрыгнул диван. Волшебное чувство абсолютной силы и бесконечных возможностей. Захотелось отрастить крылья – почему-то казалось, что и это он может, только пока не знает как. И улететь. Икар задумчиво подёргал хвостом. Несмотря на все преимущества этого скафандра и ту лихую безрассудность, которую он в нём породил, выбираться за пределы жилища в таком виде было нельзя – опасно. Не говоря уже о том, чтобы являться на работу, где его человеческая внешность имела куда большее значение, чем его человеческое содержание и сущность.

Оставалось только насладиться этим замечательным состоянием, запомнить его, а затем снять биоскафандр, и, вернув его к фабричным настройкам, снова запереть в коробочку, чтобы доставить заказчику. Во всех прочих случаях – он подведет Ивана.

Икар вздохнул и с грустью осмотрелся – прощальный взгляд на мир чужими глазами. И вдруг его внимание привлекла небольшая красная метка, странным образом показавшаяся очень знакомой. Косой крест с одной отсутствующей ножкой. Этот знак так глубоко въелся в память, что казался уже чем-то родным, или собственным, как отражение в зеркале. И ни один человек из тех, кто родился и вырос на Энджи не смог бы его не узнать и не вспомнить, хотя бы так же мучительно, как это сейчас делал Икар. Во время самых тяжелых боев, подбиравшихся к Энджи с упрямством неминуемой катастрофы, управляющий разум Энджи – Лидиртэ – спрогнозировал ненулевую вероятность начала боев за жилые уровни и принял решение разместить на них потайные закладки с оружием и боеприпасами. Эти небольшие технические