Системный разведчик. Верификация Том 6 - Валерий Юрич

— Архонт, значит? — с недоверием протянул он. — Ну-ка, Кастор, пробей его.

— Подтверждаю. Сципион Алексей Карамазов является легитимным носителем Теоса класса Архонт. Биометрическая подпись верифицирована. Именно он произвел активацию блока Омикрон.

— Это как же он умудрился?

— Первичная идентификация по биометрии и подписи Теоса. Вторичная по ключу, извлеченному из уничтоженного Стража бункера Эхо.

Молот вновь перевел взгляд на меня. В его лице неуловимо что-то изменилось, а тяжелые, рубленые черты стали чуточку мягче.

— Так значит ты завалил Стража?

— Было дело.

— Один на один?

— Нет — усмехнулся я. — Втроем работали, ну и стая боевых гримлоков подсобила.

Великан окинул взглядом Машу, затем Михаила. Мари стояла прямо, нервно сжав кулаки, и во все глаза смотрела на нашего непрошенного гостя. Михаил же старательно пытался сохранять невозмутимость, и это ему даже удавалось.

Молот снова повернулся к терминалу.

— Кастор. Давай-ка на всякий случай запустим протокол верификации Омикрон-Страж.

— Слушаюсь. Протокол запущен.

Свечение Хаба за моей спиной резко изменилось. Внутреннее кольцо Короны закружилось быстрее, энергетические нити полыхнули, и от них прямо к моей груди протянулся тонкий луч света.

— Сканирование профиля Теоса, — монотонно докладывал Кастор. — Уровень доступа… полный. Класс привилегий… Архонт, подтверждено. Уникальная функция… Репликация. Путь развития… Воин. Резервная копия… создана. Целостность профиля… сто процентов.

Молот слушал молча, опираясь на рукоять своего исполинского оружия. С каждой новой фразой искина его густые брови ползли все выше.

— Протокол верификации завершен, — отчеканил Кастор. — Проверка пройдена успешно. Сципион Алексей Карамазов признан легитимным управляющим блока Омикрон. Все привилегии подтверждены. Сципион Молот, как Страж Омикрона, вы подтверждаете результат?

Гигант молчал долгих пять секунд. Затем подошел ко мне, смерил меня цепким взглядом и опустил свою пудовую ладонь мне на плечо.

— Подтверждаю, — торжественно произнес он. — Годишься. Блок Омикрон теперь твой.

Он убрал руку, отступил на шаг и сдержанно кивнул.

В этот момент я наконец-то с облегчением выдохнул.

— Ну и отлично, — брякнул я первое пришедшее в голову.

— Ты уж не обессудь, если что не так, — впервые улыбнувшись, прогудел Молот. — Все эти проверки — чистой воды формальность. Однако же штука необходимая. Юстин на этом знатно был повернут.

— Юстин?

— Ага. Но про него как-нибудь потом. Ты мне вот что лучше скажи… — Молот еще раз придирчиво оглядел помещение.

— Что?

— Не в курсе, долго я дрых?

Признаться честно, у меня язык не повернулся сходу выдать ему правду. Задачка-то не из легких: как объяснить мужику, который, скорее всего, думает, что провалялся в морозилке от силы пару-тройку десятилетий, что прошло больше четырех веков?

Я покосился на Машу. Та лишь растерянно пожала плечами. Затем мы оба уставились на Михаила, но этот прохиндей невозмутимо задрал голову к потолку и сделал вид, что обнаружил там нечто очень увлекательное.

Молот наблюдал за нашей пантомимой со все возрастающим подозрением.

— Та-а-ак, — нахмурился он. — Чего мнетесь-то?

— Да тут такое дело… — замялся я.

— Понимаешь ли… — робко подхватила Маша.

— Короче… — вклинился Михаил.

А потом мы втроем дружно замолчали, пытаясь подыскать нужные слова.

Великан обвел нас тяжелым, настороженным взглядом. Кажется, до него начало доходить.

— Кастор, — позвал он, не сводя с нас глаз. — Ну-ка доложи. Сколько лет я прохлаждался в криостазисе?

— Четыреста семнадцать лет, три месяца и двенадцать дней, — отрапортовал Кастор все тем же равнодушно-деловым тоном.

В блоке повисла гробовая тишина.

Молот замер. Несколько секунд его лицо сохраняло прежнее выражение. А затем стальные глаза полезли на лоб, зрачки расширились, и челюсть медленно поползла вниз.

— Четыреста… — сипло выдавил он, затем от души матюгнулся и рванул к выходу, как заправский марафонец.

Для великана, закованного в полный комплект тяжелых доспехов из энергостали, двигался он на удивление резво. Пол ходил ходуном под его сабатонами. Боевой молот полыхал фиолетовым, точно гигантский ночник, а Сципион придерживал его на плече одной левой, будто тот вообще ничего не весил.

— Ходу за ним! — рявкнул я и сорвался с места.

Маша с Михаилом кинулись за мной. Мы пулей вылетели из зала, пронеслись по коридору и выскочили на первый перекресток. Здоровяк грохотал где-то впереди, и звук его шагов отражался от бетонных стен, как артиллерийская канонада.

— Куда его понесло⁈ — на бегу выкрикнула Маша.

— Да пес его знает!

Хотя в глубине души я уже догадывался. Мужик закрыл глаза, рассчитывая в худшем случае очнуться через пару-тройку десятилетий, а проснулся в совершенно другой эпохе. Ясное дело, первым делом помчишься проверять то, что тебе дороже всего на свете.

Великан пролетел мимо жилого блока, проигнорировал медотсек и оружейную. Он пер как танк, прекрасно ориентируясь в запутанной планировке бункера. Заложил вираж направо, потом еще раз, пока в конце очередного коридора не показалась массивная дверь Кузницы Архонта. Кажется, приехали.

Молот с треском влетел внутрь. Заскочив следом, я увидел, как он стоит посреди кузницы, медленно поворачиваясь на месте. Он жадно обводил взглядом стены, громоздкое оборудование, рабочий стол, тигель и литейные формы. Надолго задержался на исполинской наковальне, горне, вытяжках и стройных рядах инструментов.

Сделав полный оборот, Молот наконец-то расслабился. Шумно выдохнув, он с облегчением воскликнул:

— Цела! Цела, родимая!

Великан подошел к наковальне и с благоговением провел ладонью по металлу. Странно было видеть столько нежности от этой горы мышц, облаченной в мощную броню.

Затем он обернулся к нам. На его грубом, побитом жизнью лице расцвела широкая, по-детски искренняя улыбка.

— Моя мастерская, — с гордостью выдохнул Молот. — Я ж кузнец. Всю свою жизнь в Омеге с фиолетовой энергосталью работал. Ковал оружие да броню для Сципионов. Вот эту игрушку сладил, — он поиграл своим молотом, — и вот это тоже, — гулко постучал костяшками по нагруднику. — Юстин мне эту кузню отписал, когда смекнул, что у меня руки из нужного места растут. Четыре века отмахало, а тут ни пылинки! Кастор, твоих рук дело?

— Консервационный режим поддерживался автоматически, — с гордостью отозвался Кастор. — Температура, влажность и состав атмосферы в помещении Кузницы сохранялись в пределах заданных параметров на протяжении всего периода. Дроны-уборщики регулярно чистили помещение.

— Ай да молодец, — от души похвалил Молот искина.

Я удивленно переглянулся со своими спутниками, а потом, все еще не веря своим ушам, спросил:

— Погоди-ка. Так